Ли Си холодно произнес:
— Пойдёт.
Но в душе его раздирали вопли отчаяния: «Прошу, подайте мне свиную рульку! Раз уж я за границей, почему бы не последовать местным обычаям, как насчёт немецкой запечённой свиной рульки?!»
Если бы их было две, он бы тоже с радостью принял!
Сохраняя расщепленное состояние духа, Ли Си последовал за своим слугой в столовую, попутно запоминая маршрут для утоления голода.
Это пространство на этаже было просторным: если не считать чуть меньшей шестиугольной гостиной посередине, по правую руку от лифта находилось несколько комнат. Весь этаж был выдержан в бело-золотой гамме, белоснежный ковёр украшал золотой узорчатый орнамент, а на светло-золотых обоях правильными рядами располагался белый и красный узор.
Диван тоже был белоснежным, покрытым длинным золотистым пледом, а сверху свисала хрустальная люстра.
Ли Си прошел мимо этой дорогой мебели, не глядя по сторонам, и в мыслях у него была лишь рулька.
Из трех комнат справа столовая находилась за арочным проемом прямо посередине.
— Господин, согласно вашему распоряжению, весь этот нечётный месяц мы едим исключительно вегетарианскую пищу, — Том отдвинул высокий обеденный стул и аккуратно приподнял серебряную крышку с блюда. — Единственное — я попросил кухню добавить варёное яйцо, пожалуйста, обязательно съешьте его.
—…
Зрачки Ли Си задрожали, он замер у круглого обеденного стола, тупо уставившись на свой обед.
Там было всего три тарелки.
Тарелка зелёного супа.
Тарелка зелёного овощного салата.
Тарелка жёлтых фруктов.
И ещё одна маленькая корзинка со свежеиспеченными ломтиками грубого пшеничного хлеба.
Яйцо… А где же яйцо?
Он перевёл взгляд в сторону и заметил серебряную подставку для яйца. Маленькое, изящное варёное яйцо цвета снега гордо возвышалось там, кажется, всё ещё испуская слабый струящийся пар.
Это было его единственное мясное блюдо.
Сдавленным голосом Ли Си произнес:
— У меня что-то аппетит пропал.
Нельзя ли раздобыть рульку?
— Господин!
Том с глубокой тревогой в сердце принялся уговаривать его:
— Я знаю, что вы всем сердцем стремитесь подражать Папе римскому, но вы ведь ещё так молоды, нельзя же питаться одной травой! Если вы действительно не можете это проглотить, завтра я велю им убрать яйцо.
— Не нужно!
Ли Си слегка вздрогнул и поспешно уселся на место, чтобы сначала съесть яйцо.
— Больше ничего никому не говори, — предупредил он слугу. — Лишние разговоры неизбежно потревожат народ и истощат казну, пожалуй, я просто поем через силу!
С этими словами он ловко стукнул ложкою по скорлупе и зачерпнул ложечку яйца.
Ох! Белок нежный, скользкий и упругий, желток густой и ароматный — это несомненно было домашнее яйцо!
Том стоял рядом, помогая ему ломать хлеб и бросать его в суп, и продолжал безостановочно щебетать:
— Вы невероятно добры, но вам вовсе не обязательно так себя истязать! Ваше здоровье дороже всего на свете, я пойду и распоряжусь об этом прямо сейчас.
Ли Си понял, что должен выразить свои мысли прямо и без утайки: присущая жителям Срединного царства сдержанность и скромность здесь не сработают, они ничего не поймут!
— Ты прав, — перервал он Тома с просветлённым выражением лица. — Раньше я думал иначе, но истинное постижение должно происходить на уровне разума, а не через простые внешние мирские вещи.
— Истощение собственного тела противоречит заботе и любви, которую ты ко мне проявляешь, так что давай я буду питаться как прежде!
—…
Том подозрительно взглянул на Святого Сына, но взгляд того был чист, а выражение лица — спокойным и безмятежным, внешне он ничем не отличался от себя прежнего.
Если уж на то пошло, разве что стал чуточку более разговорчивым?
— Это… конечно же, прекрасные новости, я всё распоряжусь сделать.
Том не стал ломать голову над этим: сегодня Святой Сын только что спас его, и он как раз переполнялся благодарностью, желая отплатить за добро.
Ли Си важно кивнул и потёр друг о друга два указательных пальца, выражая внутреннее волнение.
— Так вы будете ещё кушать? — снова спросил Том. — Или мне прямо сейчас принести вам другую еду?
— Ничего, боги учат нас ценить пищу. Всего один приём пищи, я справлюсь!
Он посмотрел на эту зеленеющую тарелку и утешил себя мыслью, что это сойдёт за лечение запора.
Святой Сын Си доел яйцо и с абсолютно потухшим взглядом уставился на три тарелки перед собой.
Даже в самых страшных кошмарах ему не снилось ничего подобного.
И вот слуга Том наблюдал, как этот хрупкий господин неторопливо допивает овощное пюре, после чего, поодиночке пересчитывая листочки зелени, доедает салат. Закончив, Святой Сын внезапно зажал рот ладонью и с мученическим видом завалился набок.
Том пришел в ужас:
— Что с вами?!
Неужели в еде был яд?
Ли Си с страдальческим выражением лица покачал головой, задрал кверху личико и слабым голосом спросил:
— Погляди на моё лицо, оно случайно не позеленело?
—??
Том тщательно подбирал слова:
— Господин, это же самые обычные масляный салат и латук, а ещё там парочка ломтиков яблока.
Там не было никаких растений, способных покрасить кожу.
— Вот как, — на лице Ли Си отразилось отрешённое выражение. — Я чувствую, что стал намного здоровее, прямо как Моряк Попай, объевшийся шпината.
Том ничего не понимал. Прошло всего несколько часов, а он вдруг обнаружил, что больше не понимает слов Святого Сына, и это породило в нём острейшее чувство тревоги. Кейн уже был им недоволен, и Том ни за что не хотел бы лишиться места и снова быть сосланным в убогие трущобы Нижнего города!
— Господин, вечером я приготовлю для вас сытный ужин, — он согнулся в полупоклоне и нежно поддержал белые мягкие руки Святого Сына, салфеткой счищая крошки хлеба. — Хотите, я сделаю вам массаж сегодня?
У Ли Си волосы на голове встали дыбом.
Он с неловкостью медленно вытянул свои лапки и тайком потраву о собственную мантию.
— Да в общем-то и не нужно, — с невозмутимым видом отказался он, мысленно отменяя целый шквал комментариев. — Я бы хотел просто немного поспать.
Только теперь он пригляделся к Тому повнимательнее.
Хотя этот старший братец и был иностранным другом, черты лица у него были чистыми и точёными, гладкие волосы походили на золото, а изумрудные глаза напоминали овощи. При этой мысли Ли Си снова слегка подступило к горлу.
Впрочем, он не по этой части, к тому же оставался чистым невинным юношей. Так что всякие там спа-салоны отменяются.
Том выглядел разочарованным — очевидно, он понятия не имел, почему Святой Сын вдруг так изменился.
Ли Си подумал про себя: «Отец преподаст тебе урок того, почему человеческие сердца так легко меняются. Всё потому, что утром это был Святой Сын, а теперь им стал я, Ли Сиси!»
— Кстати, знаешь ли ты одного человека? — небрежно переключил он внимание маленького слуги. — Его зовут Жули, кажется, лаборант.
Том действительно выбросил из головы недавнее огорчение и нахмурился, размышляя:
— Кажется, припоминаю… Лаборанты обычно живут в Главном городе и с внешним миром особо не контактируют. Если тот человек, о котором вы говорите, стажёр, то среди них действительно есть некий Жули.
— О? И как он выглядит? — Ли Си заинтересовался.
На самом деле он и сам не помнил толком, каков был статус Жули: в романе тот то числился научным сотрудником, то лаборантом, и Ли Си просто пропустил это мимо ушей. Он помнил лишь те двести с лишним блюд, что приготовил главный герой, плюс одну рыбу.
Встретившись взглядом с огромными, сияющими глазами Святого Сына, Том мгновенно воспрял духом и изо всех сил попытался вытащить нужного человека из глубин памяти.
— Красивый!
— На Праздник Святого Света его даже выбрали на роль Богини!
Том наконец вспомнил:
— А, у этого человека рыжие волосы, в прошлом месяце он даже приходил в собор на молитву. Вокруг него вилось полно младших послушников, он пользуется всеобщей симпатией.
Рыжие волосы, красивый и популярен — должно быть, это и вправду главный герой!
Ли Си потрогал подбородок: у него пока не было времени разбираться со своими собственными делами, так что до главного героя руки явно не дойдут. Пусть пока побудет в стороне.
— Пожалуй, мне всё же стоит отдохнуть, — он наигранно зевнул и уставился на Тома.
Всемогущий маленький слуга, подскажи-ка, где тут спальня?
Слуга немедленно распахнул перед ним створки дверей и бережно проводил в спальню.
Спальня занимала один из углов, площадь её была ни большой, ни маленькой — в самый раз для шестнадцатилетнего Святого Сына.
У стены стояла широкая и удобная двуспальная кровать, застеленная слоями одеял и пледов, отчего невольно казалось, что эта постель принадлежит принцеще на горошине. В ногах кровати стояла скамеечка, присев на которую, можно было оказаться прямо напротив огромного витражного окна.
Кроме того, в комнате имелся красивый платяной шкаф, зеркало в полный рост и небольшой письменный стол.
По другую сторону от кровати располагалась маленькая дверца, сквозь приоткрытую щель которой виднелась ванная комната.
Ли Си не удержался от вздоха: хоть помещение и было с гулькин нос, в нём имелось всё необходимое. Босиком он ступил на ковёр — тот оказался густым и мягким, вот только собственные стопы были такими белыми, что на какое-то время слились с ковром воедино.
Он поспешно отвёл взгляд и подошёл к большому окну, робко толкнув его наружу.
Окно на удивление легко распахнулось, и за ним обнаружился крошечный полукруглый балкончик, на котором едва мог поместиться один человек.
Высота этажа двадцатая с чем-то.
Никаких защитных ограждений.
Ли Си в шоке разинул рот: мимо балкона со свистом пронеслась птица, и открывающийся с высоты вид предстал во всей красе. Половина городской застройки была видна как на ладони!
Он вгляделся вдаль: при такой высоте даже у самого края видимости разглядеть городские стены не удавалось. Потому что на самом дальнем доступном глазу горизонте обзор преграждало кольцо возвышающихся крепостных стен.
Столь грандиозное зрелище почему-то напомнило ему множество аниме и фильмов — возникало стойкое ощущение двух разных миров по ту и по эту сторону стены.
Ли Си попытался вспомнить сюжет романа, и в общем-то всё сходилось. Это заброшенное произведение тяготело к жанру постапокалипса, действие разворачивалось спустя более чем триста лет после конца света. Правда, из-за огромного количества сюжетных дыр автор объявил мир альтернативным и с двадцатой с лишним главы пустился во все тяжкие.
Если рассуждать так, то за стенами действительно водились мутировавшие существа, опасная флора и фауна, а также бродяги с разбойниками.
Ватикан же за счёт привлечения высшей аристократии, финансовых воротил и влиятельных лиц, а также огромного количества верующих разросся до невероятных масштабов. Четыре главных епархии превратились в крупнейшие Зоны Убежища.
Ли Си с сожалением вздохнул. До того как это произведение забросили, действие происходило исключительно внутри Святого Города, и, если не считать оборотня, показавшегося довольно занятным персонажем, о том, что творится снаружи, он не знал ровным счётом ничего.
Осторожно попятвшись назад, он затворил окно, отрезая завывания ветра.
— Господин всё так же любит любоваться видом из окна, — с улыбкой произнул Том. — В следующий раз я принесу вам сюда удобное кресло. — Он окинул взглядом размеры балкончика. — Если бы он не был таким крошечным, сюда даже столик поместился бы…
— Пить послеобеденный чай? — у Ли Си дёгнул уголок рта. — Я как раз хотел сказать тебе: найди кого-нибудь, пусть сделают перила на моём балконе повыше, это слишком опасно!
Если кто-нибудь толкнёт его в спину — бах! И он полетит вниз точно та птица! Только птица ещё способна взмыть ввысь, а ему уготовано лишь свободное падение.
Нет уж, он обязан предотвратить подобные риски!
http://bllate.org/book/33341/4095813
Готово:
