В холодильнике появились свежие продукты. Сун Сяо достал лук и несколько яиц, но едва успел закрыть дверцу, как из-за спины возник Сюй Юаньчжоу. Заслоняя собой тусклый свет, он спросил:
— Тебе помочь?
Сун Сяо замер, на мгновение лишившись дара речи. Сюй Юаньчжоу, решив, что тот отказывается, слегка нахмурился:
— Боишься, что я только помешаю?
— Нет, — Сун Сяо быстро вымыл миску и подвинулся, освобождая место. — Тогда буду очень признателен.
Сказать, что он был удивлен, — ничего не сказать. Сун Сяо добровольно заботился о нем больше двух лет, и это был первый раз, когда он увидел Сюй Юаньчжоу на кухне. Никаких сложных задач он давать не стал, просто попросил взбить яйца палочками. Во время готовки Сун Сяо не раз бросал на него взгляд. Сюй Юаньчжоу работал очень усердно: рука, привыкшая рисовать, сжимала палочки, старательно перемешивая содержимое, но от чрезмерного рвения часть желтка выплеснулась через край. Он украдкой вытер стол, уничтожая улики своей неудачи.
Сун Сяо заметил, но промолчал и отвернулся.
Сюй Юаньчжоу предпочитал легкую пищу, поэтому Сун Сяо приготовил два блюда — одно овощное, другое — простую закуску. Он отнес тарелки на стол, расставил приборы и позвал Сюй Юаньчжоу ужинать. Тот как раз закончил мыть руки, но под ногтями остались кусочки зелени. Он выковырял их, еще раз сполоснул руки, сел на свое место и вытянул бумажную салфетку, чтобы вытереть капли воды.
Сун Сяо снял фартук и сел напротив:
— Попробуй, это всё твое любимое.
Сюй Юаньчжоу взял несколько кусочков лука, пожевал и, проглотив, спокойно произнес:
— Одно и то же туда-сюда. Вкус хоть когда-нибудь меняется?
Сун Сяо виновато улыбнулся, его палочки так и замерли над тарелкой:
— В следующий раз поищу в сети новые рецепты.
Сюй Юаньчжоу нахмурился и выпалил:
— В готовке главное качество, а не количество. Учиться всему подряд — только время зря тратить.
Заметив, что Сун Сяо молчит, он запоздало пояснил:
— Я не это имел в виду.
Сун Сяо втянул руки в рукава и тихо отозвался:
— У меня и правда кулинарные способности не очень. Да и если есть одно и то же каждый день, любой устанет.
— Ты… — хорошее настроение, с таким трудом накопленное Сюй Юаньчжоу за утро, наполовину улетучилось. — Ладно, делай как знаешь.
Воздух в комнате необъяснимым образом стал тяжелым, слышался лишь шорох палочек по тарелкам.
Сун Сяо съел ложку риса, чувствуя горечь в душе. Если посчитать дни почти полного отсутствия общения, выходило, что они с Сюй Юаньчжоу не разговаривали по-нормальному уже больше десяти дней. Сун Сяо казалось, что он проявляет обычное внимание, но Сюй Юаньчжоу каждый раз отвечал с колкостью. Даже если порой это было непреднамеренно, человеческое сердце не из камня — от частых уколов оно устает, начинает болеть и кровоточить.
К тому же Сюй Юаньчжоу в последнее время уходил рано, а возвращался поздно, они почти не виделись. Сун Сяо пытался достучаться до него, но все сообщения уходили в пустоту. У него не было шанса сесть и поговорить по душам, поэтому он несколько ночей подряд дожидался рассвета, глядя на густую ночную тьму за окном, в ожидании пьяного человека, который едва держался на ногах и ничего не помнил на утро.
Сун Сяо никак не мог взять в толк, что именно он сделал такого, за что Сюй Юаньчжоу его так невзлюбил, отрезав все контакты и делая вид, будто ничего не произошло.
Сегодняшний вечер — отличный повод расставить все точки над i. Даже если Сюй Юаньчжоу больше не хочет быть рядом, это он виноват в возникшей отчужденности, и Сун Сяо имел право потребовать правды.
Они молча доели. Сун Сяо помыл посуду и постучал в спальню Сюй Юаньчжоу.
— Входи.
Сун Сяо глубоко вздохнул и повернул ручку двери.
Сюй Юаньчжоу сидел у окна, обняв подушку, и смотрел на ночной пейзаж. Услышав шаги, он перевел взгляд на Сун Сяо. Его губы пересохли — наверное, слишком долго рисовал и забыл попить. У Сун Сяо мелькнуло желание принести ему воды, он даже сделал шаг назад, но Сюй Юаньчжоу произнес, моргнув глазами — в этот раз трезвым, спокойным голосом:
— Иди сюда.
Он подогнул ноги, освобождая место на подоконнике.
Сун Сяо подошел, сел и прижался к стене, стараясь не задеть его ноги.
Лицо Сюй Юаньчжоу на мгновение застыло, но он тут же взял себя в руки и сказал:
— Ты в эти дни… выглядишь очень занятым.
— Да нет, — ответил Сун Сяо. — На работе не так уж много дел. А ты? Выходил куда-нибудь?
Сюй Юаньчжоу сжал подушку:
— Был занят рисованием, времени не было.
Он, казалось, смутился и нерешительно добавил:
— Та картина… она довольно сложная.
У Сун Сяо проснулось любопытство, он слегка усмехнулся:
— Портрет?
Сюй Юаньчжоу уклончиво хмыкнул.
Сун Сяо всё понял. В искусстве он разбирался мало. Раньше, когда он видел, как Сюй Юаньчжоу рисует на пленэре, тот парой штрихов создавал целую композицию. К сожалению, познаний Сун Сяо в литературе не хватало, чтобы выразить восхищение иначе, как парой дежурных фраз.
Он улыбнулся:
— У тебя такой талант, для тебя нет ничего невозможного.
Сюй Юаньчжоу вскинул брови, но промолчал, сохранив сдержанность.
Они болтали о пустяках — в основном спрашивал Сун Сяо, а Сюй Юаньчжоу отвечал кратко, переходя от повседневных тем к работе, не проявляя раздражения.
Атмосфера была приятной, и Сюй Юаньчжоу решил, что момент настал. Отложив подушку, он спросил:
— Что тебя связывает с этим Тан Линем?
Сун Сяо не ожидал такого вопроса:
— Мы просто коллеги.
Сюй Юаньчжоу усмехнулся:
— Правда? Не похоже.
— Я разузнал: в университете Тан Линь завел два романа — с парнем и девушкой. С тем парнем он встречался больше трех лет, расстались только после выпуска. Он открытый бисексуал, и то, что он крутится вокруг тебя, наверняка неспроста.
— О нем ходят нехорошие слухи, и среди мужчин, и среди женщин. Я не верил, пока не увидел его лично сегодня: легкомысленный, бесстыдный…
Сюй Юаньчжоу выпалил всё это на одном дыхании и добавил с глубокой убежденностью:
— Он нехороший человек. Тебе нужно держаться от него подальше.
Сун Сяо всё это время смотрел на Сюй Юаньчжоу. Его улыбка постепенно исчезла, губы сжались в тонкую линию:
— Ты позвал меня сюда только ради этого?
Сюй Юаньчжоу не стал отпираться:
— Да.
Сун Сяо помолчал, опустив глаза, а затем произнес:
— Ради такого дела хватило бы и пары минут, зачем было так долго ходить вокруг да около…
Заставляя меня ошибочно думать, что наши отношения стали ближе.
Он поднял взгляд на Сюй Юаньчжоу, его голос был ровным, без тени гнева или радости:
— Мы просто коллеги и друзья. На работе он мне помогает, поэтому мы общаемся тесно. Если он утром вел себя как-то неправильно, я прошу за него прощения.
http://bllate.org/book/33467/4112900
Готово:
