Он публично обвинил Великого генерала, защищающего государство, в трусости и нерешительности, из-за чего кампания затянулась на несколько лет. Великий генерал, защищающий государство, чувствуя свою неправоту, отчитывал его за юношеский возраст и невежество, заявляя, что тот посмел бросить вызов главнокомандующему лишь благодаря паре незначительных военных заслуг.
Чэнь Ижун пропустил эти слова мимо ушей, а стройные, грозные войска, прежде принадлежавшие Великому генералу, защищающему государство, были готовы повсюду следовать за ним сквозь огонь и воду, чтобы вместе встретить зарю нового дня.
Спящий дракон уже пробудился ото сна, и от его боевого клича содрогаются реки и горы. Он взрывает пыль и песок на поле брани, оставляя позади бесчисленные миры мертвых тел, а затем с улыбкой забрызгивает кровью землю на несколько футов вокруг. Сжимающий острое лезвие, подобное пугливому гусю, взмывающему ввысь, он вонзает его прямо в сердце врага, глядя вперед и не делая ни шагу назад.
Зеленые курганы хранят память о павших героях, а вражеская кровь обагряет кончик меча — в этой битве Великое Ци непременно одержит победу!
Все предыстории и вводные главы подошли к концу, со следующей главы мы официально переходим к главной теме.
Глава 10: Воссоединение
На двадцать четвертый год правления Вэньцзин в Цэньчжоу была одержана великая победа: южные мань терпели поражение за поражением и в конце концов покорились Великому Ци, положив конец войне.
Великий генерал, защищающий государство, с победой вернулся в столицу, и первым среди тех, кто был удостоен наград, заслуженно стал сын Герцога Цзи — Чэнь Ижун, который неоднократно разбивал силы южных мань в пух и прах.
Все вокруг твердили, что его храбрость не имеет равных в трех армиях и что он — истинный юный полководец, а по пути в столицу он снискал глубокую любовь простого народа.
Наградить! Его непременно нужно щедро наградить!
Император Вэньцзин восседал на драконьем троне и перелистывал донесения о военных действиях за последние пять лет, и все они были связаны с Чэнь Ижуном. Это привело императора в такой восторг, что он ударил по столу и рассмеялся, а в его глазах сияла чистая радость.
Под ясным небом, когда луна восходит в положенный срок среди весны и осени, этот Молодой генерал Чэнь походил на стремительного дракона, набросанного широкими и мощными мазками туши, чей взмах потревожил плывущие облака. Он и впрямь оправдал его ожидания, в один миг прославившись на весь мир.
Наследный принц склонился в поклоне у обвитой драконом нефритовой колонны, долго внимая звукам драконьего рыка, и услышав эти слова, внутренне обрадовался.
С годами Император Вэньцзин старел и все больше ценил его, то и дело поручая важные дела. Придворные чиновники также строили различные догадки, решив, что Ваше Величество, судя по всему, собирается передать бразды правления наследному принцу, поэтому втайне многие стремились завязать с ним знакомство.
Император Вэньцзин радостно улыбнулся, перевел взгляд на стоявшего внизу Наследного принца и спросил:
— Линь-эр, Ижун был твоим товарищем по учебе. Вы глубоко привязаны друг к другу, и ты лучше всех знаешь его нрав. По твоему мнению, чем следует наградить его на этот раз?
Наследный принц уже заранее всё обдумал. Чуть приоткрыв губы, он твердо ответил:
— Золото, серебро, драгоценности, красавицы-жены и наложницы — всё это, конечно же, не нужно Ижуну. Он провел в походах пять лет и неоднократно совершал великие подвиги на поле боя лишь для того, чтобы поскорее вернуть Великому Ци мир и покой, а народу — возможность жить без тягот войны и наслаждаться спокойной жизнью.
Наследный принц слегка замолчал, после чего поднял взгляд, чтобы незаметно оценить выражение лица Императора Вэньцзин. Убедившись, что отец выглядит совершенно спокойно, он осмелился продолжить громким голосом:
— Поэтому, по мнению вашего недостойного сына, столь одаренному военачальнику надлежит доверить важный пост. Однако он еще молод и к тому же является сыном герцога. Если Ваше Величество опасается его чрезмерного влияния, можно пожаловать ему титул генерала Чжуну четвертого высшего ранга, сделав преданность напоминанием о долге, а воинскую доблесть — знаком признания.
— Должность и впрямь невысокая, он вполне заслуживает и более высокого чина, но то, что ты говоришь, действительно разумно, — слегка сомневаясь, произнес Император Вэньцзин. — Однако что, если простолюдины по всей Поднебесной станут роптать и обвинят Меня в предвзятости? Как тогда поступить?
— Сынок уже обдумал это, — с благоговейным поклоном произнес Наследный принц. — Ваше Величество могло бы в виде исключения приказать возвести для него резиденцию генерала и пожаловать именную табличку, написанную вашей собственной рукой, в знак безграничной императорской милости!
Если говорить о богатстве или власти, то в будущем Чэнь Ижун сможет унаследовать герцогский титул, так что награждать его земными благами уже не имело смысла.
Но Сяо Цзялинь помнил те слова, которые Чэнь Ижун сказал ему в Восточном дворце перед отъездом. Тогда он без оглядки отправился на юг, желая добиться славы и успехов. И теперь он добился своего: за пять лет его имя прогремело на весь мир, и он прославился на века. И долг принца — помочь ему в этом деле.
Почему же он не стал просить для Чэнь Ижуна более высокого поста?
Человеческие сердца в этом мире полны коварства. Если кто-то позавидует тому, что в свои девятнадцать лет он занимает столь высокий пост, в будущем его могут начать очернять, и тогда вреда окажется больше, чем пользы.
Хотя должность генерала Чжуну была не столь высока, ее вполне хватило бы, чтобы послужить ему ступенями к небесам в будущем. Не за горами тот день, когда он сделает блестящую карьеру и взлетит на самый верх.
— Раз так, то пусть будет по-твоему.
Император Вэньцзин больше не стал размышлять над этим. Слова и поступки Наследного принца с годами всё больше походили на поведение истинного мудрого правителя, и он искренне доверял ему.
Склонившись над столом, император взял кисть и развернул шелковый свиток императорского указа. Обмакнув волчью кисть в тушь, он стал выводить аккуратные иероглифы почерком кайшу. Это был личный указ императора — указ о награждении.
— За завтрашней утренней аудиенцией Я лично вручу ему награду. Что же касается постройки резиденции, то поручаю тебе лично контролировать работы в Ведомстве общественных работ, сделай всё возможное, чтобы закончить как можно быстрее.
— Слушаюсь, сын повинуется воле Вашего Величества! — Наследный принц низко поклонился, больше не в силах скрывать радость.
Три дня спустя всё было готово, и армия вернулась в столицу. Император Вэньцзин пожаловал Чэнь Ижуну титул генерала Чжуну и подарил резиденцию генерала, и в этот миг небо и земля озарились триумфом, приковав к себе взоры всех подданных.
После окончания утренней аудиенции воины, плечом к плечу сражавшиеся в былые годы в крови и пламени, один за другим подходили к Чэнь Ижуну, складывая руки в знак приветствия и поздравления. Они уже много лет испытывали искреннее восхищение к этому человеку, и их пожелания были наполнены чистой искренностью.
— Благодарю вас, братья-воины.
У ворот императорского города в толпе стоял юноша в боевых одеждах с узорчатым серебряным шитьем, напоминающим плывущие облака. Его черные волосы были собраны высоко на макушке, брови походили на мечи, а глаза сияли подобно звездам — он был невероятно выделяющейся фигурой. Находясь в самом расцвете сил и пользуясь благосклонностью императора, он казался всем тем, кому суждено великое будущее.
Однако в этот момент Чэнь Ижун испытывал немалое волнение.
Он наконец-то вернулся в столицу и наконец-то сможет увидеть того, о ком тосковал все эти годы. Прошло пять лет разлуки, и он не знал, как обстоят дела у его возлюбленного.
До него доходили слухи, что император пожаловал тому титул князя Сюаньчэня, а в прошлом году выделил для него отдельную резиденцию. Теперь же он находился за пределами императорского дворца, но всё еще в столице, так что видеться в будущем будет довольно удобно. При этой мысли на губах Чэнь Ижуна невольно заиграла счастливая улыбка.
— Генерал Чэнь с самого момента известия о возвращении в столицу только и делает, что сияет от радости. Наверное, всё потому, что скоро увидит свою зазнобу?
Один из воинов, заметив его влюбленный вид, не удержался от подшучивания, вызвав дружный смех у стоявших рядом товарищей.
— Точно! Наш Молодой генерал Чэнь, находясь в Цэньчжоу, только и делал, что отправлял послания в столицу! Теперь, когда он наконец вернулся, его желание наконец-то исполнится!
— Верно! Когда же свадьба? Не забудьте пригласить нас выпить за ваше здоровье! Мы, братья, просто сгораем от любопытства — что же за несравненная красавица свела вас с ума?!
Услышав такие шутки, грозный и безжалостный на поле боя генерал Чжуну невольно покраснел до кончиков ушей. Он отвел взгляд, в панике уставившись в сторону, и смущенно пробормотал:
— Что за глупости вы говорите! Я… я ведь еще молод, и о женитьбе думать рано! Вы лучше посмотрите на себя — вы же старше меня, вам первыми и следует звать меня на свадебный пир!
http://bllate.org/book/33530/4121375
Готово:
