Над головой воцарилась тишина, продлившаяся несколько секунд. Молодой человек о чём-то пошептался со стоящим рядом мужчиной, после чего послышался шорох. Он опустил веки ещё ниже, и его внимание вновь вернулось к тем сапогам.
Ожидание приговора затянулось ненадолго: когда сверху упала тень, перед ним протянули два тонких листа бумаги. Шэнь Шанэнь поднял руку, чтобы взять их, и невзначай коснулся чужой перчатки — на ощупь она оказалась куда холоднее, чем он предполагал.
Голос молодого человека раздался вновь; он неторопливо стягивал перчатки:
— Во-первых, я не добрый человек. Во-вторых, чтобы вернуться со мной, нужно выиграть состязание. Что до того, в чём именно будет заключаться соревнование...
Он бросил перчатки, наклонился и заглянул в лицо Шэнь Шанэня:
— Соревнуйся с моей собакой. Доберись до моего дома раньше неё — и считай, что победил. Здесь написан мой адрес, а на втором листе — чек на десять тысяч фунтов. Можешь проиграть или отказаться от участия и обналичить его в банке неподалёку.
С этими словами он выпрямился, бросил напоследок: «Даже не думай пользоваться транспортом, выбор за тобой», — и широким шагом направился к припаркованной у обочины спортивной машине. Двигатель взревел, взметнув кольцо опавших листьев, и автомобиль скрылся за углом.
В голове Шэнь Шанэня не возникло ни тени сомнений. Он прямо посмотрел на сидевшего рядом добермана и про себя усмехнулся: «Я ведь тоже не ангел, придётся с тобой побороться». Его палец невольно погладил место подписи на чеке, где чёрными чернилами было выведено имя молодого человека: QinFeng.
Шэнь Шанэнь опустил взгляд на лежавшие на земле кожаные перчатки: пальцы слегка растопырились, сохранив форму, которую им придавали надевкие их руки. Нагнувшись, он поднял их. Кончики пальцев коснулись внутренней стороны, ощутив оставленное тем человеком слабое тепло. Еле уловимый парфюм тут же медленно поплыл от кожи к носу, заставив его сердце невольно дрогнуть.
Он повернулся и посмотрел на мужчину с собакой. Мужчина слегка кивнул ему, а пёс вновь обрёл тот же надменный вид, что и при первой встрече.
— Сэр, можно мне с ним поговорить? — спросил Шэнь Шанэнь.
Получив разрешение, он подошёл к доберману, присел на корточки и протянул руку, чтобы погладить по голове. Стоило ладони коснуться гладкой шерсти, как доберман резко мотнул головой, наотрез отказываясь принимать чужие нежности. В его глазах промелькнуло брезгливое выражение, он издал тихое хриплое ворчание, а уши встали торчком, источая недвусмысленное предупреждение для стоящего перед ним человека.
Шэнь Шанэнь молча вздохнул, подумав про себя: «Ну и норовистый же, ну и с характером». Он отдёрнул руку и спросил кличку пса. Мужчина ответил, что его зовут Бел.
— Бел, ты можешь мне помочь? Я буду хорошо к тебе относиться, обещаю. — Заметив, что пёс не выказывает крайнего сопротивления, Шэнь Шанэнь поддвинулся ближе и шёпотом произнес ему на ухо: — Оставь собаке лазейку, ещё свидимся.
Выражение морды Бела не изменилось ни на йоту, а взгляд остался таким же суровым.
Шэнь Шанэнь взял ту пару перчаток и легко провёл ими перед самым носом пса, улыбнувшись в глаза:
— Буду считать, что ты согласился.
Игнорируя недовольное фырканье Бела, он выпрямился и перевёл взгляд на мужчину:
— Уделите мне, пожалуйста, три минуты. Я кое о чём предупрежу друга — и можно будет начинать.
Шэнь Шанэнь побежал на другую сторону улицы. Джек и раньше пытался взглядом спросить, не нужна ли помощь, но Шэнь Шанэнь был целиком поглощен уговорами Цинь Фэна и совершенно не успевал отвлекаться. Сейчас тоже не было времени на долгие объяснения: он торопливо вытащил из кармана листок с адресом, коротко обрисовал ситуацию и поинтересовался самым быстрым маршрутом.
Как закоренелый бродяга, проведший в Рисе не один десяток лет, Джек знал этот город как свои пять пальцев: он исходил вдоль и поперёк каждую скрытую улочку и был знаком со всеми тайными тропами.
Бросив взгляд на адрес, Джек указал на неприметный переулок впереди и негромко сказал:
— Иди туда, мимо той мужской тюрьмы, а потом выбирайся под старым мостом. На задворках будь особенно осторожен — там никто не наводит порядок, остерегайся тех типов, которых только что выпустили оттуда, ни в коем случае не смотри им в глаза. Затем пересеки железнодорожные пути, иди вдоль реки, пока не увидишь сплошную дубовую рощу — это и будет нужное место.
Убедившись, что Шэнь Шанэнь всё понял, Джек продолжил:
— Когда-то это была Усадьба графа Уинктона, её выставили на открытые торги только после Второй мировой. Она несколько раз меняла владельцев и особенно популярна в китайской диаспоре. От центра города туда обычным путём добираться часа два, но если пойдешь так, как я говорю, уложишься максимум в сорок минут.
Шэнь Шанэнь кивнул, накрепко заучив маршрут. Бросив прощальный взгляд на Бела, он отдал перчатки Джеку и заговорил шёпотом, слышным лишь им двоим. Напоследок он вытащил из нагрудного кармана тот самый номерной жетон и быстро сунул его в руку Джека:
— Через месяц жди меня в приюте у западной окраины.
Джек взглянул на жетон и хотел было что-то сказать, но Шэнь Шанэнь уже повернулся.
Не теряя ни секунды, парень вернулся к мужчине, подобрал с земли бейсболку, натянул её на голову и закинул на плечи рюкзак.
— Я готов, — твёрдо произнёс он, казалось, полностью уверенный в своей победе.
Мужчина окинул юношу взглядом, после чего достал телефон и куда-то позвонил. Вскоре у перекрёстка остановились две машины.
— Одна поедет за тобой, вторая — за Белом, — бесстрастно бросил он. Шэнь Шанэнь понял: это значит, что за каждым его шагом в ходе гонки будут следить.
Он прикусил губу и ответил:
— Без проблем.
Мужчина на поводке вёл собаку, шагая с Шэнь Шанэнем плечом к плечу до самого выхода на Дельфинью улицу. Эта картина выглядела несколько комично и быстро привлекла внимание зевак. Джек тоже последовал за ними, остановившись на развилке неподалёку и повернувшись к ним лицом.
При мыслях о том, что от этого состязания зависело его будущее, Шэнь Шанэнь всё же испытывал некоторое волнение. Он смотрел перед собой, а в его глазах мелькали сложные эмоции.
Мужчина не стал говорить лишнего: наклонившись, он отстегнул ремешок с шеи Бела и тихо скомандовал:
— Беги.
Стоило звукам стихнуть, как Шэнь Шанэнь и Бел сорвались с места почти одновременно. Шэнь Шанэнь бежал быстро, но по сравнению с Белом всё же значительно уступал в скорости.
Едва пёс приблизился к развилке, стоявдший посреди дороги Джек громко крикнул:
— Бел! Сюда!
Он швырнул перчатку, точно попав Белу по голове, а затем мгновенно взмахнул второй и бросился бежать в левый переулок. Шаги Бела на мгновение замедлились: знакомый запах заставил его растеряться. Заметив летящую перчатку, он опустился, подхватил её зубами и бросился в погоню за мелькнувшей фигурой Джека.
Шэнь Шанэнь не останавливался ни на секунду. Резко свернув вправо, он без колебаний бросился в сторону мужской тюрьмы. Ветер резал лицо, козырек кепки задрался вверх, и он инстинктивно прижал его рукой. Дорога перед глазами расплывалась в периферийном зрении, сердце колотилось как безумное, а он, следуя указаниям Джека, нёсся во весь опор по безлюдным задворкам.
В то же время обе машины следовали по пятам, разделившись и свернув в разные стороны на развилках перед Дельфиньей улицей.
Метнувшись мимо мужской тюрьмы, Шэнь Шанэнь без остановок побежал к старому мосту. Вода под ним источала мерзкий запах гниения, а полуразрушенные доски ходили ходуном под ногами. Сжав зубы, он единым рывком перескочил на другой берег моста и шагнул вглубь переулка.
Обстановка в переулке была куда тише, чем на главной улице, но это место бесспорно оставалось самым опасным в городе. Несколько фигур бродили возле выхода, бросая на прохожих холодные взгляды, от которых кровь стыла в жилах. Шэнь Шанэнь намеренно замедлил шаг, стараясь казаться менее заметным и держаться как можно естественнее.
Облезлые граффити на стенах и проржавевшие железные двери заставляли его покрываться мурашками. Затаив дыхание, он осторожно обошёл подозрительных людей. Благополучно миновав этот мрачный район, он, как и ожидалось, уткнулся в железнодорожные пути.
Вдалеке раздался оглушительный грохот приближающегося поезда. Не раздумывая, Шэнь Шанэнь ухватился за ограждение и перемахнул через него одним прыжком. Едва коснувшись ногами земли, он яростно рванул вперёд. Пересекая рельсы одну за другой, он подпрыгнул и кубарем вылетел с путей на другую сторону.
Его сердце билось в унисон с перестуком колёс. Мощный порыв ветра ударил в спину, оглушающий ремнящего поезда заполнил уши, а подземная вибрация ещё долго отзывалась в груди тревогой — впрочем, ни о чём подобном он не пожалел.
Пробежав ещё немного вдоль реки, он миновал заросли кустарника и наконец увидел то самое переплетение жёлтых и зелёных крон дубовой рощи. Осенний вечерний ветерок принёс с собой ароматы листвы и влажной земли, помогая его вздымающейся груди постепенно унять дыхание.
Миновав рощу, Шэнь Шанэнь увидел показавшуюся впереди усадьбу. Белые каменные стены отливали теплыми красками в лучах заходящего солнца, а очертания особняка казались в этом мягком свете величественными и безмятежными. Шэнь Шанэнь прибавил шагу: с каждым новым преодоленным шагом его едва успокоившееся сердце начинало биться всё чаше.
Высокие узорчатые ворота бесшумно распахнулись в обе стороны. Шэнь Шанэнь взмахнул рукой, поправляя лямку рюкзака, и с непреклонным выражением лица шагнул внутрь. Аккуратный, безупречно подстриженный газон расстилался по обе стороны от дорожки, а фонтан на его краю переливался золотистыми брызгами в лучах заката. Миновав ещё одни, более изящные железные ворота, он под предводительством мужчины в строгом костюме вошёл во внутренний двор.
Однако сейчас Шэнь Шанэню было вовсе не до местных красот — всё его внимание целиком приковал к себе человек, стоявший неподалёку. Цинь Фэн выходил из бокового крыла особняка; на нём был тщательно подобранный костюм для верховой езды, который придавал ему одновременно элегантный и исполненный скрытой силы вид.
Идеально скроенная тёмно-синяя верхняя одежда безупречно подчёркивала мускулистый силуэт, а кожаный кушак и узкие брюки делали акцент на тонкой талии и длинных ногах. Разумеется, в таком наряде обычно отправлялись на местную конюшню.
Мужчина в строгом костюме коротко поклонился Цинь Фэну и удалился. Взгляд Цинь Фэна тут же переключился на Шэнь Шанэня, не выказав при этом ни капли удивления. Подойдя к парню вплотную, он процедил всего два слова:
— Жалко.
Юноша не понял, что это значит, и, замерев, испуганно уставился на него. Цинь Фэн пояснил прямо:
— Воспользовался помощью со стороны — ты проиграл.
С этими словами он собрался уйти.
Но стоило ему сделать шаг, как его руку крепко схватили. Цинь Фэн опустил взгляд на вцепившуюся в него ладонь: бледные, тонкие пальцы были перепачканы грязью, и на его лице тут же появилось недовольное выражение.
Шэнь Шанэнь поспешно разжал пальцы и взволнованно выпалил:
— Вы же не говорили, что нельзя!
Облизнув пересохшие губы, он добавил:
— Вы сказали лишь, что запрещено пользоваться транспортом, но ни слова не было про запрет на стороннюю помощь.
Опустив глаза, Цинь Фэн вновь с ног до головы окинул взглядом этого мастера софистики. Ему почти захотелось улыбнуться, как вдруг он заметил фигуру, стремительно приближающуюся от ворот.
Чёрная шерсть пса свалялась в нескольких местах, на краях ушей виднелись царапины, а кончик хвоста был испачкан в грязи — весь его вид красноречиво свидетельствовал о тяготах проделанного пути, но глаза по-прежнему ярко сияли. Позади него шёл тот самый мужчина с поводком в руке, неспешно ступая следом.
Бел подбежал к Цинь Фэну и радостно подпрыгнул, уперевшись передними лапами ему в колени и задрав морду.
— Хороший мальчик... — Цинь Фэн протянул руку и потрепал его по голове. — Наматывать такие круги — небось устал?
Его взгляд снова вернулся к лицу Шэнь Шанэня, заставив того почувствовать себя неуверенно.
http://bllate.org/book/33653/4136842
Готово:
