Остальные пять человек по-прежнему лежали на кроватях, бесчувственно раскинувшись кто куда.
Но, как ни странно, смертельной опасности не было.
Что же тогда произошло мгновение назад?
У Ниньфэн в сомнениях нахмурил брови, пару раз взмахнув мечом туда-сюда, и, убедившись, что сопротивления больше нет, убрал его в ножны.
Повернув голову, он увидел И Цзыяня, который стоял у входа и наблюдал за ним.
— Ты...
Услышав шум, Ду Сю высунул голову из проема двери:
— Что случилось, капитан?
Слова благодарности снова застряли в горле. У Ниньфэн еще никогда не находил слух Ду Сю настолько чутким, поэтому готовая сорваться с языка фраза сделала крутой вираж:
— Ступай-ка расспроси того парня. Узнай, не в курсе ли он, что здесь стряслось.
Ду Сю тут же отдал честь и, развернувшись, отправился выпытывать нужные сведения.
У Ниньфэн посмотрел на И Цзыяня, прикидывая, с какой громкостью нужно говорить, чтобы тот гарантированно расслышал, но при этом Ду Сю не заподозрил у него помешательства, как вдруг прямо в голове прозвучал голос И Цзыяня:
— Ах да. Вообще-то ты можешь говорить мысленно. Я услышу.
У Ниньфэн дернулся глаз, и он подумал: неужели это какое-то чтение мыслей?! Выходит, все, что я раньше...
— Я только что это понял. То, о чем ты думал раньше, я не знал. Это не чтение мыслей.
Голос И Цзыяня был очень тихим, но он заставил У Ниньфэна резко оборвать неуместный ход мыслей. Помолчав немного, он произнес:
— Вот и отлично. Спасибо тебе за помощь.
У Ниньфэн отвернулся, его тон оставался спокойным.
— Пустяки.
И Цзыянь, казалось, слегка улыбнулся, и голос его прозвучал невероятно мягко.
— Ты теперь можешь дотрагиваться до вещей?
Мысленно задал вопрос У Ниньфэн, и И Цзыянь сразу же ответил:
— Могу. Но ненадолго.
— Значит, все, о чем я думаю, ты будешь слышать?
И Цзыянь покачал головой:
— Нет, ты можешь это контролировать.
— Капитан! Удалось связаться с классным руководителем второго класса второго года обучения! Вы хотите пойти прямо сейчас?
Раздался голос Ся Чжи. Стоя в коридоре и наблюдая, как Ду Сю утешает того парня, она решительно зашагала в их сторону.
Она шла, глядя строго перед собой, но, поравнявшись с дверью сто двадцать четвертой комнаты, внезапно остановилась. Почувствовав неладное, она обернулась.
У Ниньфэн с сомнением взглянул в сторону общежития, но услышал голос И Цзыяня:
— Здесь больше нет... никаких иных сущностей. Не беспокойся.
У Ниньфэн отвел взгляд и, помедлив мгновение, всё же произвел:
— Хорошо. Сейчас пойду расспрошу.
Второй класс второго года обучения был именно тем классом, ученики которого первыми заговорили об этом инциденте, хотя большинство отмахнулось от слухов как от шутки. Из-за этого расследование сильно застопорилось.
Произошедшие за столь короткое время перемены были слишком внезапными и совершенно не вязались с информацией, предоставленной информационным отделом. За столько лет работы У Ниньфэн еще ни разу не сталкивался с подобным. Желая обезопасить более чем тысячу учащихся, он перед уходом тщательно взвесил ситуацию и отдал приказ:
— Ся Чжи. Велети Е Юйци и Чжао Ин готовиться к выходу.
Ся Чжи кивнула, прямо с телефона связалась с Е Юйци, а затем проводила У Ниньфэна на второй этаж административного корпуса.
……
Директор школы Фэнцай и классный руководитель второго класса второго года уже ждали внутри. Завидев У Ниньфэна, директор даже не шелохнулся, а вот классный руководитель тут же подскочил на ноги, со лба у него капал крупный холодный пот.
— Не стоит. Садитесь.
Сохраняя мягкое выражение лица, У Ниньфэн устроился напротив них. Не успел он и слова сказать, как директор, всем своим видом выказывая презрение, повелительным тоном бросил:
— Ладно. Говори давай, что тебе нужно. Если это по твоей милости тут столько бед натворилось...
Он не договорил, но угроза читалась слишком явно. Классный руководитель задрожал и затараторил, как из пулемета:
— Я правда ничего не делал, я...
— Стойте.
У Ниньфэн вовремя поднял руку, и во взгляде, устремленном на директора, невольно промелькнул холодок.
— Обычному человеку такое не под силу.
Директор же, привыкший всеми командовать, небрежно взмахнул рукой:
— Ну так разбирайтесь сами. Ни в чем себя не ограничивайте.
Улыбаясь одними глазами, У Ниньфэн заметил на столе три чашки чая, бросил мимолетный взгляд на лежавший рядом пакетик с белым сахаром и мысленно попросил:
— Будь добр. Достань немного содержимого из вон того белого пакета и насыпь в чашку перед этим глуп... перед этим стариком.
И Цзыянь, всё это время находившийся рядом, поднял глаза и указал на пакетик. Увидев чуть заметный кивок У Ниньфэна, он зажал кончиками пальцев щепотку.
— Мало. Бери руками.
Разве такой малости сахара будет достаточно?
У Ниньфэн с бесстрастным выражением лица посмотрел на директора, который продолжал командовать парадом, и ему уже отчаянно захотелось расправиться с ним лично.
— Ты недоволен?
И Цзыянь, проделав всё это, повернулся к У Ниньфэну.
— Немного подбешивает.
У Ниньфэн знал, что эмоции тоже передаются ежесекундно, и невольно вздохнул. И Цзыянь с секунду понаблюдал за ним, а затем перевел взгляд на директора.
И вот, пока этот зазнавшийся директор со страшной силой отчитывал напуганного до полусмерти классного руководителя, он вдруг почувствовал во рту невыносимую сухость. Протянув руку к одноразовой чашке, он, ничего не подозревая, сделал большой глоток.
В тот же миг во рту взорвалась гремучая смесь горечи и приторности, и лицо директора мгновенно позеленело. Однако выплевывать чай на глазах у У Ниньфэна было неудобно, поэтому ему пришлось проглотить мерзкую жидкость.
Проследив за переменой в его лице и дождавшись, пока тот проглотит гадость, У Ниньфэн с лукавой улыбкой произвел:
— Я сделаю всё возможное. Уважаемый... учитель Ван, не могли бы вы выйти со мной на пару слов?
Учитель Ван опешил, но тут же поспешно закивал.
Закрыв за ними дверь, У Ниньфэн между делом спросил:
— Дюн Фэй — ученик вашего класса?
— Да-да, он самый.
— А Чжан Юйцзюнь?
У Ниньфэн посмотрел на классного руководителя. Тот самый парень из сто двадцать четвертой комнаты, его внезапное прояснение рассудка и нападение — всё это заставляло их начать поиски именно отсюда.
— Он тоже из моего класса, очень послушный мальчик. Хотя успеваемости особой нет, но человек искренний.
Учитель Ван почесал затылок, силясь вспомнить подробнее:
— Скажите... эти двое в чем-то замешаны?
У Ниньфэн не мог поручиться, станет ли директор впоследствии расспрашивать учителя Вана, поэтому ответил:
— С ними всё в порядке. Ах да, нет ли среди ваших учеников кого-то очень молчаливого, кто обычно держится в стороне от коллектива?
Обычно у подобных школьников накапливалось больше всего негативных эмоций, и они быстрее остальных привлекали внимание аномальных сущностей. У Ниньфэн пристально глянул на учителя Вана. Тот на мгновение замер, а затем нервно хихикнул:
— Что вы, как можно. Наша школа всегда воспитывала...
— Вы должны понимать, что прямо сейчас в школе более тысячи учеников лежат без сознания. На волосок от смерти.
Медленно и весомо напомнил У Ниньфэн.
Учитель Ван окаменел.
— Или, если выражаться совсем прямо: есть ли во втором классе второго года группировки, случаи буллинга и травли кого-то из учеников?
У Ниньфэн склонил голову набок, и хотя он не делал никаких резких движений, от него почему-то исходила угроза.
— Так называемый буллинг и травля — это вовсе не обязательно открытые издевательства, как в кино. Тайные сплетни, клевета, бойкот какого-то ученика — это тоже травля. Шутливые подначки на словах, толчки исподтишка — всё это оно. Теперь вы понимаете?
Учитель Ван поджал губы, на его лице выступила заметная испарина. Он закусил губу, явно колеблясь.
Оглядевшись по сторонам, У Ниньфэн бесстрастно произнес:
— Поблизости нет камер наблюдения. Если вы ничего не расскажете, мне придется отправить людей на поиски улик. А если за это время что-нибудь просочится наружу...
— Вы... вы расскажете об этом остальным?
Заикаясь, выдавил из себя учитель Ван.
— На этот счет можете не беспокоиться. Как только всё закончится, все отчеты поступят в наше ведомство на хранение. Ни у кого другого нет прав их запрашивать.
Учитель Ван судорожно скомкал в кулаке край одежды и тихо произнес:
— Есть. Три ученицы.
У Ниньфэн помолчал немного, прищурился и мягко спросил:
— Какие именно три?
Учитель Ван назвал три имени, после чего поспешно добавил:
— Только мне так кажется. Я не уверен на сто процентов.
У Ниньфэн кивнул, а затем махнул рукой:
— Можете пока возвращаться.
……
Глава 5: Играть как по нотам
◎Не плачь, умница.◎
Завернув за угол, У Ниньфэн украдкой бросил взгляд назад: учитель Ван вытирал со лба пот, а затем направился к другой лестнице.
И все же У Ниньфэн чувствовал, что что-то здесь не так. В чем именно загвоздка, он пока сообразить не мог.
Но в конце концов они уже старшеклассники, нельзя же заставлять классного руководителя круглосуточно дежурить в классе и указывать, куда ходить нельзя и чего делать не положено. К тому же старшая школа Фэнцай была частным учебным заведением: здешние ученики либо происходили из богатых и влиятельных семей, либо входили по успеваемости в топ-50 провинции, служа лицом школы.
Отличники обладали железной дисциплиной, и учителям не было нужды с ними возиться. Богатеи же терпеть не могли, когда педагоги суют нос не в свое дело, поэтому зачастую классные руководители просто закрывали на всё глаза.
И все же в тот самый миг, когда он переступил порог второго класса второго года, на него пахнуло таким могильным холодом, что даже при всей предварительной подготовке У Ниньфэн содрогнулся от количества скопившейся здесь злобы.
Пусть старшеклассники порой излучают столько негатива, что демонам и не снилось, но не до такой же степени! Эта аура пугала сильнее, чем та химическая фабрика, где погибли больше десятка человек, с которой У Ниньфэну довелось столкнуться в прошлом.
И Цзыянь подплыл к нему еще тогда, когда учитель Ван удалился. Покружив по классу, он вынес вердикт:
— Местечко нечистое.
— Угу. Было бы странно, если бы оно было чистым, — обронил У Ниньфэн и сделал пару шагов вперед.
Он посмотрел на то, как У Ниньфэн снова закрыл глаза, и между бровей у него на мгновение блеснул красный след. Он уже хотел подойти поближе, чтобы рассмотреть получше, как тот резко распахнул глаза.
Прежние вполне заурядные парты и стулья вмиг преобразились. В глазах У Ниньфэна помещение превратилось в руины: железные решетки на окнах угрожающе кренились, бесчисленные непроглядные черные тени извивались со всех сторон, обнажая потрескавшуюся штукатурку стен.
А в том самом углу какая-то ученица медленно подняла голову и растянула губы в уродливой улыбке. Движения ее были донельзя медленными — точно в замедленной киносъемке.
У Ниньфэн остался невозмутим. Более того, он неторопливой походкой направился туда, останавливаясь возле ее парты, сплошь исписанной диким, неразборчивым почерком.
Девочка словно страдала чудовищной заторможенностью нервных реакций — она по целым кадрам приподнимала голову целую вечность. И наконец уставилась на У Ниньфэна алеющими глазами.
Она приоткрыла рот, и снова словно в замедленной кинохронике: едва прозвучал первый слог, как У Ниньфэн задал вопрос:
— Гллюцинации, что они видели, исходили от тебя?
Девочка вдруг умолкла.
У Ниньфэн окинул взглядом окрестности и парировал:
— По твоему разумению, школа и класс выглядят именно так? А учителя, одноклассники — они тоже такие?
http://bllate.org/book/33520/4120151
Готово:
