Вэй Ну замер на мгновение, толкнул дверь и вышел. Он уже понял, чего добивается Бань Шиньтоу, поэтому обратился к Бань Фуцяну:
— Верно, я только что предложил Бань Шиньтоу померяться силами и ранил его. Услышав шаги, я испугался, что вы потребуете с меня ответа, и спрятался в доме.
Бань Фуцян узнал его:
— Молодой человек, когда мы встретились в деревне, разве ты не говорил, что приехал сюда дикарём на машине и ищешь свою собаку, которая потерялась у нас в горах? Почему… почему вы с Шиньтоу затеяли драку?
Вэй Ну тут же поправил его:
— Мы состязались в боевых искусствах.
Бань Шиньтоу вовсю разорался, задрав голову, и горячо поддержал его:
— Именно! Именно! Мы состязались в боевых искусствах!
Профессор Чжан ничего во всём этом не понимал, растерянно вытер пот со лба, робко вставил слово и спросил Вэй Ну:
— Большая собака или маленькая? Когда потерялась?
Вэй Ну ответил:
— Я знаю, что в последнее время в горах дикие звери нападают на людей, но это точно не моя собака.
— Маленькая?
— Маленькая, дворняжка, размером с чихуахуа. Обычно очень послушная, просто до еды падкая. И я тоже виноват: вошел в горы, вокруг ни души, и когда выгуливал её, не взял на поводок. Она учуяла запах еды и убежала. Там, где я припарковал машину, пахло шашлыком, наверное, кто-то из местных готовил еду.
Профессор Чжан сказал:
— Есть фотография? Иначе мы расспросим в деревне, поможем поискать? В горах много диких зверей, маленькую собаку лучше поскорее найти.
— Когда я встретил старосту деревни, он сказал то же самое. Мой телефон заряжался в машине, я его не взял. Я как раз собирался вернуться за телефоном, — Вэй Ну посмотрел на Бань Шиньтоу, — но встретил Бань Шиньтоу. Я увидел, что он человек, занимающийся боевыми искусствами, а мы, мастера боевых искусств, при любом удобном случае любим друг с другом померяться силами, вот я и не удержался.
Бань Фуцян смерил его взглядом, затем перевёл взгляд на Бань Шиньтоу. Вэй Ну добавил:
— Это я его ранил. Судя по всему, у вас к нему какое-то дело, вы куда-то собираетесь. Давайте так: куда вам нужно, я отвезу его на спине.
Бань Шиньтоу заявил:
— Идет! А потом мы назначим день и сразимся снова!
Вэй Ну ничего не ответил. Бань Шиньтоу стал растирать колено и шумно втягивать воздух:
— Ой, болит! Пожалуй, ты меня даже не донесешь! Я никуда не могу пойти!
Вэй Ну подошел к нему:
— Я тоже несколько лет изучал медицину, дай взгляну.
Он взял левую руку Бань Шиньтоу, дернул, затем толкнул. Бань Шиньтоу издал жалобный вопль, а Вэй Ну с улыбкой посмотрел на Бань Фуцяна и профессора Чжана:
— Вправил.
Он наклонился и шепнул на ухо Бань Шиньтоу:
— Завтра в полдень поддеремся еще раз, устроиет?
Бань Шиньтоу замахал руками и громко восхитился:
— Вправил! И правда вправил!
Он притянул к себе Вэй Ну и зашептал ему на ухо:
— А если ты сегодня вечером сбежишь?
— Не сбегу.
— Не верю.
— Я правда не сбегу.
— Ладно, верю тебе.
Тогда Вэй Ну взвалил Бань Шиньтоу на спину и обратился к Бань Фуцяну и профессору Чжану:
— Ну что, идем?
Он повернулся к Бань Шиньтоу:
— Товарищ по боевым искусствам, тебе придется указывать мне дорогу.
Бань Шиньтоу весело отозвался:
— Братуха Лао Сань, без проблем!
Вчетвером они покинули дом Бань Шиньтоу и, направляясь строго на восток, углубились в Гору Давэй. Впереди шел Вэй Ну, за ним — профессор Чжан, а замыкал шествие Бань Фуцян. По дороге зашел разговор о том, как вчера Бань Шиньтоу обнаружил мертвеца возле Храма Паньгу. Настроение у того было приподнятое, и говорил он без умолку:
— Четырнадцатого в полдень, помню как сейчас, я поднялся в горы на тренировку. Каждый день в полдень у меня дневное занятие. Мы, люди из мира боевых искусств, делим день на три урока: утренний, дневной и вечерний. Ни один нельзя пропускать! На утреннем тренируем внутреннюю ци, на дневном укрепляем тело, на вечернем совершенствуем дух. Хоть у меня, Бань Шиньтоу, и нет ни старших, ни младших соучеников, но уже больше двадцати лет я провожу эти три урока ежедневно: сам себе компания, сам себе надсмотрщик, и я еще не пропустил ни единого занятия.
Вчера я добрался до Храма Паньгу и сначала услышал какие-то хрипы, вроде того, как собака грызет кости и ест мясо.
— Так кости грызет или мясо ест? Эти звуки сильно отличаются, — дотошно переспросил профессор Чжан.
Бань Шиньтоу вспоминал с не меньшей тщательностью:
— Похоже на то, как грызут кости — хрусь-хрусь.
— Ты же только что говорил про хрипы?
— Хрусь-хрусь.
Вэй Ну спросил:
— Похоже на то, как свинья ест корм?
— Точно! И тогда я пошел на звук. У нас, занимающихся боевыми искусствами, слух должен быть отменным, зрение — острым, а шаг — легким. Послушайте, неужели никто из вас не слышит, как мой братуха Лао Сань идет сквозь лес? Вот это и есть легкая поступь!
Бань Фуцян с улыбкой произнес:
— Молодой человек, выносливость у тебя отменная, ты случайно не в фитнес-клубе работаешь?
Вэй Ну тоже улыбтя. Профессор Чжан поинтересовался:
— А нос? Обоняние тоже должно быть острым! Чую какой-то запах?
— Чую, конечно! Запах крови, очень, очень сильный запах крови, но не похожий на человеческий, — с серьезным видом заявил Бань Шиньтоу.
Бань Фуцян удивился:
— Разве тут есть разница?
Профессор Чжан пояснил:
— Разница и впрямь есть. Вот судмедэксперты при анализе крови могут определить, человеческая она, свиная или собачья — в основном по тому, где содержится гемоглобин. А если говорить о запахе… пожалуй, тоже можно учуять…
Бань Шиньтоу перебил его:
— Вы оба не из мира боевых искусств, вам точно не под силу, а мы с моим братухой Лао Сань — запросто! Я вот учуял: это был запах животной крови, причем рыбьей!
— Рыбьей? Ты хочешь сказать… здесь, в наших горах? — Бань Фуцян догнал их и, тяжело дыша, удивленно зашагал рядом. — Вчера мы встречались со следователем Хэ, но ты об этом не обмолвился.
— Следователь Хэ… разве полицейский мне поверит? Стоит мне рассказать ему, а вам обоим поразмыслить — и меня снова упекут в реку Фучжоу! — раскатистым голосом рявкнул Бань Шиньтоу, а договорив, тут же зашелся кровавым кашлем. Кровь брызнула Вэй Ну на шею, но Бань Фуцян тут же провел рукой по его затылку, вытирая кровь, и виновато улыблся.
Староста был уже в возрасте, и при каждом движении его лицо покрывалось сетью морщин. Вэй Ну тоже улыбнулся в ответ и, продолжая нести Бань Шиньтоу на спине, зашагал дальше.
Бань Фуцян отстал и зашептался с профессором Чжаном, но слух у Вэй Ну и правда был острым — он расслышал каждое слово. Река Фучжоу — сокращенное название психиатрической больницы в городе Ваньфу, расположенном в трех часах езды отсюда. К городу Фучжоу это название не имело никакого отношения, а иероглиф «чжоу» писался с ключом «три капли воды». Более тысячи восьмисот лет назад окрестности гор Сяншань и Давэй были землями короля по имени Фучжоу. Когда в городе Ваньфу строили площадь Ванда, под землей обнаружили древнюю гробницу, наполненную погребальной утварью из нефти разного размера в виде собак. По заключению экспертов, эта гробница, возможно, принадлежала рано умершей принцессе короля Фучжоу. Изучив фрески в погребальной камере, эксперты также пришли к выводу, что местные жители той эпохи верили: после смерти души умерших провожает женщина-призрак. Эта женщина-призраке любила собак, и если преподнести ей в дар собачьи статуэтки, ее можно было задобрить, чтобы она помогла душе покойного быстро вернуться в мир живых и переродиться человеком.
Бань Шиньтоу тем временем продолжал рассказывать:
— Я подошел ближе и увидел человека. Он ел людей! Сырыми ел! Грыз живьем! Рвал зубами и жрал, прямо как свиное копыто! И весь этот человек был в крови!
Вэй Ну спросил его:
— Разглядел, как он выглядит?
Бань Фуцян внезапно повысил голос:
— Постой-ка! Ты нам совсем не так рассказывал! И следователю Хэ ты говорил другое — утверждал, что видел волка, который грыз человека!
— Да с вами невозможно договориться! — Бань Шиньтоу опустил голову и заглянул Вэй Ну в лицо: — Братуха Лао Сань, я знаю, ты мне поверишь!
— Я верю. Скажи мне, ты разглядел, как выглядел тот человек? Он что-нибудь тебе сказал?
— Увидев меня, он бросил свое свиное копыто и убежал на запад. — Бань Шиньтоу обхватил Вэй Ну за шею, снова зашелся кашлем, выплюнув порцию крови, и его голос упал до шепота: — Он выглядел… молодым. Мужчина, точно мужчина. Высокий. Он посмотрел на меня…
Бань Шиньтоу крепче сжал руки на шее Вэй Ну:
— Братуха Лао Сань, я никогда в жизни не видел такого взгляда. В больнице реки Фучжоу я повидал всяких, в деревне знаю каждого человека по имени. Дикие вепри, сбивающие людей насмерть, волчицы, загрызающие собак — я видел их всех. Но крови, которую они выпили, наверняка не наберется и одна стотысячная доля того, что выпил он. Он пил кровь и жрал мясо, он законченный, не поддающийся никакой дрессировке зверь.
— Ты хочешь сказать, что от него пахло рыбой?
— Это от крови старика Юня пахло рыбой. То свиное копыто, которое он грыз, было рукой старика Юня! Она так и валялась в траве. Я сказал старику Юню, что неподалеку Храм Паньгу, в деревню пришло много молодых парней, я сейчас же приведу их сюда, чтобы тебе досталась хорошая дорога к перерождению. А старик Юнь мне ответил: не трогай меня.
— У него еще былинл силы? Что он еще сказал?
Профессор Чжан тем временем нагнал их и вставил:
— Так… ты уверен, что видел человека? — Он велел остановиться, обратился к Бань Шиньтоу, а затем к Бань Фуцяну: — Это ведь здесь?
Он указал на большой круг, очерченный пеньковой веревкой на земле. На веревке отчетливо виднелись следы крови. Это была кровь большого черноперого петуха, от которой исходил сладковатый аромат. Вэй Ну опустил Бань Шиньтоу на большой валун. Бань Шиньтоу уперся руками ему в плечи, его взгляд снова затуманился, и он через силу выдавил:
— Да, именно здесь…
Профессор Чжан достал очки, надел их и принялся шарить в траве. Бань Фуцян последовал его примеру и тоже начал поиски, приговаривая:
— Помню, я видел здесь следы животных, следователь Хэ и остальные даже метки оставляли, куда же они делись?
Бань Шиньтоу продолжал тихо говорить Вэй Ну:
— У старика Юня еще оставалось дыхание, дыхания было еще надолго. Сам он на человека уже был не похож, но почему-то дышал. Он мне много чего наговорил. Сказал, что в храм не пойдет, останется здесь. Сказал, что через несколько дней пойдет дождь — это его дыхание улетит в небеса и прольется обратно. Если через несколько дней начнется наводнение — значит, его кровь смешалась с землей, земля не вынесла и выплюнула ее обратно. Если через несколько дней поднимется сильный ветер — значит, его бороду унесло в облака, и облака, не выдержав, бросили ее на землю. А если через несколько дней солнце кто-то сожрет — значит, его хвост проголодался и снова полез срывать плоды с деревьев.
Из глаз Вэй Ну полились слезы, он опустил голову и смахнул их, промолвив:
— Старик ведь и впрямь умер.
— Умер. Я пошел за старостой, а когда староста пришел, он уже испустил дух. Мы отнесли его тело в погребальную каморку.
Бань Шиньтоу спросил Вэй Ну:
— Ты знаком со стариком Юнем?
http://bllate.org/book/33512/4118892
Готово:
