Взгляд Чжань Чжэня был несколько пугающим — словно у голодного щенка, которому не дали мяса, скрыто угрожающего своей добыче.
Сянь Шэн протянул руку, чтобы забрать ту самую ветку сливы:
— Раз Высочество не желает её отдавать, то я не пойду.
Однако Чжань Чжэнь отвёл руку и произнёс:
— Раз уж преподнесён подарок, разве гоже его забирать обратно?
— Значит, ты согласен взять меня с собой?
— Посмотрим, как ты себя поведешь.
Сянь Шэн пробыл на улице совсем недолго, прежде чем Чжань Чжэнь снова затащил его в комнату, но, вдоволь налюбовавшись сегодня заснеженными пейзажами, он остался весьма доволен.
Теперь в Великом Цзинь ему приходилось во всём полагаться на согласие Чжань Чжэня, поэтому он не стал намеренно идти на конфликт. Сняв тяжёлую накидку, он повесил её на ширму. Чжань Чжэнь ушёл в кабинет, а Сянь Шэн взял принесённую из дома книгу и устроился на маленькой тахте у окна.
— Принцесса, — внезапно доложила Жуи, — Принцесса Чжань Инь пришла навестить Вас. Наследный принц велел спросить, разрешите ли Вы ей войти.
При упоминании Чжань Инь Сянь Шэн тотчас вспомнил пережитый в карете ужас. Нахмурившись, он подумал, что Чжань Инь точь-в-точь похожа на Чжань Чжэня — та же лютая, до смерти ненавидящая злоба.
Но даже если Чжань Чжэнь предоставил выбор ему, Сянь Шэн не мог просто так взять и выставить человека за дверь, поэтому он лишь кивнул.
Чжань Инь пришла не одна — с ней были Чжань Цзинь и Цин Жун. Прежде чем войти в комнату, все трое отряхнули снег, сняли плащи и поклонились Сянь Шэню:
— Приветствуем супругу наследного принца. Я слышала, что Вы захворали, и пришла проведать… Моё вчерашнее поведение было крайне неуместным, и это поистине непростительно. Прошу супругу наследного принца не держать зла на мою глупость.
— Ничего страшного, не берите в голову, — фальшиво улыбнувшись, произнёс Сянь Шэн.
Он велел им присесть и приказал подать сладости, однако Цин Жун тут же сказала:
— Жене наследного принца не стоит беспокоиться. Я сама приготовила сливовые пирожные. Они ещё горячие, я принесла их, чтобы Вы и Высочество отведали.
Жуи приняла угощение и поставила перед Сянь Шэнем. Тот бросил взгляд на тарелку и похвалил:
— У чжунчжу поистине золотые руки.
Цин Жун застенчиво улыбнулась:
— Супруга наследного принца слишком добра к мне… Кстати, а Высочество часом не в кабинете? Я сама отнесу ему немного пирожных, их ведь лучше есть горячими, а то остынут — и вкус уже не тот.
Жуи посмотрела на Сянь Шэня, и тот распорядился:
— Эй, проводи чжунчжу.
В глазах Цин Жун мелькнуло удивление, но она поблагодарила его и последовала за служанкой.
Чжань Инь с самого порога не сводила глаз с Сянь Шэня. Чжань Цзинь вела себя не столь прямолинейно: искоса поглядывая на Сянь Шэня, она украдкой дёрнула Чжань Инь за рукав.
Тут Чжань Инь словно что-то вспомнила, торопливо приняла из рук служанки какую-то шкатулку и сделала два шага вперед:
— Это отборная ароматическая мазь из моих личных покоев, привезённая из других стран в качестве дани. Говорят, технология её изготовления невероятно сложна, поэтому она баснословно дорога. Я долго упрашивала Вдовствующую императрицу, прежде чем смогла её заполучить. Как говорится, изысканные благовония созданы для прекрасных красавиц — пожалуйста, примите этот скромный дар, сударыня.
Стоило ей открыть шкатулку, как лицо стоявшей позади Чжань Цзинь едва заметно изменилось.
Лицо Жуи тоже слегка окаменело. Сянь Шэн опустил взгляд, однако улыбка не сошла с его губ:
— И впрямь прелестно, да еще с ароматом сливы. Благодарю Принцессу за заботу.
Чжань Инь не удержалась от радости:
— Позвольте, я нанесу немного на Ваши запястья.
Сянь Шэн инстинктивно отпрянул назад, но Чжань Инь уже зачерпнула пальцем чуть-чуть мази и потянулась к его руке. Её девичьи пальчики были мягкими, из-за чего у Сянь Шэня в груди бешено заколотилось.
Чжань Инь с ожиданием во взоре заглянула ему в лицо:
— Ну как, вкусно пахнет?
— Очень хорошо.
Сянь Шэн велел Жуи забрать шкатулку, спрятал руки обратно в рукава, обхватил ими грелку для рук и продолжил:
— Технология изготовления этого средства действительно сложна. Чтобы добиться идеальной нежности текстуры, перед застыванием её многократно фильтруют, удаляя малейшие крупинки. Затвердевать она должна исключительно при строго поддерживаемой температуре. Но даже несмотря на это, из десяти готовых коробочек как минимум в восьми появляются пузыри или трещины, поэтому объёмы производства ничтожно малы.
Чжань Инь принялась бессмысленно расхваливать:
— Супруга наследного принца так умна! Откуда Вы всё это знаете?
Сянь Шэн вновь улыбнулся:
— Если я не ошибаюсь, это дань, которую Южный Лян прислал вскоре после подписания договора о мире и династийном браке.
В комнате воцарилась двухсекундная тишина. Чжань Инь опешила и только собралась оправдаться, как Сянь Шэн добавил:
— Мне очень нравится. Принцесса, присаживайтесь, отведайте сладостей.
С окаменевшим лицом Чжань Инь отступила назад и, повернувшись к Чжань Цзинь, прошептала едва слышно:
— С чего бы ей оказаться подарком из Южного Ляна?..
Чжань Цзинь тоже сжала зубы:
— Ты же строила из себя загадочную недотрогу, уверяла, что она непременно будет в восторге! Откуда мне было знать, что ты выберешь именно это?
— …Думаешь, она решит, что я намеренно унижаю её?
Понятия не имея, сочла ли та себя униженной, можно было сказать наверняка одно: особой теплоты к гостьям Сянь Шэн не выказал.
Атмосфера в комнате повисла неловкая. Тем временем Цин Жун уже добралась до кабинета Чжань Чжэня. Стражник Гао Сюань поприветствовал её:
— В такой снегопад, с чего это чжунчжу пожаловала сюда?
— Я приготовила кое-какое угощение. Жена наследного принца велела мне передать его лично в руки, поэтому я прошу о докладе.
Войдя внутрь, Гао Сюань увидел, что наследный принц, подперев щеку рукой, неотрывно смотрит на принесённую ранее ветку сливы — на его лице читалось выражение, подозрительно похожее на томную тоску о любви. Гао Сюань кашлянул и передал слова гостьи. Чжань Чжэнь тут же опустил руку и приподнял брови:
— Жена наследного принца велела принести?
— Именно так.
— Пусть войдет.
Лицо его похолодало. Войдя в комнату, Цин Жун поклонилась:
— Я сама приготовила сливовые пирожные и принесла их Вашему Высотельству, пока они не остыли.
— Это тебя Сянь Шэн прислал?
— Да. Более того, он специально велел проводить меня. Чжань Инь там приносит ей извинения, атмосфера царит неловкая, и я, не зная, что и сказать, предпочла разыскать Высочество.
Чжань Чжэнь вертел на пальце белого нефритового кольца для стрельбы из лука, а в его глазах плясали язычки пламени. Цин Жун достала пирожные и подвинула к нему:
— Высочество? Что с Вами?
Чжань Чжэнь холодно посмотрел на неё. Цин Жун слегка затаила дыхание, но заметила, как выражение его лица постепенно смягчилось.
— Жена наследного принца и вправду так заботлива… Вот только они слишком сладкие, я к такому не привык.
Цин Жун ничего не ответила.
Пирожные приготовила она сама и сама же принесла, так с какой стати заботливым оказался Сянь Шэн? К тому же он даже не попробовал их, заявив, что не привык — не означало ли это прямое презрение к её стряпне?
— Пойду взгляну, что там творится впереди.
Он поднялся, но тут же вернулся, прихватив со стола лежавшую там белую нефритовую шпильку.
Цин Жун последовала за ним со словами:
— Раньше я часто видела, как Высочество вертит в руках эту шпильку, и гадала, чья она. Теперь же я вижу — она принадлежит жене наследного принца?
Чжань Чжэнь ответил с полной прямотой:
— Именно.
— Простовата она на вид. Не очень-то похожа на вещь, подобающую великой принцессе целого государства.
— Когда-то она носила мужские одежды, и я лично снял её с её головы.
Не замедляя шага, он в два счёта дошёл до комнат. Цин Жун помедлила секунду, нервно теребя пальцы, и шмыгнула следом.
Атмосфера внутри была далёкой от дружелюбной. Чжань Цзинь первой поднялась, чтобы поприветствовать его, следом поднялась и Чжань Инь. Сянь Шэн только попытался встать с тахты, как Чжань Чжэнь протянул руку и мягко усадил его обратно.
Чжань Чжэнь прекрасно знал свою сестру: едва взглянув на её виноватую и растерянную физиономию, он тут же спросил:
— Что натворила на этот раз?
Чжань Инь не смела произнести ни слова. Сянь Шэн попытался заговорить, но Чжань Чжэнь остановил его взглядом:
— Чжань Цзинь, говори ты.
Голос Чжань Цзинь звучал тихо и робко. Ссутулившись, она почтительно произнесла:
— А Ин принесла в знак извинения ароматическую мазь, присланную в подарок из Южного Ляна.
Чжань Чжэнь перевёл взгляд на Чжань Инь. Цин Жун внезапно выступила вперёд:
— Здесь явно какая-то ошибка! У А Ин и в мыслях не было ничего дурного. Супруга наследного принца — человек широкой души, она наверняка не станет держать зла.
Сянь Шэн подумал про себя: независимо от того, сердился он на Чжань Инь или нет, после подобных слов в глазах окружающих он неизбежно окажется обиженным. Если сегодняшние извинения Чжань Инь будут истолкованы превратно, та непременно решит, что он мелочен и злопамятен, и в будущем беды не миновать.
На душе у него было скребуще-неприятно, но вслух он ничего не сказал. Каково же было его удивление, когда Чжань Инь набросилась на саму Цин Жун:
— Широка ли душа у моей невестки — это её личное дело! С какой стати ты здесь распинаешься о добродетели и давишь на неё?!
Цин Жун: «……»
Чжань Инь снова повернулась к брату с невесткой и мягким голосом произнесла:
— У меня действительно не было дурных помыслов. Прошу не сердиться на меня, невестка.
Сянь Шэн вдруг поймал себя на мысли, что всё это забавно:
— Я не сержусь, правда, не бери в голову.
Чжань Инь ещё собиралась что-то сказать, но брат просто выставил её за дверь. Расстроенная донельзя, она вышла из покоев. Чжань Цзинь тихонько утешала её, а Цин Жун бросила:
— Она же явно зла на тебя! Зачем тебе понадобилось унижаться и заискивать перед ней?
— Да что ты понимаешь! — выпалила Чжань Инь. — Я и вправду была неправа, и её гнев вполне справедлив… Но послушай, ты сегодня ведёшь себя странно! Словно намеренно цепляешься к невестке. Что с тобой не так?
Цин Жун напускным смешком отмахнулась:
— Ты всё преувеличиваешь. Я просто возмущенна несправедливостью по отношению к тебе.
— Если бы ты действительно желала мне добра, то должна была понимать: сейчас я готова весь мир сложить к её ногам, лишь бы она перестала сердиться!
— …Ты же сама женщина, неужели тебе совсем не завидно?
— А тебе завидно? И какой толк? Ты всё равно и мизинца её не стоишь.
Цин Жун: «……»
Лицо её помрачнело.
Беззаботная Чжань Инь зашагала к карете. Проходя мимо Цин Жун, Чжань Цзинь успокаивающе произнесла:
— Она всегда говорит то, что думает, но дурного умысла у неё нет.
— Я знаю.
Чжань Цзинь двинулась дальше, а взгляд Цин Жун внезапно блеснул:
— А ты в последнее время снова выросла.
Чжань Цзинь остановилась. Её силуэт со спины казался хрупким, но спина была прямой, как ствол белого тополя. Цин Жун не могла видеть её выражения лица, но прекрасно знала, что от той веет холодом. Странным тоном она промолвила:
— Скажи, а что, если великая принцесса Даляна похожа на тебя?
Как только делегация удалилась, Жуи тут же выпроводили вон. В комнате остались только они вдвоём. Сянь Шэн исподлобья взглянул на Чжань Чжэня, заметив, что тот, кажется, сердится.
Пока он лихорадочно размышлял, Чжань Чжэнь внезапно заговорил:
— В комнате полно служанок, почему ты позволил Цин Жун лично носить мне пирожные?
Сянь Шэн спокойно объяснил:
— Чжунчжу сама этого пожелала.
— Она пожелала, а ты и согласился? Неужели ты не видишь, что она неравнодушна ко мне?
Сянь Шэн даже удивился — надо же, Чжань Чжэнь и сам всё заметил.
Он пояснил:
— Здоровье у меня слабое, так или иначе, со временем тебе придётся завести наложниц. А у чжунчжу и внешность выдающаяся, и чувства к тебе имеются. Если Вдовствующая императрица соизволит отдать её в боковые супруги… По-моему, вышло бы неплохо.
Чжань Чжэнь скривил губы в улыбке, но его взгляд мгновенно стал опасным:
— Свадьба только отгремела, а ты уже порываешься подыскать мне наложниц? Что такое? Решил, что с появлением других жён сможешь спокойно почивать на лаврах фиктивной жены наследного принца и больше не ублажать меня?
— Вовсе нет!
Сянь Шэн отлично знал, что с ним нужно по-хорошему, а не напролом, и опасаясь, как бы тот снова не вспылил и не набросился на него, обиженно протянул:
— Я прибыл в Северное Государство в полном одиночестве. Если я проявлю излишнюю ревность, то наживу себе врагов… Ты же сам толком ничего ей не объяснил, иначе с чего бы ей самой тебя искать? Ты сам посеял эти романтические долги, почему же винишь во всём меня?
Под конец его глаза даже покраснели, и он ловко перевёл стрелки обратно на мужа. Чжань Чжэнь нахмурился:
— Значит, тебя заставили обстоятельства? В душе ты этого вовсе не хочешь?
Сянь Шэн не стал отвечать напрямую:
— Какая женщина согласится делить мужа с другими? Разве не каждая мечтает о безраздельной любви?
Посмотрев на него какое-то время, Чжань Чжэнь протянул руку, смахнул слезинку с уголка его глаза, смягчил выражение лица и произнул:
— Я хочу, чтобы принцесса дорожила мной.
— Если ты хочешь, чтобы я дорожил тобой, тебе следовало бы хоть немного дорожить мной в ответ, — надув губы, произнёс Сянь Шэн. — Всё, что ты делаешь — лишь бы воспользоваться мной, искренней любовью тут и не пахнет.
Чжань Чжэнь, окончательно растаяв от его капризного выражения лица, сбавил тон:
— Я потому и хочу тебя, что люблю.
— Если ты по-настоящему меня любишь, то должен подождать, пока я сам этого не захочу.
Взглянув на него, Чжань Чжэнь слегка сжал пальцы:
— Значит, принцесса вышла за меня по принуждению?
— Изначально… так оно и было.
Чжань Чжэнь помолчал и осторожно поинтересовался:
— А теперь?
— Теперь… — Сянь Шэн бросил на него быстрый взгляд, неожиданно чмокнул в щеку, для вида смущённо отвернулся и тихо пробормотал: — Теперь я уже немного привязался к тебе, но мне нужно ещё немного времени.
Заметив, что Чжань Чжэнь уже отступил от прежней жесткости, Сянь Шэн одновременно почувствовал облегчение и бросил на него быстрый вороватый взгляд:
— Не скажу тебе.
Дыхание Чжань Чжэня на секунду перехватило. От этого мимолётного взгляда его сердце затрепетало, а на щеках всё ещё ощущалось мягкое тепло прикосновения. Внутри него словно что-то пробило ледяную корку, вмиг заливая душу весенним цветением.
Он подумал: если Сянь Шэн задумал соблазнить его, то он непременно погибнет от её рук.
http://bllate.org/book/33635/4134576
Готово:
