— Ты.
Только Цинь Фэн успел произнести одно слово, как его прервало движение Бела.
Все увидели, как Бел спрыгнул с него, сделал несколько шагов назад, а затем, оттолкнувшись лапами, бросился прямо на Шэнь Шанэня.
Это произошло так внезапно, что Шэнь Шанэнь не успел среагировать. Пес сбил его с ног, и они оба рухнули на землю. Бел принялся вымещать на нем злость и бесноваться, через одежду покусывая Шэнь Шанэня за руки. Все-таки это была дрессированная домашняя собака, и устрашающим выглядывал лишь ее грозный вид — на самом деле Шэнь Шанэнь не чувствовал никакой боли.
— Бел, — негромко позвал Цинь Фэн.
Пес тут же замер, слез с Шэнь Шанэня и, виляя задом, принялся нарезать вокруг него круги. Видимо, сообразив, что смириться он так и не смог, Бел напоследок задрал лапу рядом с Шэнь Шанэнем, и по телу парня сквозь куртку тут же растеклось знакомое тепло.
В этот момент сумерки сгустились, и на темно-синем небе зажглись редкие звезды. Шэнь Шанэнь уставился прямо на одну из них. Из-за порыва осеннего ветра тепло на его теле мгновенно сменилось прохладой. Он моргнул и мысленно вздохнул: ладно, хуже уже всё равно некуда.
Раздалось несколько шагов, и звезды в поле зрения заслонила тень. Цинь Фэн опустил голову, встречаясь взглядом с Шэнь Шанэнем. Какое-то время он с плутовской усмешкой разглядывал парня, а затем бросил:
— Приведи себя в порядок и жди меня на конюшне.
Зрение прояснилось, и Шэнь Шанэнь лишь спустя несколько секунд пришел в себя. Он быстро вскочил с земли и взволнованно выкрикнул:
— Слушаюсь, господин Цинь!
Проводив взглядом удаляющегося Цинь Фэна, он бросился за ним. Наученный горьким опытом, на этот раз парень не стал хватать его за одежду, а лишь остановился перед Цинь Фэном и с трепетом спросил:
— Господин Цинь, с моим другом всё в порядке?
Цинь Фэн бросил на него косой взгляд:
— Тот крашеный?
Шэнь Шанэнь кивнул.
Цинь Фэн отвел взгляд и взмахом руки велел Шэнь Шанэню посторониться. Когда юноша отступил на два шага в сторону, он продолжил:
— Не переживай, всё нормально.
Шэнь Шанэнь с облегчением выдохнул, но тут же услышал:
— Бегает быстрее Бела.
Затем последовало знакомое насмешливое фырканье.
К моменту, когда Шэнь Шанэнь добрался до конюшни, уже совсем стемнело. Он подогнул пальцы и легонько коснулся ткани на обшлаге рукава — под кончиками пальцев ощущалась забытая плотная текстура. Хотя это пальто явно было ему великовато, Шэнь Шанэнь чувствовал себя совершенно счастливым.
— Прости, эта одежда всё-таки великовата, — произнес мужчина, тот самый, что днем выгуливал собаку на Дельфиньей улице.
Он вышел из комнаты отдыха при конюшне, держа в руках две фарфоровые чашки с золотым узором, протянул одну Шэнь Шанэню и мягко добавил:
— Завтра пришлют то, что будет впору.
Шэнь Шанэнь торопливо взял чашку обеими руками. Янтарный чай источал тонкий аромат, и в ночной просвечивающей дымке над ним клубился горячий пар. Тепло разлилось от ладоней по всему телу, и нервы, натянутые весь день, наконец-то расслабились.
— Спасибо, господин Юань, — он опустил голову и сделал маленький глоток. Бархатистый аромат скользнул по горлу, а у самого уха раздался мягкий смешок.
— Не нужно звать меня господин Юань, — сказал мужчина.
Шэнь Шанэнь посмотрел на него: принимая ванну и переодеваясь, он услышал, как прислуга так обращается к этому человеку, поэтому и сам последовал их примеру. Он не понимал причину и смотрел на собеседника с недоумением.
— Сколько тебе лет? — спросил мужчина.
— Шестнадцать, — ответил Шэнь Шанэнь.
Мужчина с улыбкой кивнул:
— Я старше тебя на четыре года, так что зови меня просто братом.
Его улыбка была красивой, открытой и располагающей к себе, отчего на сердце у Шэнь Шанэня потеплело, а уголки губ сами собой поползли вверх. Он уже собирался заговорить, как издалека донесся топот быстрых копыт, сменившийся глухим ржанием. Оба одновременно повернули головы: Цинь Фэн верхом на черной лошади остановился у ограды.
Он легко соскочил на землю. При этом движении пряди серебристых волос скользнули по лбу, делая его миндалевидные глаза еще более глубокими и чарующими. Передав поводья стоявшему рядом конюху, он откинул задвижку калитки и быстрым шагом направился к ним. Хотя выражение лица ничуть не изменилось, Шэнь Шанэнь все равно уловил исходившее от него мрачное напряжение.
— Юань Цзинь, — едва подойдя ближе, Цинь Фэн нахмурился и недовольно произнес: — Почему ты не ждал в комнате отдыха?
Шэнь Шанэнь слегка напрягся, и имя господина Цинь так и замерло у него на языке, когда он увидел, как Цинь Фэн обошел его стороной, обнял Юань Цзиня за плечи и увлек за собой в сторону комнаты отдыха.
Пока Шэнь Шанэнь соображал, что к чему, те уже отошли на несколько метров. Он торопливо допил остатки чая и поспешил следом.
В комнате отдыха было тепло и светло. Едва устроившись на диване, Цинь Фэн и Юань Цзинь принялись болтать друг с другом, словно вокруг больше никого не было. Казалось, у них никогда не иссякнут темы для разговоров, время от времени прерываемые тихим смехом. Заметив боковым зрением застывшую у входа фигуру, они наконец вспомнили об этом парне.
Цинь Фэн достал сигарету, закурил, откинулся на спинку дивана и затянулся, даже не собираясь обращать на гостя внимания. Сидевший рядом Юань Цзинь поманил Шэнь Шанэня рукой, подзывая ближе.
Шэнь Шанэнь осторожно приблизился, все еще держа в руках пустую чашку. Он не смел смотреть на Цинь Фэна и устремил взгляд только на Юань Цзиня.
— Чего это ты снова зажался? — усмехнулся Юань Цзинь, после чего повернулся к Цинь Фэну и поддел его: — Совсем не похож на того парня, что был сегодня днем.
Цинь Фэн не поднимал глаз. Медленно выдохнув струю дыма, он равнодушно бросил:
— Прижимают хвост только домашние псы.
Он снова затянулся, а когда дым рассеялся, затушил окурок в пепельнице и, не меняя выражения лица, спросил:
— Как звать?
Шэнь Шанэнь и так нервничал, а теперь и вовсе заикался. Он долго шевелил гувами, а голос его упал до предела:
— Шэнь… Шэнь Шанэнь.
То ли Цинь Фэну было все равно, то ли он расслышал, но переспрашивать не стал. Вместо этого он чуть кавырнул подбородком в сторону дальнего угла комнаты:
— Ступай туда, налей мне бокал вина.
Шэнь Шанэнь поспешно кивнул. Едва он собрался повернуться, как услышал подсказку Юань Цзиня:
— Виски, чистый, без льда.
Он замер на полуслове и ответил:
— Хорошо.
Подумав секунду, он добавил:
— Юань… братец Юань Цзинь, а ты будешь что-нибудь пить?
Юань Цзинь махнул рукой, отказываясь. До ужина было еще далеко, и он велел Шэнь Шанэню сначала принести алкоголь, а потом перекусить у буфета, заморить червячка. Тело Шэнь Шанэня отреагировало быстрее мозга: выполнив поручение, он тут же послушно шмыгнул в сторонку.
— С каких это пор у меня появился младший брат? — Цинь Фэн бросил косой взгляд на Шэнь Шанэня, который прятался в углу и жадно уплетал еду, после чего сделал глоток из своего бокала. — Он тебе так понравился?
Юань Цзинь легко рассмеялся:
— Ты же сам привел его сюда, я просто поступил так, как ты и хотел.
Он достал из кармана телефон, разблокировал экран и протянул Цинь Фэну:
— Я навел справки, прошлое чистое.
Покинув Дельфинью улицу, Юань Цзинь не стал следить за матчем, а сразу занялся проверкой Шэнь Шанэня. Раз Цинь Фэн позволил парню попытать удачу, значит, тот уже одной ногой ступил на порог поместья. И все же, поскольку бродяга происходил из самых низов улицы, им стоило проявить осторожность.
— Круглые сирота, вырос в детском доме Вудса, с пятнадцати лет ошивается на улице, в следующем месяце исполнится шестнадцать, — пояснил Юань Цзинь, подсаживаясь ближе к Цинь Фэну и разглядывая вместе с ним информацию на экране. — В детстве был таким пухленьким, даже милым.
Цинь Фэн посмотрел на фотографию, потом перевел взгляд на парня в дальнем углу и решительно не нашел в нем ничего милого, съязвив:
— Уверен, что не перепутал?
Юань Цзинь поджал гувы и, протянув руку, увеличил снимок в файле:
— Смотри сюда, родинка посередине правой мочки уха — точь-в-точь такая же.
Он поднял глаза на Цинь Фэна:
— Откормим — еще как преобразится.
Цинь Фэн вернул телефон Юань Цзиню, взял со стола бокал, поднес к губам, помедлил и сказал:
— Вот сам и откармливай.
С этими словами он осушил бокал до дна. Опустошив его, он едва заметно поморщился.
— Что-то случилось? — вернувшись в поместье, Юань Цзинь сразу почувствовал, что настроение у того какое-то странное. А увидев, как он курит, окончательно убедился в своих догадках. Из-за проблем Юань Цзиня с астмой Цинь Фэн почти никогда не курил в его присутствии — в этом плане он всегда проявлял осторожность.
Сидевший рядом мужчина снова зажег сигарету и, затянувшись, произнес:
— Старик велел мне возвращаться.
Он на мгновение опустил взгляд и тихо фыркнул:
— Сам в свое время насильно притащил меня сюда, а теперь опять выпроваживает.
Он резко затянулся, отвернулся и выпустил густое облако дыма:
— Какая к черту прихоть.
Юань Цзинь замер. Старик, о котором говорил Цинь Фэн, был Четвертый господин Цин — последний оставшийся в живых представитель старшего поколения семьи Цинь, чье слово в клане всегда было законом. Именно Четвертый господин в свое время настоял на том, чтобы забрать десятилетнего Цинь Фэна от матери и привезти сюда, а теперь снова приказывал ему явиться обратно.
— Когда отправляешься и надолго ли? — спросил Юань Цзинь.
С тех пор как они поселились в поместье, он и Цинь Фэн столько лет жили под одной крышей, и Юань Цзинь никогда даже не помышлял о дне, когда они могут расстаться. От одной этой мысли сердце забилось чаще, а дыхание сбилось.
— Расслабься.
Цинь Фэн тут же затушил окурок, похлопал его по спине, успокаивая, а другой рукой полез в карман Юань Цзиня в поисках лекарства:
— Где ингалятор?
Юань Цзинь перехватил его руку, показывая, что лекарство не нужно. Выровняв дыхание, он попросил Цинь Фэна продолжать.
Звонок поступил только во второй половине дня, а старик не привык откладывать дела в долгий ящик. Цинь Фэн вздохнул:
— В ближайшие дни. Насчет того, сколько придется пробыть, дед ничего не сказал.
— Я поеду с тобой.
Юань Цзинь принял решение практически мгновенно, но тут же получил отказ.
Уголки губ Цинь Фэна изогнулись, и он протянул руку, легонько потрепав Юань Цзиня по затылку:
— Еще не закончил учебу, а уже собираешься таскаться за мной. Сначала доучись, а Бела я оставлю тебе.
Оба они закончили университет в восемьдесят лет, хотя Цинь Фэн был старше на два года. После выпуска он добровольно пошел в армию. Юань Цзинь же из-за слабого здоровья не смог последовать за ним и, пойдя на компромисс, предпочел продолжить учебу. При этой мысли Юань Цзинь в очередной раз испытал разочарование в самом себе.
Видя, что тот помрачнел, Цинь Фэн неожиданно решил пошутить. Ухватив Юань Цзиня за подбородок, он заставил его повернуть голову в сторону:
— Глянь-ка, тебе ведь еще сына растить надо.
Юань Цзинь опешил, его гувы задрожали, но в конце концов он не выдержал и рассмеялся. Дернув головой, он увернулся от руки Цинь Фэна и с напускным недовольством бросил:
— Что ты мелешь, он мне младший брат.
Цинь Фэн равнодушно пожал плечами.
Наблюдая за Шэнь Шанэнем, который все еще крутился возле буфета, Юань Цзинь внезапно спросил:
— Почему ты дал ему шанс?
— Ну… — Цинь Фэн намеренно сделал паузу и, приподняв брови, посмотрел на Юань Цзиня. — Наверное, потому что он напомнил мне тебя в детстве.
Вспомнив, как Шэнь Шанэнь смотрел на него днем на Дельфиньей улице, он ощутил странное знакомое чувство. Улыбнувшись, он вполне серьезно добавил:
— Так что береги свое здоровье. Если вдруг с тобой что случится, у меня тут есть кому тебя заменить.
— Я прямо сейчас отправлю его прочь! — Юань Цзинь сделал вид, что собирается встать, но Цинь Фэн крепко схватил его за руку.
Борьба между ними вышла довольно шумной, и Шэнь Шанэню у буфета было трудно оставаться в стороне. Поколебавшись немного, он все же решил подойти.
Вытерев рот и очистив руки, Шэнь Шанэнь на ватных ногах направился к ним.
http://bllate.org/book/33653/4136843
Готово:
