На шоссе, ведущем в Пекин, ровным потоком двигался чёрный Jeep Cherokee. От машины так и веяло солидной уверенностью — казалось, на ней прямо на лбу было выведено имя Сюн Цзюя.
Хэн Юй лениво развалился на заднем сиденье, подставляя себя лучам солнца. Высунутый наружу пушистый хвост то и дело лениво покачивался из стороны в сторону; к счастью, стёкла машины были затонированы, иначе из-за такого зрелища на дороге вполне мог случиться дорожный инцидент.
На встречной полосе с ревом пронеслись две полицейские машины, за которыми следовали две машины скорой помощи. Сюн Цзюй бросил на них взгляд:
— Похоже, позади что-то случилось.
Хэн Юй продолжал лениво поигрывать хвостом, ни капли не беспокоясь. Для него такая поза была невероятно комфортной — вот только стоило выйти из машины, как хвост придется спрятать.
При упоминании происшествий Сюн Цзюй вдруг вспомнил про тот бумажный талисман, который Хэн Юй отдал девушке:
— Ты отдал ей эту штуку, потому что заметил неладное?
Хэн Юй поднял руку, позволяя мягкому солнечному свету пробиваться сквозь растопыренные пальцы:
— На ней висело проклятие дорог, по дороге домой у неё возникнут неприятности. А раз хозяйка лавки сказала, что она девушка почтительная, помочь ей было в порядке вещей.
Что касается физической силы, Сюн Цзюй был готов признать, что не уступит Хэн Юю, но когда дело касалось выслеживания всякой нечисти и злых духов, Хэн Юй мог оставить его далеко позади — пожалуй, на целую половину земного шара.
— Ты всё сделал правильно.
Уголки губ Хэн Юя едва заметно приподнялись. Он вовсе не ждал похвалы от старшего соученика — просто считал, что за добрые дела воздаётся добром, а за злые — злом, и в этом заключалась истинная справедливость.
Добравшись до Пекина, Сюн Цзюй сначала сводил Хэн Юя перекусить, а затем отвёз на новое место жительства.
Квартира оказалась двухкомнатной, с гостиной; планировка была продуманной, окна выходили на обе стороны, обеспечивая отличную сквозную вентиляцию. Вся необходимая мебель и бытовая техника уже имелись, а в шкафу висело несколько комплектов одежды, заранее подготовленных Сюн Цзюем — на первое время для смены вполне хватит.
Сам Хэн Юй в жилье особо не разбирался: пока в комнатах светло, просторно и чисто, а находиться там удобно — ему больше ничего и не нужно.
— Старший соученик, это твоя квартира? — оглядевшись, спросил Хэн Юй, вернувшись в гостиную.
— С чего бы? — усмехнулся Сюн Цзюй. — С моей-то зарплатой за счастье было бы вообще её купить.
— Тогда чья же...
— Арендую у знакомого. Не отправлять же тебя после приезда жить в казарму, там вечно такой бедлам. Хозяин — человек проверенный, сдал почти даром, так что можешь жить спокойно. У него много недвижимости, продавать эту он точно не собирается.
— Тогда разбогатею — верну тебе деньги.
— Ой, брось ты, между нами, соучениками, к чему эти церемонии, там сущие копейки. Я заплатил за год вперед, если совесть грызёт — в следующем году сам заплатишь.
Хэн Юй кивнул. Теперь у него появилась работа, а значит, будут и деньги; платить за собственное жилье — дело само собой разумеющееся.
— А где живёт старший соученик?
Сюн Цзюй небрежно махнул рукой:
— Я живу в общежитии при участке, условия, конечно, с этими не сравнить, но моя работа иногда требует дежурств. Кто не женат — те в основном там и живут, у каждого своя комната, никто никому не мешает, да и до участка близко, незачем лишний раз мотаться.
Хэн Юй не стал настаивать. Все эти духовные создания отличались сильным территориальным инстинктом, и раз уж они обживали какое-то место, то без крайней необходимости срываться с места не любили. Поселись они с Сюн Цзюем под одной крышей, вряд ли кому-то из них было бы комфортно.
Сюн Цзюй открыл холодильник, показывая запасы:
— Тут полуфабрикаты, их готовить пара пустяков. Чуть позже я покажу, как пользоваться всей этой техникой. Отсюда до участка недалеко, пешком минут десять. Послезавтра утром я заеду за тобой, чтобы показать дорогу.
— Мгм.
Переведя дух после дороги, ранним утром следующего дня Сюн Цзюй заявился с завтраком.
На Хэн Юе была белая рубашка в сочетании с белыми джинсами, обувь тоже оказалась белоснежной; волосы сзади были аккуратно завязаны в хвост, а на лоб спадали несколько прядей, отчего его лицо казалось ещё меньше и утончённее.
Хэн Юй любил белый цвет, поэтому Сюн Цзюй при покупке одежды даже не смотрел на фасон — главное, чтобы была белой.
Вид у Хэн Юя был свежий и бодрый, и Сюн Цзюй даже испытал некоторую гордость:
— Вечером я отведу тебя прикупить ещё парочку костюмов. Форму носить необязательно, но одежду нужно менять каждый день, чтобы выглядеть опрятно.
К образу жизни в человеческом обществе Хэн Юй ещё толком не привык, поэтому решил просто слушать всё, что говорит Сюн Цзюй.
После завтрака они вдвоем пешком направились в полицейский участок. Полицейский участок Наньхуа являлся одним из районных подразделений городского управления. Он занимал внушительный участок земли на углу перекрёстка, в стороне от главных магистралей, и выглядел весьма внушительно, отвечая за поддержание порядка во всём районе Наньхуа.
Сотрудники, спешившие с утра на службу, на ходу обменивались приветствиями. Сюн Цзюй, прекрасно со всеми знакомый, оживлённо перекидывался с ними словами, и все, конечно же, обратили внимание на шедшего рядом с ним Хэн Юя. Особенно женская часть коллектива: обычно в участке работали сплошь суровые мужики, а тут вдруг появился такой писаный красавец — разумеется, грех было не поглазеть лишний раз.
Хэн Юй лишь слегка приподнял уголки губ, внешне демонстрируя мягкость и приветливость, но в глазах его не было ни единой эмоции — он ведь пока совсем ничего не смыслил в полицейской жизни, откуда взяться чувствам?
Сюн Цзюй никому особо не представлял спутника — в конце концов, до полудня все и так обо всём узнают.
Миновав проходные, они прямиком направились в кабинет начальника.
— Добро пожаловать, добро пожаловать! — начальник участка с улыбкой встретил Хэн Юя, не выказывая ни капли напускной важности.
— Здравствуйте, — Хэн Юй пожал начальнику руку, стараясь держаться солидно. В душе же он мысленно отметил мощную ауру праведности и благословения, исходившую от начальника: сразу видно, человек хороший.
Начальнику было около пятидесяти, невысокого роста, с невероятно пронзительным взглядом и отменной физической формой — на свой возраст он совершенно не выглядел.
— У нас в участке требования простые: главное — честно служить народу, — начальник приподнял свою большую чайную кружку. — А теперь, с твоим приходом, у нас появится ещё одна надежная опора.
Сюн Цзюй поспешил вежливо ответить за Хэн Юя:
— Ему ещё многому предстоит научиться, в дальнейшем нам очень понадобятся ваши наставления и поддержка.
— Раз уж он попал в моё подразделение, я сделаю всё от меня зависящее, — начальник опустил кружку. — Что касается распределения... Большой Сяо, ты уж сам введи Сяо Хэна в курс дела, а я закругляюсь.
— Есть, не беспокойтесь.
Повернувшись к Хэн Юю, начальник добавил:
— Работай на совесть, молодой человек, у тебя впереди отличное будущее.
— Хорошо.
Какое именно будущее ждет его самого, Хэн Юй понятия не имел, но накопленная начальником благодать оставила у него самые приятные впечатления. Работать под началом такого руководителя — одно удовольствие, можно избежать множества лишних хлопот.
Покинув кабинет, Сюн Цзюй отвёл Хэн Юя в помещение в самом конце коридора на третьем этаже. На двери красовалась табличка: Восемнадцатый отдел особых расследований.
Внутри оказалось довольно просторно: там помещались восемь отдельных рабочих мест, кабинет руководителя отдела и небольшая комната для совещаний.
Закрыв дверь, Сюн Цзюй придвинул два стула, усадил Хэн Юя, а затем принялся вводить его в курс дел участка и объяснять положение Восемнадцатого отдела.
Полицейский участок Наньхуа ничем не отличался от любого другого районного отделения: здесь занимались повседневной рутиной и ловили обычных воришек. Единственным исключением был этот самый Восемнадцатый отдел особых расследований.
Хотя отдел физически располагался в здании участка Наньхуа, в подчинение к нему он не входил, а подчинялся напрямую Управлению безопасности государственного уровня — а именно Отделу особых дел.
Это подразделение создавалось специально для расследования паранормальных явлений. В прошлые годы мир жил относительно спокойно, и работы было немного, но два года назад потусторонние происшествия будто прорвало, и этот прежде тихий отдел внезапно оказался в центре внимания.
Подобные дела требовали профессионального подхода, однако светиться в Управлении безопасности, где всегда полно посторонних глаз и откуда трудно уйти незамеченным, было неудобно. Именно поэтому руководство приняло решение сформировать Восемнадцатый отдел особых расследований. Так Отдел особых дел при Управлении безопасности мог и дальше оставаться в тени, не вызывая паники среди населения, и в то же время служить мощной поддержкой для восемнадцатой группы.
— А кто сейчас в отделе, кроме меня? — поинтересовался Хэн Юй.
Сюн Цзюй виновато усмехнулся:
— Ну... пока что ты один. Ты и есть начальник отдела.
Хэн Юй: «……»
И в чём же, позвольте спросить, заключается смысл его руководства единственным человеком?
Сюн Цзюй поспешил осыпать его комплиментами:
— Сам же знаешь, таких, как ты, мало. Я хоть и дух, но толку от меня чуть, большинство ёхай точно такие же, так что талантливым людям вроде тебя приходится работать за двоих. К тому же платят наверху просто баснословно, да и соцпакет отличный — редкость в наши дни. К тому же ты здесь сам себе хозяин, никто над душой не стоит, захотел — поработал, захотел — отдохнул. Подчинённых можешь набрать сам: приглянется кто — принимай, а кого не хочешь — никто силой не навяжет. Разве жизнь не сказка?
Хэн Юй пристально посмотрел на Сюн Цзюя:
— Старший соученик, признавайся, что за выгоду ты с этого поимел?
— Ничего! Совсем ничего! Нам, таким созданиям, устроиться на нормальную работу нелегко, а тут и стабильность, и крыша над головой — многие бы позавидовали.
Сюн Цзюй слегка покраснел — ну подумаешь, взял ящик дикого мёда, разве это взятка? К тому же соученику он зла не желал, место-то и правда хорошее!
— И чьим указаниям мне подчиняться?
— А так: дела тебе будут спускать напрямую от людей сверху. Во второй половине дня кто-то должен подъехать, чтобы познакомиться, впредь по всем вопросам можешь обращаться прямо к нему.
Хэн Юй серьезно обдумал услышанное. Предложение и впрямь выглядело неплохо: работы минимум, свободы вагон, да и его собственному ленивому характеру вполне отвечает.
— Ладно, попробую.
— Вот и отлично! — Сюн Цзюй радостно хлопнул себя по коленям и принялся выкладывать прочие мелкие детали внутреннего распорядка.
Проболтав добрых полтора часа и выдав всё, что следовало знать, Сюн Цзюй наконец отправился трудиться в собственный кабинет.
Делать Хэн Юю было абсолютно нечего. Огромный кабинет пустовал, выходить наружу ему не хотелось, и он, подперев щёку рукой, уставился перед собой, погрузившись в задумчивость. Раньше он тоже часто предавался грёзам и вовсе не чувствовал скуки, только вот в прошлом его мысли витали вокруг внешнего мира за пределами гор Хуэй, а теперь он предавался воспоминаниям о том, что происходило внутри них.
Дверь Восемнадцатого отдела не запиралась. Время от времени мимо кто-то проходил — в основном женщины, с папками или сумочками в руках. Все они вроде бы просто шли по делам, но глазами так и норовили заглянуть внутрь. Хэн Юй, разумеется, прекрасно видел, что зеваки пришли из чистого любопытства — с чего бы ещё прогуливаться мимо кабинета в самом тупике коридора?
Прятаться он не собирался, поэтому дверь запирать не стал, однако стоило очередной девутке заметить его взгляд, как её лицо мгновенно заливалось краской и она ускоряла шаг — причем чем моложе была сотрудница, тем быстрее улепетывала.
В обед Сюн Цзюй отвёл Хэн Юя перекусить. В участке имелась собственная столовая: каждый день на выбор предлагалось четыре блюда и один суп — два мясных, два овощных, бери сколько хочешь, голодным никто не останется.
Впервые в жизни Хэн Юй искренне подумал, что этот полицейский участок — просто прекрасное место: на обед дают мясо! Он обожал мясные блюда, особенно курицу и крольчатину, а вот к прочей живности особой страсти не питал. И надо же такому случиться — сегодня в меню как раз была его любимая курица!
Курицу приготовили в соусе кунг-пао. Никаких других блюд Хэн Юй брать не стал, положил в тарелку только её, да так щедро, что даже миска для супа оказалась заполнена мясом.
Сюн Цзюй и не думал его останавливать — в конце концов, его собственная тарелка была с горкой завалена тушёной свининой в кисло-сладком соусе...
Отыскав свободный столик, Сюн Цзюй протянул соученику ложку:
— Ешь давай, если не хватит — сходишь добавь, не мори себя голодом.
— Мгм.
Палочками Хэн Юй владел неважно, ложкой управляться было куда привычнее.
Столовая оказалась небольшой, но в час пик забитой под завязку.
— Большой Сяо, тут не занято? — к их столику подорожная подошла женщина лет сорока в форменной одежде, держа в руках поднос.
— Свободно, садитесь, пожалуйста, — радушно пригласил Сюн Цзюй, а затем повернулся к Хэн Юю: — Знакомься, это тётушка Ши, человек невероятно отзывчивый...
Хэн Юй вежливо поздоровался. Тётушка Ши сияла румянцем — сразу было видно, что жизнь у неё складывается благополучно; от неё исходило отчетливое сияние брачных уз — такое свойственно лишь опытным свахам, устроившим не один десяток счастливых союзов.
Улыбка тётушка Ши расцвела ярче прежнего:
— Это ведь Сяо Хэн, да? Ох, по всему участку уже слухи разнеслись, наконец-то руководство Восемнадцатого отдела доехало.
— Что вы, я всего лишь новичок, в дальнейшем мне ещё многому придется учиться у всех вас.
Если требовалось сказать приятное слово и проявить красноречие, Хэн Юй, стоило ему только захотеть, мог утереть нос кому угодно.
Увидев столь скромного молодого человека, тётушка Ши повеселела ещё сильнее:
— Если что понадобится — спускайся на первый этаж, не стесняйся.
Пока они беседовали, тётушка Ши заметила девушку с подносом в руках, выискивающую свободные места, и тут же замахала рукой:
— Сяо Лю, иди сюда, сюда, тут как раз есть местечко!
Девушка по имени Сяо Лю с улыбкой подошла ближе:
— Тётушка Ши, Сяо Сюн, это, должно быть, начальник Хэн?
Сяо Лю не блистала ослепительной красотой, но выглядела девушкой честной, старательной и простой — придраться было не к чему, да и раздражения она не вызывала.
Хэн Юй чуть кивнул ей в ответ, слегка приподняв брови.
Усевшись за стол, Сяо Лю принялась за еду и украдкой покосилась на Хэн Юя:
— Начальник Хэн и правда такой красавец, как говорят. Вы что, линзы цветные носите?
Сюн Цзюй улыбнулся:
— У него сильная близорукость, в линзах просто удобнее.
Оглядев сидевших неподалеку девушек, которые, в отличие от неё, не смели открыто глазеть на новичка, тётушка Ши громко произнесла:
— С появлением начальника Хэна все незамужние девушки нашего участка тут же повылазили из своих углов.
Младшие сотрудницы смущенно захихикали, а вот те, кто постарше, рассмеялись куда звонче.
Тётушка Ши обратилась к Хэн Юю:
— Начальник Хэн, а в чём твоя главная специализация?
Как-никак начальник отдела, должен же он обладать какими-то выдающимися талантами.
Сидевшая рядом девушка тут же вставила реплику:
— Разве невероятная красота начальника Хэна — это не главный талант?
На губах Хэн Юя заиграла улыбка: он любил всё красивое, и когда его внешность хвалили искренне, ему, разумеется, было приятно.
Сюн Цзюй прекрасно знал, что незамужним сотрудницам участка палец в рот не клади — дай языки почесать, но зла они никому не желали. Видя, что Хэн Юй вовсе не сердится, он тоже не стал вмешиваться.
Тётушка Ши пояснила:
— Я к тому, что когда я буду подыскивать нашему начальнику Хэну пару, мне же нужно будет что-то людям рассказать.
И впрямь истинная сваха по жизни, работать в полиции — сплошная трата таланта, подумалось Хэн Юю.
Сделав пару глотков, Хэн Юй полушутя-полусерьёзно произнес:
— Моя главная специализация — гадание.
— А? — тётушка Ши изумленно вытаращила глаза. Бывают же такие фокусы?
Окружающие девушки тотчас навострили уши, мгновенно заинтересовавшись.
Одна из тех, что постарше, не выдержала:
— Тогда, начальник Хэн, может, мне погадаете?!
Судя по её выражению лица, она воспринимала это исключительно как шутку и не верила ни единому слову.
Хэн Юй, прикусив ложку, окинул её взглядом:
— Родители живы, был младший брат, но он умер в младенчестве. Не замужем, но есть поклонник, человек неплохой, только его семья тебя на дух не переносит.
Задачка проще некуда.
Женщина остолбенела — всё оказалось совсем не так, как она себе представляла!
Сидевшие с ней подруги тоже переглянулись с изумлением: о наличии у неё ухажёра они знали, но вот про младшего брата никогда не слыхали.
Хэн Юй продолжил с абсолютно невозмутимым видом:
— Этот поклонник сейчас от тебя отдаляется, да и ты им порядком разочарована. Его матушка уже подыскивает ему новую невесту — лицом она попроще тебя, зато происхождением куда богаче...
Девушка тут же тревожно спросила:
— И что же мне делать?
Хэн Юй приподнял бровь:
— Разве в глубине души у тебя нет ответа?
Пойманная взглядом Хэн Юя, девушка почувствовала легкое головокружение и слабым голосом произнесла:
— Я хочу с ним расстаться.
Раз уж она заговорила об этом, очевидно, всё сказанное Хэн Юем попало в точку.
Хэн Юй кивнул:
— Правильно. Он слишком потакает матери, такого человека недостойно выбирать в спутники жизни. Послушание родителям и слепое раболепие — вещи разные.
Услышав это, тётушка Ши тут же накинулась на девушку:
— Сяо Чжао, ты мне уши грей, маменькиных сыночков нам даром не надо!
Сяо Чжао кивнула:
— Я поняла.
Соседки по столу тут же зашушукались, выпытывая, в чём именно он оказался прав, и Сяо Чжао лишь испуганно подтвердила — во всём.
Сяо Лю, сидевшая рядом с Хэн Юем, улыбнулась ему:
— Начальник Хэн, погадайте-ка и мне тоже.
Хэн Юй даже не взглянул на неё:
— У тебя есть парень, но рядом с ним крутится другая женщина. Если отправишься туда прямо сейчас, застанешь их с поличным.
http://bllate.org/book/33361/4098937
Готово:
