Следуя за Файцаем, оба быстро добрались до небольшого магазинчика у моря.
На прилавке стоял аппарат для жарки сосисок, источая аппетитный аромат, перед которым не устояла бы ни одна собака.
Бянь Лу удержал Файцай, которая уже норовила запрыгнуть на прилавок, и попросил у хозяйки одну сосиску.
Сосиска, которую только что достали, была очень горячей, и Бянь Лу, надув щеки, принялся её одувать.
— Хозяйка.
— Ящик минеральной воды, ледяной.
Услышав голос, Бянь Лу невольно бросил взгляд на прилавок, не понимая, кому понадобилось покупать целый ящик ледяной минеральной воды в преддверии зимы.
Два высоких парня стояли возле прилавка — судя по всему, те самые, что катались на скейтбордах.
Один из парней поднял ящик минералки одной рукой, повернул голову и как раз увидел присевшую на корточки Бянь Лу, которая держала в руке сосиску.
Она снизу вверх смотрела на них, её волосы растрепал морской бриз, а нос, казалось, слегка покраснел от холода.
Даже на руке, державшей сосиску, была намотана белая повязка.
Ли Цытин повернулся, тоже заметил Файцай и воскликнул:
— Черт, какая жирная собака!
Бянь Лу пришла в себя и с некоторым смущением подняла руку с сосиской чуть выше:
— Файцай, сидеть.
Файцай уставилась на сосиску, высунула язык и послушно села.
Ли Цытин посмотрел на эту пухлую собачонку и нашел её забавной:
— Файцай? Какое милое имя.
— Её можно погладить?
Бянь Лу кивнула.
Файцай была полностью сосредоточена на ожидании сосиски и никак не отреагировала на ласки Ли Цытина.
— Пошли, — стоявший в стороне Чжай Гаочи понаблюдал за этим пару минут и подал голос.
Ли Цытин кивнул, закончил гладить Файцай и поблагодарил Бянь Лу.
Глядя вслед уходящим парням, Бянь Лу опустила голову, отломила кусочек сосиски и скормила Файцай.
— Какая неожиданность, опять встретились.
Отойдя уже довольно далеко, Ли Цытин всё ещё болтал:
— Та дворовая собачка, что была только что, ну просто невероятно жирная, ха-ха-ха, и такая милая.
— Угу, — немногословный Чжай Гаочи односложно угукнул.
Закат уже почти полностью скрылся за горизонтом, оставив лишь тонкую полоску света на стыке моря и неба. Остальное небо окрасилось в глубокий синий цвет, и температура на улице начала постепенно падать.
Скормив Файцай сосиску, Бянь Лу повела довольную собаку домой.
*
Хотя рука была травмирована, привычка вставать рано никуда не делась.
Бянь Лу уже привыкла проводить время в парикмахерской: купить завтрак, открыть двери — всё это казалось повседневной рутиной.
Правда, после травмы руки её роль сводилась лишь к тому, чтобы сидеть у входа в качестве стража ворот.
Чэн Иян бросил косой взгляд на Бянь Лу, которая сидела у двери на небольшом табурете, наклонился, протер диван полотенцем и не удержался от слов:
— Разве Сяо Чэнь не говорил, что этот его киновечер или как там его начинается только в шесть вечера? Сейчас же всего четыре тридцать.
— М-м… — Бянь Лу кивнула, неторопливо оттолкнулась ногами от пола, и стул на колесиках откатился вглубь помещения.
В итоге Бянь Лу ждала-ждала, пока наконец не подошло время занятия.
Когда они с Тянь Чэнем пришли в лекционный зал, было еще рано, но передние ряды уже заполнились людьми. Бянь Лу несла в руке молочный чай, купленный Тянь Чэнем, и попутно приняла от него блинчик-гоцзы.
Они прошли вглубь зала и сели на места ближе к концу. Тянь Чэнь опустился на стул и вздохнул:
— А я-то думал, мы пришли достаточно рано. И правда, на такие пары все ходят с энтузиазмом.
Бянь Лу откусила кусочек блинчика и кивнула.
Лекционный зал был огромным, и по мере того, как он заполнялся людьми, вокруг становилось всё шумнее.
Сидя на задних рядах лектория, Бянь Лу подперла подбородок рукой и смотрела на студентов внизу.
Казалось, царившая вокруг непринужденная атмосфера вот-вот перельется через край, напоминая ряды маленьких бубенцов: стоило им случайно задеть друг друга, как раздавалось множество звонких, красивых смешков.
Прозвенел звонок на лекцию, и только тогда она вынырнула из этой радостной атмосферы, подняв взгляд на преподавателя у доски.
Преподавательница оказалась женщиной средних лет с улыбкой на лице и очень мягким выражением.
Бянь Лу так сосредоточенно уставилась на сцену, что даже не заметила двоих парней, которые внезапно сели рядом.
Лекторша говорила недолго, лишь вкратце обрисовав требования к курсу на этот семестр и систему итоговой аттестации, после чего быстро выключила во всем зале свет и официально включила кино.
Как только погас свет, сбоку раздалось тихое ругательство.
Бянь Лу повернула голову и увидела Тянь Чэня, который отложил ручку.
— Ты всё еще учишься? — это показалось ей невероятным.
— Ага, мне еще эссе нужно написать, — Тянь Чэнь вздохнул и захлопнул тетрадь. — Ладно, проехали.
С другой стороны послышались голоса, Бянь Лу повернулась и только тогда заметила, что свободные места рядом с ней полностью заняты.
Свет большого экрана в классе выхватывал из темноты лишь неясные силуэты соседей.
Не разглядев их лиц, Бянь Лу снова отвернулась и чуть сильнее придвинулась к Тянь Чэню.
Время шло, фильм постепенно захватывал внимание, и первоначальный шум вокруг стих.
Незаметно фильм подошел к концу, и тусклый класс мгновенно залило ярким светом.
Бянь Лу моргнула, с трудом привыкая к внезапному освещению.
Преподавательница наверху дала задание на следующее занятие и объявила, что группы сформированы случайным образом.
Повернув голову и заметив, что преподаватель идет в их сторону, Бянь Лу несколько растерянно выпрямилась.
— Вас как раз осталось четверо, будете в одной группе для обсуждения на следующем занятии? — с улыбкой спросила преподавательница, держа в руках микрофон-петличку.
Ли Цытин сначала покосился на Чжай Гаочи, а заметив тот кивок, тут же согласился.
Бянь Лу посмотрела на сидящего рядом парня, еще не оправившись от шока очередной случайной встречи, из-за чего попросту не успела вставить, что она здесь всего лишь вольнослушательница.
Преподавательница, конечно же, не обратила внимания на её микромимику и, получив утвердительный ответ, тут же повернулась обратно к доске, на ходу сматывая петличку и объявляя об окончании пары.
В тот же миг вокруг раздался грохот отодвигаемых парт и стульев.
Тот самый высокий парень с пирсингом в брови тоже ловко поднялся и покинул аудиторию вместе с друзьями.
Огромный зал опустел, студенты расходились один за другим, и вокруг воцарилась тишина.
Без толпы студентов ночной ветер хлынул в аудиторию со всех сторон.
Бянь Лу немного освежило ветерком. Обернувшись, она обнаружила, что Тянь Чэнь неизвестно когда снова раскрыл тетрадь и теперь грыз кончик ручки, вглядываясь в задания, казалось, совершенно не замечая происходящего рядом.
— Не уходим? — спросила она.
Тянь Чэнь бросил взгляд на забитый выходами из аудитории проход:
— Подождем, пока все разойдутся. Толку давиться, только время терять.
Бянь Лу кивнула:
— Преподавательница только что распределила нас по группам и задала задание.
— Ничего страшного, — Тянь Чэнь не придавал этому значения. — На факультативах не так строго, к тому же эта преподавательница очень мягкая. И вообще, в таком огромном зале больше сотни человек, еще не факт, что вызовут именно тебя.
— Даже если вызовут, просто ляпни что-нибудь наугад.
С этими словами он поднял глаза на опустевший класс:
— Пойдем.
— Угу.
Глава 6
В черном ночном небе под звездами плыло лишь несколько серовато-белых облаков.
Бянь Лу, рука которой еще не до конца зажила, лежала животом на письменном столе, склонив голову и глядя в ночное небо за окном.
Окно было приоткрыто, в комнату проникал легкий ночной ветерок, от которого веяло прохладой.
Лежащая рядом книга была раскрыта, и в нее была вложена белая закладка.
Тянь Чэнь сидел напротив, уткнувшись носом в материалы и перелистывая их.
Шуршание страниц казалось особенно громким в этой тишине.
Внезапный вибрирующий звук телефона прервал задумчивость Бянь Лу.
Тянь Чэнь бросил взгляд на экран телефона, а затем перевел его на Бянь Лу.
Он наблюдал, как она в спешке поднялась, схватила телефон и быстрым шагом направилась к выходу на лестничную клетку.
Добравшись до совершенно пустого пролета, Бянь Лу наконец ответила на вызов.
— Алло… — ее голос прозвучал еще более одиноко в пустом пространстве лестницы.
— Лю-Лю? — раздался в трубке голос матери, в котором проскальзывали заискивающие нотки. — Как у тебя дела в последнее время?
Бянь Лу прислонилась спиной к стене, ее взгляд снова упал на окно лестничной клетки, наблюдая, как сухие листья кружатся внизу под порывами ветра.
— Нормально.
— Слушай, может, вернешься домой, когда в школе начнутся каникулы?
— Посмотрю по обстоятельствам…
Не успела она договорить, как мать перебила ее:
— Какие еще обстоятельства? На Новый год студентов в общежитии наверняка останется меньше половины, вот и пользуйся моментом, приезжай домой.
Спустя секунду она добавила:
— Отец тоже по тебе скучает.
Бянь Лу поджала губы и долго молчала.
— Ты слышишь? Почему не отвечаешь? — голос на том конце провода постепенно начал терять терпение.
— Ладно, пока так. Тут маму зовут, мне нужно бежать. Как начнутся каникулы, обязательно приезжай домой.
— Повзрослела уже, а такая нерассудительная.
С щелчком звонок оборвался.
В пустом пролете вновь воцарилась тишина.
Бянь Лу тяжело вздохнула, прижалась щекой к стене и с тоской посмотрела в окно.
Ветер, казалось, стал еще сильнее, раскачивая хрупкие ветви деревьев. Сухих листьев на них почти не осталось — все они толстым ковром устелили землю у корней.
Пройдет совсем немного времени, и они сгниют в почве, чтобы заново подпитать деревья.
*
— Алло, Чи-гэ? Можешь захватить мою флешку? Я, блин, в спешке забыл ее, а сейчас стригусь в парикмахерской.
— Сегодня лекция у профессора Ли, опасаюсь лажать, вся домашка на этой флешке.
— Ага-ага, она лежит прямо на моем столе.
— Ладно, выручил, Чи-гэ.
Положив трубку, Ли Цытин немного расслабился.
Хэ Цяньцянь вымыла ему голову, промокнула волосы сухим полотенцем, а затем жестом предложила пройти на соседнее кресло в ожидании стрижки.
Клиентов на мытье волос сейчас не было, поэтому Хэ Цяньцянь вытерла руки и присела на небольшой диванчик в стороне.
Однако не успела она опуститься на сиденье, как боковым зрение заметила, что в дверь вошел еще один знакомый парень.
Хэ Цяньцянь, которая только что копалась в телефоне, тут же подскочила, семенящей походкой направилась к входу и заправила за ухо выбившуюся прядку волос:
— Пришел стричься?
Эти четыре слова прозвучали так, словно их обваляли в сахарном сиропе — невыносимо сладко.
Парень кивнул и довольно улыбнулся:
— Заодно заглянул к тебе, принес твой любимый молочный чай.
Бянь Лу, сидевшая до этого в стороне с книгой, услышала шум, выпрямилась и подняла голову, бросив взгляд на вход.
Парень оказался сообразительным: он купил три порции, так что чарльстон достался и Бянь Лу.
У Хэ Цяньцянь всегда было много поклонников, так что та была привычна к подобному.
Когда Чжай Гаочи переступил порог парикмахерской с флешкой в руке, он как раз застал эту смущенную парочку у входа.
http://bllate.org/book/33370/4099873
Готово:
