О том, что им предстоит переезд, Хэн Юй узнал с полным недоумением. Его место за столом в Южном отделении Наньхуа еще не успело остыть, а его уже заставляли съезжать — и зачем тогда было устраивать всю эту суматоху в самом начале?
Наверху, впрочем, действовали оперативно: новый адрес прислали незамедлительно, да еще и наняли мувинговую компанию, проявив поистине невероятную активность.
Узнав от Сюн Цзюя о причинах такого решения, Хэн Юй некоторое время просто не знал, что и сказать. В конце концов, речь шла всего лишь о переезде, а не об увольнении; кусок хлеба он не потерял, а где именно его съесть, для Хэн Юя не имело никакого значения.
В день отъезда провожать его высыпала чуть ли не вся полиция участка Наньхуа. Женщины-офицеры и вовсе выглядели так, будто расстаются с самым дорогим, и лишь начальник сиял лицом, словно сорвал крупный куш.
Теплый прием коллег оставил у Хэн Юя приятное впечатление. Пусть общение продлилось недолго, искренние чувства бесценны, и этот опыт стал прекрасным знакомством с человеческим обществом.
Новое место находилось чуть дальше от дома Хэн Юя, чем старое Южное отделение Наньхуа, но транспортная развязка оказалась отличной: прямо у выхода располагалось метро, всего две остановки — и на месте.
Территория оказалась довольно уединенной. Участок почти правильной квадратной формы был надежно обнесен двухметровым забором; по левую и правую стороны стояли два четырехэтажных флигеля, выходивших воротами на проезжую часть с востока и запада. Само же здание полицейского участка смотрело фасадом на юг, занимая как раз пространство посредине между тыльными сторонами этих двух корпусов. Перед входом раскинулись две просторные клумбы, которые в эту пору пестрели яркими цветами и зеленью, выглядя очень живописно.
Миновав ворота, путники оказались во владениях Восемнадцатого отдела. Прямо перед ними возвышалось двухэтажное здание, а пустые пространства слева и справа представляли собой голую землю, поросшую проселками. У самого забора жались редкие, посаженные пару лет назад деревья, создавая впечатление полной заброшенности.
Выйдя из машины и оглядев двор, Синь Ми с улыбкой произнес:
— Руководитель, место отличное. Мы сможем посадить здесь духовное растение.
Идея и впрямь оказалась неплохой, и Хэн Юй кивнул.
Синь Ми отпер парадную дверь офисного здания и велел грузчикам заносить вещи, решив, что с уборкой они разберутся позже. За этой суетой незаметно пролетело всё утро.
Проголодавшись, Хэн Юй вдруг вспомнил, что столовой здесь не предусмотрено...
Синь Ми, подумавший об этом заранее, уже вовсю оформлял доставку еды. Всего в одной станции метро отсюда находились два торговых центра со бесчисленными ресторанами, так что проблема питания решалась проще простого.
Устроившись за партами в общем зале и перекусывая едой из доставки, они набротали предварительный план обустройства помещений, чтобы уже после обеда вызвать рабочих. Переехав на новое место — поистине абсолютно пустое, где еще конь не валялся, — они были вынуждены обустраивать всё с нуля, словно осваивали целинные земли.
— Служебную машину, закрепленную за нами, можешь забрать себе для поездок на работу и обратно, так будет удобнее, — предложил Хэн Юй. Поскольку отдел обрел самостоятельность, начальство выделило им сразу три автомобиля: одну полицейскую машину, один обычный служебный минивэн и один фургон.
Дом Синь Ми находился далековато, собственного транспорта у него не было, так что ездить туда-сюда на каззенной машине оказалось бы весьма кстати.
— Хорошо, по пути на работу буду заезжать за тобой.
От такого варианта Хэн Юй отказываться не стал и молча согласился.
— К тому же это относительно недалеко от клиники старейшины Юя. Если выдастся свободный день, навещу его, — проговорил Синь Ми, уплетая рис за обе щеки, но ел он при этом аккуратно.
Новый адрес — Восточная прямая улица, дом 666 — располагался не так уж далеко от клиники «Благоприятная» под номером 444.
— Верно. На этот раз доктора Цзяна мы прижали под его именем. Подробностей я не расспрашивал, но старик наверняка приложил руку, иначе дело не сдвинулось бы с мертвой точки так быстро.
— Тогда куплю ему фруктов по дороге, — идти в больницу со свитками благовоний всё же не годилось.
Во время обеда позвонил Шэ Чжоу и поинтересовался, есть ли у них какие-либо пожелания, попросив не стесняться и озвучивать их прямо.
Хэн Юй просто передал телефон Синь Ми, предоставив тому вести переговоры с Шэ Чжоу, поскольку в некоторых вопросах — например, в обустройстве спортзала — сам он разбирался слабо.
Следующие несколько дней во дворе нового здания то и дело появлялись люди и машины.
Свободное пространство от входа и до самой левой стороны сплошь выложили массивной тротуарной плиткой, а под левой стеной даже разчертили несколько парковочных мест. Правую же сторону приподняли с помощью бетонной кладки, оставив грунт нетронутым и сформировав огромную клумбу — именно здесь Хэн Юй планировал развести духовное растение.
Внутри двухэтажное здание разделили по ГОСТу на различные функциональные кабинеты, а офисную зону оформили в привычном для отделения Наньхуа стиле, уместив всех в одной просторной комнате. Главной гордостью второго этажа стала комната отдыха со всем необходимым для быта: там установили четыре двухъярусные кровати. Сейчас большая часть спальных мест пустовала, но кто знает, как развернется деятельность Восемнадцатого отдела в будущем?
Закончив со всеми хлопотами, Хэн Юй и Синь Ми собственными руками прикрепили у входа табличку с надписью Восемнадцатый отдел особых расследований. Затем Хэн Юй наложил по четырем углам двора защитный барьер, гарантирующий безопасность этого места. На этом обустройство гнездышка Восемнадцатого отдела можно было считать официально завершенным — пора приступать к работе.
Хотя в последние годы число паранормальных происшествий действительно росло, за помощью в полицию обращались единицы. Тысячелетние традиции китайской культуры заставляли людей, столкнувшихся с подобным, скорее искать даосских жрецов или буддийских монахов, поэтому отдел по-прежнему оставался без дела.
Нацепив головные уборы и перчатки под еще не успевшим раскалиться утренним солнцем, Хэн Юй и Синь Ми, словно парочка крестьян, уселись на корточках в клумбе и принялись выпалывать сорняки. Вокруг духовное растение сорная трава росла с особой охотой: если в обычных цветочных горшках ее можно было выдернуть мимоходом, то здесь приходилось вооружаться маленькими совками и ковыряться по сантиметру. В этом деле демонам-ёхай никаких природных преимуществ не полагалось.
У Синь Ми зазвонил телефон. Сняв перчатку и взглянув на экран, он обернулся к Хэн Юю:
— Руководитель, суточные на питание пришли.
Финансами в отделе заведовал Синь Ми, а поскольку Хэн Юй в ценах не разбирался, то и брать эту обязанность на себя не стал.
Хэн Юй вонзил совок в землю, поддевая корни сорняка:
— И сколько примерно выходит на каждую трапезу?
Подсчитав в уме, Синь Ми ответил:
— Юаней шесть...
Такие цифры явно расходились с представлениями Хэн Юя:
— И что можно съесть на шесть юаней?
— Суточные — это лишь небольшая прибавка на мелочи, никто не собирается оплачивать всю еду целиком, — пояснил Синь Ми.
— А во сколько нам обходится средний обед?
— Около двадцати. Если питаться получше, сумма может и удвоиться.
— Выходит, если вычесть траты на трехразовое питание, одежду и предметы первой необходимости, жить нам придется весьма скромно.
Синь Ми с горьким вздохом признал этот факт. В Пекине еда стоила не так уж дорого, но если прибавить к ней повседневные расходы, картина вырисовывалась безрадостная.
— К тому же премии нам платят только за раскрытые дела, а в остальное время — лишь оклад, — продолжая выкорчевывать сорняки, констатировал Хэн Юй.
— Верно. В полиции зато есть нормальный соцпакет и страховка, тоже неплохо.
— Одно дело к другому не пришивай, а нехватка денег — серьезная проблема. Раньше Хэн Юй этого особо не замечал, но стоило ему сходить со старшим братом за одеждой, как кошелек опустел за пару покупок.
Все их лисьи сородичи, независимо от количества хвостов, питали слабость к красоте. А в человеческом обществе за красоту приходилось платить! Это шло ни в какое сравнение с временами в горах Хуэй, когда можно было просто воткнуть в волосы цветок — и тут же затмить всех вокруг.
— Наша работа устроена именно так. Впрочем, нынешней жизнью я вполне доволен, да и трат у меня не так много: на аренду жилья дают субсидию, так что на всё хватает.
Поднявшись на ноги, чтобы размять занемевшие от долгого сидения на корточках колеги, Хэн Юй поинтересовался:
— А других способов заработать нет?
Синь Ми широко распахнул глаза:
— Взятки брать нельзя!
— Что еще за взятки? — будучи некогда «первым красавцем деревни», Хэн Юй никогда не слышал столь современных терминов.
Синь Ми вкратце объяснил ему суть дела.
— Тц, деньги, добытые не честным трудом, портят карму. Ты что, принимаешь меня за дурака?
Поразмыслив, Синь Ми согласился:
— И то верно. А как тогда ты хочешь зарабатывать?
Подбирая слова, Хэн Юй озвучил свою мысль:
— Раз сверху нам дела не спускают, не можем ли мы брать заказы самостоятельно?
— Халтурить на стороне? — засомневался Синь Ми. — Впервые о таком слышу. Может, спросим?
— Мм, спроси. Теперь-то мы во всем самостоятельны: начальство заявило, мол, финансирование поступит только в конце года, а пока крутитесь как хотите. Если у нас не будет даже нормальных условий, кто вообще захочет идти в Восемнадцатый отдел? Со многим можно смириться, но элементарно обеспечить людей едой они обязаны?
Синь Ми признал, что в этом есть смысл. Любой толковый специалист, даже не будучи привязан к Восемнадцатому отделу, легко найдет себе хорошее место. А демонам-ёхай государственная служба по распределению была до лампочки — куда практичнее казалось то место, где больше платят.
— Тогда я позвоню Секретарю Шэ.
Секретарь Шэ не дал прямого ответа, сославшись на необходимость доложить руководству. Лишь ближе к вечеру он перезвонил и сообщил, что начальство не против их подработок на стороне, лишь бы это не мешало расследованию основных дел.
Хэн Юй, разумеется, возражать не стал — с деньгами он ссориться не собирался.
Повесив трубку, Хэн Юй принялся обсуждать с Синь Ми, где именно стоит искать подобные заказы.
— Всякие рекламные объявления или раздача листовок отпадают сразу: начальство не одобрит, дадут повод для сплетен, да и люди вряд ли поверят, — рассудил Синь Ми. Подобные методы были слишком банальными и им совершенно не подходили.
Хэн Юй задумался:
— А как простые люди поступают в таких случаях? Идут к даосам?
— Я слышал, обычно зовут деревенских шаманов, а уж если те не справляются — обращаются к даосским жрецам.
— Есть ли в Пекине известные даосские храмы?
— Только один — Даосский Храм Всеведения на горе Сянмин. Старый храм, пользующийся большой популярностью, прихожан там всегда хватает.
Покачивая ногой, Хэн Юй решил:
— Отлично, завтра же отправляемся туда и обсудим возможное сотрудничество.
— Руководитель, вы уверены, что Даосский Храм Всеведения согласится с нами сотрудничать? — опасливо протянул Синь Ми. С точки зрения ортодоксальных даосов, такие демоны, как они, подлежали неминуемому уничтожению.
— Мы — официально признанное государством агентство по борьбе с призраками, а они? — с важным видом заявил Хэн Юй.
— Кажется... нет? — неуверенно ответил Синь Ми. Те, конечно, состояли в Даосской ассоциации, а та худо-бедно признавалась государством. Впрочем, одно дело признавать религиозную организацию, и совсем другое — наделять кого-то полномочиями изгонять нечисть.
— Вот и всё. Сотрудничество с нами выгодно обеим сторонам, польза будет всем. Если они не круглые дураки, то непременно согласятся.
В глубине души Синь Ми подозревал, что в дилемме между согласием и глупостью здешние даосы всё же выберут второе.
И действительно, предчувствия Синь Ми оправдались: всё прошло не так гладко.
Три года назад в Даосском Храме Всеведения сменился настоятель. Им стал сорокатрехлетний мужчина по имени Чжоу Кан — молодой, с благородной осанкой и истинно бессмертным видом. Его спутница жизни по имени Ань Су была ровесницей мужа.
Ань Су обладала мягким характером, добрым взглядом и говорила тихим, приятным голосом, от которого на душе становилось легко.
Чжоу Кан же держался высокомерно, откровенно глядя на всех свысока. Каких-то выдающихся излишков духовной энергии Хэн Юй в нем не заметил, а вот Ань Су... Ее сила была глубокой и мощной. Имея при себе такую даосcкую наставницу, неудивительно, что Даосский Храм Всеведения пользовался авторитетом — судя по всему, слава их была вполне заслуженной.
— Наш Храм Всеведения издавна живет по собственным устоям и в постороннем сотрудничестве не нуждается, так что попрошу обоих удалиться, — произнес Чжоу Кан, заложив одну руку за спину и скрестив другую перед грудью. Лицо его застыло маской льда, словно каждое сказанное Хэн Юю слово казалось ему лишней тратой сил.
Ань Су неодобряюще тронула мужа за руку и обратилась к гостям:
— Он от природы не умеет ходить вокруг да около, вы уж не принимайте близко к сердцу.
Однако злопамятный Хэн Юй уже всё заприметил и затаил обиду, но ради приработка все же постарался сдержаться:
— Пустяки. Мы обратились в Храм Всеведения именно потому, что ваша репутация в Пекине безупречна. Совместная работа с нашим Восемнадцатым отделом принесет пользу и нам, и вам — так будет надежнее для всех.
Чжоу Кан бросил на Хэн Юя косой взгляд:
— Руководитель Хэн, можете возвращаться. Храм Всеведения занимается лишь собственными делами и ни с кем дела не ведет. И речь не о каком-то Восемнадцатом отделе — будь здесь хоть сам нефритовый владыка, ответ останется прежним!
Нахмурившись, Ань Су заслонила Хэн Юя от неприязненного взгляда мужа:
— Прошу прощения, в последнее время у него скверный характер, не сердитесь. Наш храм действительно никогда не сотрудничал со светскими организациями, не входящими в даосский круг, и мы в этом деле совершенно не разбираемся. Если в будущем возникнет нужда в помощи, руководитель Хэн, не стесняйтесь — приходите прямо ко мне. И если мы сами окажемся втрудном положении, надеемся, руководитель Хэн не откажет в содействии.
Эти слова немного смягчили настроение Хэн Юя: по крайней мере, сама Ань Су не была против сотрудничества, вот только решал здесь явно не она.
Ань Су сразу поняла, что Синь Ми — демон, а вот кем является Хэн Юй, человеком или бессмертным, распознать не смогла. Человек, способный получить официальную должность на такой службе, определенно не был простым смертным, и ей приходилось с этим считаться. Сама она одобряла партнерство с Восемнадцатым отделом. Даже практикуя даосизм, они оставались во плоти и крови и рано или поздно сталкивались с ситуациями, с которыми не могли справиться в одиночку; поддержка людей из Восемнадцатого отдела помогла бы избежать множества опасностей.
Немного подумав, Ань Су добавила:
— Давайте так: я еще раз все с ним обсужу и через пару дней дам вам ответ, хорошо?
Хэн Юй кивнул:
— Договорились. Как только примете решение, позвоните нам.
— Обязательно, непременно, — кивнула Ань Су и позвала младшего соученика: — Сяо Цзя, проводи гостей вниз.
http://bllate.org/book/33361/4098944
Готово:
