Взгляд Вэй Хэцина смягчился. Он ничего не ответил, и сам весь обмяк, словно вынутая из раковины устрица.
— Учитель Сяо Вэй так устал, да?
Сюй Чжао подхватил Вэй Хэцина на руки, вынес на балкон и, нахмурившись, судорожно соображал, какие еще ласковые слова можно сказать. Нынешняя ситуация казалась ему слишком сложной и запутанной: то приложение для мимолетных интимных встреч с уклоном в романтику не научило его ничему полезному, а на самом деле ему доводилось тискать в объятиях и успокаивать разве что пекинеса его родителей.
Его желание помочь не подкреплялось возможностями, применить силы было негде, и он, промучившись добрую половину дня, выдавил из себя:
— Это от усталости, а не болезнь. Дома отдохнем, и все пройдет.
Сказав это, он и сам понял, какую околесицу сморозил, подавленно умолк и, придерживая Вэй Хэцина, сделал с ним круг на месте. Полуденное солнце окутало их обоих, Вэй Хэцин тихонько млел в его лучах, отчего его веки покраснели и запылали.
— Да. Отдохнем, и все пройдет.
От этого тепла у Вэй Хэцина даже возникло странное чувство обиды. Уткнувшись плечом в грудь Сюй Чжао, он не имел сил думать о том, насколько прилично расстояние между их телами для тех, кто прямой или гнутый, и на мгновение сделал из Сюй Чжао новую надежную раковину, на которую можно опереться.
Прикрыв глаза, он пробормотал:
— Я не болен.
Бормоча что-то бессвязное, Вэй Хэцин растворялся в солнечном свете и незаметно провалился в сон, возвращаясь на каток двухчасовой давности. Тогда он только что закончил мини-урок, проводил ребенка со льда и чуть не уткнулся лицом в протянутый смартфон.
— Учитель Сяо Вэй, я видел ваши выступления! — лицо человека за экраном сияло от восторга. — В тот день, едва вы сделали ласточку, я сразу вас узнал! Синяя ласточка, рассекающая ветер — слава о вас и правда не преувеличена!
Тот парень кричал так громко, что мгновенно привлек всеобщее внимание, и взгляды со всего катка сошлись воедино, устремившись прямо на Вэй Хэцина. Отмахнувшись от телефона, Вэй Хэцин отвел незнакомца в сторону и вежливо, механически отклонил его безобидную просьбу об интервью.
— Всего пять минут, парочка вопросов, — не унимался тот, получив отказ, и выдвинул новое требование: — Ну тогда автограф-то мне дадите?
К тому моменту во рту у Вэй Хэцина пересохло, его бросало в лихорадочный пот, била дрожь, и он держался лишь благодаря тому, что изо всех сил впивался ногтями в ладони. Чжоу Сян вышел вперед, чтобы оградить его от назойливого посетителя, и привычно перевел тему, а Вэй Хэцин повернулся лицом к ледовой арене. Вокруг ярко горели просвечивающие лампы, похожие на бесчисленные пары глаз.
Пытливые, полные ожиданий, поддержки и благоговения.
Ослепительно сияющие.
Словно под вспышками мощных фотовспышек, Вэй Хэцин почувствовал головокружение и услышал треск, раскатившийся от макушки до самых пят, отчего он лишился всех своих боевых навыков и отступил в страхе.
Но стоявший за спиной мужчина продолжал говорить:
— Босс Чжоу, у вас тут не просто сокол гнездится, у вас целая ласточка прячется, не мудрено, что бизнес так процветает!
Спереди волк, сзади тигр — у Вэй Хэцина не было пути к отступлению. Стиснув зубы, он снова выехал на лед вести маленькое занятие, а когда вернулся и попытался присесть, подкосившийся сел мимо банкетки для смены коньков прямо на пол.
— Хэцин, посмотри на меня, — Чжоу Сян поддержал его за плечи. — Вернись сегодня после обеда домой и выспись, ни о чем не думай. Обещаю, больше такого не повторится.
Вэй Хэцин кивнул, с помощью Чжоу Сяна поднялся на ноги, покинул каток и всю дорогу с отрешенным видом доехал на велосипеде до жилого комплекса. Лишь когда он пристегнул замок, то почувствовал, как у него подкашиваются ноги.
Перед глазами тоже поплыло. Отрезок в добрый десяток метров и несколько десятков ступенек Вэй Хэцин преодолевал чуть ли не двадцать минут. Тело казалось невероятно тяжелым, и каждое движение вперед, каждый подъем наверх были испытанием на пределе человеческих возможностей.
Отворив входную дверь, Вэй Хэцин задыхался так тяжело, будто в его груди работал мех кузнечного горна со вкусом крови. Он рухнул перед дверью гостевой спальни, совершенно не в силах собственными силами поднять эту ослабевшую плоть.
Конец.
Хуже некуда.
Сердце Вэй Хэцина тяжело рухнуло вниз. Это ощущение неспособности удержаться на ногах, это чувство потери контроля и предсмертной агонии — все указывало на то, что он уже пережил давным-давно.
Множество невидимых глаз угрюмо разглядывали его изнутри: холодных, разочарованных, подозрительных, презирающих.
Предельно мрачно и холодно, пепел вновь возродился из огня.
Обхватив себя руками и свернувшись калачиком, он проснулся в совершенно незнакомой обстановке: в ногах кровати лежала одежда, на полу громоздились вещи, а за окном слепило золотом яркое солнце.
Это была вовсе не его аккуратная и прохладная маленькая северная спальня.
Вэй Хэцин приподнялся на локтях, пытаясь сесть, но руки не слушались, и он с глухим стуком — бум! — откинулся назад о деревянную спинку кровати.
— Что случилось?
Сюй Чжао вихрем налетел на него, присел на корточки и снизу вверх заглянул ему в лицо, осторожно массируя кончиками пальцев затылок.
— Учитель Сяо Вэй, я волнуюсь. Может, всё-таки съездим в больницу проверимся?
Сознание Вэй Хэцина еще не прояснилось, и шея инстинктивно отпрянула в сторону. Подобные прикосновения и разговор были слишком интимными, а он считал, что они с Сюй Чжао еще не дошли до такой степени близости.
К сожалению, увернуться не удалось. Сюй Чжао крепко поддерживал его за затылок, вид у него был упрямый и одновременно обиженный, точь-в-точь как у крупной собаки, которую хозяин безо всякой причины обделил вниманием.
— Я в порядке, — вынужден был объясниться Вэй Хэцин. — Просто плохо выспался, да к тому же немного упал сахар.
Произнося это, Вэй Хэцин рассеянно блуждал взглядом. Сюй Чжао молча уложил пай-мальчика, который явно не умел толком врать, обратно под одеяло, развернул карамельку и поднес прямо к губам Вэй Хэцина. В душе он бесился от досады, но разоблачать лжеца ему вовсе не хотелось.
Вэй Хэцин пару секунд смотрел на Сюй Чжао, затем отвернулся и взял конфету губами.
Кончик языка коснулся пальца — всего на мгновение, теплого, гладкого и мягкого.
— Поспи еще, — Сюй Чжао тыльной стороной ладони прикоснулся ко лбу Вэй Хэцина. — Я буду в гостиной, если что — зови.
Вэй Хэцин немного сполз вниз под одеяло, так что его подбородок уткнулся в самый край, отчего он казался еще меньше и послушнее, чем обычно.
— Эм... Я лучше пойду посплю в своей комнате, — послушный мальчик Вэй Хэцин заглянул в глаза Сюй Чжао из-под ресниц и, сам толком не понимая почему, заговорил тоном просителя.
Сюй Чжао, услышав это, бесцеремонно вытянул его руку из-под одеяла и зажал в своей ладони — тонкое запястье почти не излучало тепла.
— Раз плохо себя чувствуешь, нечего туда-сюда шоркаться, — безапелляционно заявил Сюй Чжао. — У меня тут солнца вдоволь, закрывай глаза и спи в тепле.
С этими словами он вернул руку Вэй Хэцина под одеяло и неотрывно следил за ним, пока тот не закрыл глаза. На самом деле в его груди сейчас бурлил целый шторм: ему безумно хотелось прижать язык Вэй Хэцина и заставить его выложить всё начистоту, заставить разобрать по полочкам те бормотания с бреднями и дрожью в голосе, что сорвались с его губ: где там был чистый ужас, а где — гнев.
Он хотел знать всё. Он чувствовал, что обязан это знать.
В глубине души он уже давно решил, что этот Вэй Хэцин целиком и полностью принадлежит ему. Изнутри и снаружи.
В конце концов Сюй Чжао так ничего и не предпринял: снедаемый тайной жалостью, он вышел за дверь и затворил ее. Старый замок, который мастер по взлому замков снял с двери, еще не успели заменить на новый, и теперь в полотне зияла крупная дыра, сквозь которую было видно прихожую.
Вэй Хэцин открыл глаза и нос к носу столкнулся взглядом с Сюй Чжао через это отверстие, после чего быстренько зажмурился, делая вид, будто ничего не заметил.
Сегодняшний Сюй Чжао чуточку отличался от обычного.
Стоило закрыть глаза, как голову снова заволокло туманом, и у Вэй Хэцина не осталось сил размышлять, хороши эти перемены или плохи. Инстинктивно он лишь повернул лицо в сторону балкона и, не открывая глаз, сквозь плорную ткань штор ощутил тепло пробивающегося сквозь щели солнечного света.
Свет был жарким, способным вытравить из темноты мягкий желтоватый оттенок.
Свет был роскошью, обладание которой порой приходилось исчислять деньгами.
А Бэйчэн лежал под ним, словно разбитое яйцо, чьи края опалило палящим зноем, растекаясь слой за слоем наружу. Многочисленные улицы и кольцевые дороги, бесчисленные высотки и жилые комплексы — в масштабах этого гигантского желтка они были лишь незаметными сгустками белка, а люди и того мельче, простые неразличимые пузырьки воздуха внутри.
Поток машин и кипящие толпы людей — этот город ежесекундно вмещал в себя бурление и исчезновение бесчисленных пузырьков.
Потерявшие направление люди застревали внутри, не зная, куда им лететь.
Заснув и проснувшись вновь, он обнаружил, что свет на балконе стал холодным и тусклым. Вэй Хэцин перевернулся на бок, сел и замер, обхватив колени руками.
Комната была чистой, но захламленной — повсюду громоздкие вещи.
Вдоволь выспавшись, на этот раз он пришел в себя уже после недолгих раздумий. Скинув одеяло, Вэй Хэцин пересел на край кровати и заметил у изголовья пиалу с нарезанным арбузом в виде уточки, а рядом стоял стакан с соломинкой.
Опять уточки. Вэй Хэцин до сих пор не мог забыть ту сцену, когда та большая утка танцевала и теряла пух — всё стояло перед глазами как живое. Скривив губы, он съел вилкой пару уточек, отложил прибор, взял стакан в форме лебедя и сделал глоток. Кисло-сладкая прохладная влага стекала в горло, приятно освежая.
Снаружи Сюй Чжао зашуршал в холодильнике в поисках чего-то съестного, на секунду замер и снова скрылся на кухне.
Осушив большой стакан за один присест, Вэй Хэцин опустил голову на собственные руки и не спешил вставать. Выйди он сейчас наружу, ему никак не удастся избежать встречи с Сюй Чжао — мало того, придется еще и сказать ему спасибо.
Спасибо за постель, за арбуз, за сладкую водичку...
Щеки Вэй Хэцина слегка запылали, на душе заскреблось легкое томление, а сладость застряла где-то в груди, вызывая странные, неуместные мысли. Он подцепил пальцем край одеяла Сюй Чжао, приподнял и тут же бросил обратно.
Похоже, он и вправду был до ужаса одинок.
Вэй Хэцин схватил телефон: в списке сообщений висело лишь непрочитанное от Чжоу Сяна с вопросом «Дома ли ты?». Ответив ему, он несколько раз пролистал список контактов, желая найти собеседника, но в конце концов молча вышел.
Дежурные фразы казались слишком банальными, говорить о чем-то глубоком ему не хотелось, а о некоторых сокровенных вещах перед знакомыми и вовсе язык не поворачивался.
Поколебавшись немного перед экраном, Вэй Хэцин открыл приложение, которым когда-то пользовался очень часто. В то время он только смутно осознавал свою ориентацию, в душе царил полный кавардак, поэтому каждый день он заходил туда поболтать с незнакомцами, а иногда, наткнувшись на интересного собеседника, переходил на голосовую связь и болтал о всякой чепухе ночи напролет, позволяя себе растворяться в бесконечных тайниках чужих душ.
Пока однажды кто-то по случайным намекам в переписке не вычислил его и не пришел караулить под окнами с цветами — тогда разразился жуткий скандал.
Перевернувший всё вверх дном.
Разобравшись со всем этим, он попрощался с прошлым, переехал сюда и продолжил жить, приняв свою склонность к мужчинам. То приложение он забросил, запечатав словно болеутоляющее средство для периода душевной растерянности.
Обезболивающие вызывают привыкание, они не лечат первопричину, а лишь приносят иллюзорное утешение. Вэй Хэцин прекрасно понимал, что ему не следует возлагать на него надежды, но пальцы сами собой, помимо воли, уже открыли самый свежий диалог.
Собеседник использовал стандартную аватарку по умолчанию, ни статус, ни личная страница не содержали никакой информации, а отправленное сообщение было предельно лаконичным и состояло всего из двух иероглифов: «Привет».
Таинственно, но эта таинственность принесла Вэй Хэцину душевное спокойствие. Не раздумывая, он тут же ответил точно таким же «Привет».
Глава 13. Это малая панда, а не енот
Подождав немного, он так и не дождался ответа в телефоне. Вэй Хэцин встал с кровати и раздвинул шторы, споткнувшись по пути о валявшуюся на полу балкона коробку из-под доставки, а возвращаясь назад, наступил на кучу сваленной верхней одежды.
http://bllate.org/book/33461/4112058
Готово:
