Цэнь Сюэ почувствовал недоброе предчувствие:
— Это ещё что за взгляд?
Визажист ответил:
— Взгляд печального котёнка, из-за которого мне так и хочется перевести тебе деньги.
Цэнь Сюэ:
— ……
Разумеется, спрашивать у Фу Роуюнь что-то вроде «Я что, похож на печального котёнка?» он, конечно же, не стал бы.
К тому же…
— Слишком близко, — не выдержал Цэнь Сюэ.
Фу Роуюнь совершенно не чувствовал за собой вины:
— Что слишком близко?
— Я к тому, что держи дистанцию, — Цэнь Сюэ нащупал его голову и привычно отвернул в сторону. — Общайся со своими друзьями, меня не трогай.
Закончив движение, он задумчиво посмотрел на собственную ладонь: хм, после лака волосы стали слишком жёсткими, шевелюра Фу Роуюнь уже не была такой мягкой и податливой, как раньше, ерошить её стало неудобно.
Фу Роуюнь был человеком очень общительным, в свои чуть больше двадцать лет он прямо-таки лучился энергией, к тому же от природы обладал лицом, которое просто обязано было улыбаться.
Стоило ему расплыться в улыбке, как уголки его губ образовывали аккуратные чёрные треугольнички, а глаза слегка сужались, однако не превращались в щёлочки — безобидный и располагающий к себе парень.
Не прошло и много времени, как он уже со всеми вокруг перезнакомился.
Цэнь Сюэ же стоял на месте, зависнув в режиме ожидания, из-за чего со стороны казался несколько отстранённым.
Вскоре все стажёры вошли в зал, появился ведущий и после короткого вступления объявил выход наставников.
Цэнь Сюэ не знал тех, кто вышел первыми, но, судя по окружающим восторженным крикам, это были весьма крутые звездные преподаватели, так что он послушно захлопал вместе со всеми.
Пока не появилась предпоследняя пара —
Ведущий:
— А теперь встречайте столь долгожданного продюсера-представителя, самого молодого короля музыкальной сцены…
Давайте поприветствуем Янь Пэя… учителя Янь!
Рука Цэнь Сюэ, уже занесённая для аплодисментов, замерла на секунду, а затем опустилась.
Полной противоположностью его внезапно похолодавшему состоянию стал шум и гам стажёров, готовых буквально разнести крышу.
*
— Похоже, я тут пользуюсь популярностью?
Под светом софитов перед всеми появилась высокая фигура.
Дым от сухого льда рассеялся, он сделал широких шаг и оказался в самом центре сцены. При верхнем боковом освещении его и без того агрессивные черты лица стали ещё резче, а подавляющая аура нахлынула волной — подначивающие крики единогласно стихли, сражённые его появлением.
Янь Пэй бегло и небрежно окинул всех взглядом, и прежде чем он заговорил, никто больше не осмеливался издасть ни звука.
Кажется, оставшись вполне довольным этой тишиной, он чуть приподнял уголки губ и кивнул, после чего поднёс к рту микрофон:
— Небось думаете, раз такой крутой я выходит последним, то главный хедлайнер должен быть вообще невероятным?
Ладно, хватит с вас этой интриги.
Янь Пэй подался вбок, освобождая центр, и прожекторы вновь сошлись в одной точке —
Дважды хлопнув в ладоши, он объявил:
— А теперь приветствуйте специального гостя, который поддержит нас на оценочной сцене… только что получившего звание лучшего актера в нашем новом фильме — Лу, Янь, Си!
Весь зал замер на две секунды, а затем разразился овациями, которые оказались ещё более бурными, чем предыдущие.
И вовсе не потому, что Лу Яньси был популярнее Янь Пэя.
Если говорить о статусе, они находились на равных, оба — из тех, кто сосредоточенно развивается в своей сфере. Лу Яньси благодаря последнему фильму разом завоевал награды за лучшую мужскую роль на двух кинофестивалях, в то время как Янь Пэй и вовсе сметал всё на своем пути, оставаясь бессменным рекордсменом первых строчек годовых музыкальных чартов.
По-настоящему волновали всех их отношения друг с другом!
Оба дебютировали в юном возрасте, но до сих пор ни разу не появлялись вдвоем в одном кадре. Несколько лет назад репортёры из мира развлечений анонсировали сенсационное разоблачение их давнего конфликта, и те два дня новости непрерывно держались в топах поисковых систем, однако в итоге всё, судя по всему, замяли, прикрыв кому-то рты. Тем не менее мысль о том, что Лу Яньси и Янь Пэй не ладят, уже глубоко засела в головах у публики.
Насколько же крута Сияющая революция, раз смогла собрать этих двоих вместе для их первого совместного появления в индустрии?!
Так что весь этот шум поднялся вовсе не из-за простого удивления, а ради сплетен.
Два мужчины, чё появление на одном мероприятии казалось исторически невозможным, стояли бок о бок.
Тьфу… зрелище оказалось донельзя услаждающим взор.
Внешность Лу Яньси была полной противоположностью Янь Пэю — само словосочетание мягкий и благородный нефрит словно создали специально для него.
Известный своими слёзными сценками, этот киноимператор обладал влажными, полными нежной тоски глазами — такими, что даже на собаку он смотрел бы с глубочайшей преданностью.
Мало того, что они были схожи телосложением, даже их стилисты подобрали им контрастные чёрно-белые наряды.
На фоне этих двоих все те блестящие и сияющие стажёры выглядели словно цыплята.
Фу Роуюнь, даже не будучи фанатом звезд, прекрасно знал имена обоих. Атмосфера на площадке передалась и ему, вызвав лёгкое возбуждение, так что он подёргал за рукав стоявшего рядом Цэнь Сюэ:
— Я понятия не имел, что Лу Яньси снова стал киноимператором! Брат, ты видел его… Брат?
На полуслове Фу Роуюнь встревоженно спросил:
— Всё в порядке? Почему ты выглядишь таким бледным?
— Всё нормально.
Цэнь Сюэ криво улыбнулся.
Когда он увидел Янь Пэя, то ещё испытал удивление, но стоило выйти Лу Яньси, как его психика перешагнула критическую точку и рухнула в другую крайность —
наступило полное спокойствие и абсолютная пустота.
Кратко говоря, емуутхотелось умереть.
*
Цэнь Сюэ придерживался гомосексуальной ориентации.
В юности, будучи глупым и неопытным, он дважды заводил романтические отношения, и оба раза они заканчивались провалом.
Впрочем, согласно традициям, бывших принято считать безвозвратно почившими. Все эти годы он претворял этот принцип в жизнь с поистине завидным усердием и с тех пор ни разу не вспоминал о тех двух мудаках-бывших.
Однако кто бы мог подумать, что после всех поворотов судьбы, спустя столько лет, эти самые мудаки-бывшие одновременно предстанут перед ним —
Какое совпадение, не правда ли? В жюри заседало ровно семь наставников, и мертвецов, по его мнению, набралось аж целых двое.
Иными словами, среди семи человек нашлось двое, с которыми он целовался.
Вероятность этого казалась пугающе высокой.
В этот момент ведущий как раз усаживал Янь Пэя и Лу Яньси за судейский стол, и те машинально бросили взгляд в сторону стажёров.
Среди почти сотни участников отыскать его с первого раза было непросто, не говоря уже о том, что шла личная встреча спустя столько лет.
Вот только… Цэнь Сюэ в своё время слишком усердно воплощал в жизнь заветы прошлого: мало того, что он записал их в покойники, так еще и собственную инсценировку мнимой гибели разыграл.
Словно защищаясь, Цэнь Сюэ поднял руку, закрывая бо́льшую часть лица.
Воскресшие из мертвых покойники вряд ли доведут их до сердечного приступа… верно?
Должны бы.
Глава 2
Оценка началась незамедлительно.
По правилам, выступление каждой группы длилось около двух минут, а с учетом этапа индивидуальной презентации в среднем на один заход уходило всего десяток с лишним минут, так что процесс шёл очень быстро.
Звуки, свет и краски заполнили все органы чувств Цэнь Сюэ, отчаянно перетягивая на себя его внимание.
Поэтому времени на раздумья у него почти не осталось —
Когда он пришёл в себя, они с Фу Роуюнь уже стояли посреди сцены.
Яркий прожектор бил прямо в лицо, отчего даже кожа казалась необъяснимо раскалённой, и Цэнь Сюэ невольно прищурился.
В это время за кулисами режиссер как раз велел оператору взять его крупный план.
При такой силе освещения плотный макияж на записи мог бы сойти за естественное лицо, но Цэнь Сюэ и Фу Роуюнь повезло использовать переливающийся микрошиммер — даже если базовый тон теней сливался с цветом кожи, заложенные в блестках цветовые переходы и стойкость оказались идеальными.
Глаза Цэнь Сюэ чуть качнулись, и даже длинные, слегка загнутые книзу ресницы не отвлекали на себя внимание, благодаря чему игра света и тени в его взгляде проявилась во всей красе, напоминая переливы света на выставленном напоказ изысканном фарфоре.
Сам же он обо всех этих манипуляциях даже не подозревал.
В ушах звучало представление Фу Роуюнь в роли капитана, и как только тот произнёс последнее слово, Цэнь Сюэ должен был тут же подхватить эстафету.
Он сделал лёгкий вдох и поднял взгляд —
— Здравствуйте, уважаемые наставники, меня зовут Цэнь Сюэ, мне двадцать пять лет. Хотя я занимаюсь стажировкой не так давно, я буду старательно и серьезно относиться к каждому своему выступлению.
Места Янь Пэя и Лу Яньси находились в самом центре судейской панели.
Напротив сцены, стоило посмотреть прямо перед собой, было трудно избежать зрительного контакта с ними.
В начале ведущий особо подчеркнул, что ради соблюдения справедливости состязания до сей поры ни один наставник не имел доступа к личным делам стажёров. Каждому судье выдали планшет, куда система автоматически подгружала досье тех, кто находился на сцене в данный момент.
Когда они встречались, Цэнь Сюэ звали совсем иначе.
Так что их отсутствие реакции на это имя было вполне естественным, но как насчёт лица?
Бегло просмотрев отправленные досье, Янь Пэй и Лу Яньси перевели на него взгляды на секунду позже Цэнь Сюэ.
В тот момент, когда три пары глаз встретились в воздухе, время словно застыло. Между ними возникло магнитное поле, в которое не мог проникнуть никто посторонний, всё вокруг погрузилось во тьму, и лишь участившиеся удары сердец напоминали, что медлить нельзя.
На грани барабанных перепонок нарастало эхо пульса.
И тогда Цэнь Сюэ понял: они непременно узнали его.
Это было то самое взаимопонимание, рождённое былыми поцелуями.
*
В воздухе разлилась зыбкая атмосфера.
Даже самый недалёкий человек уже понял бы, что с ритмом происходящего что-то не так.
Поскольку Янь Пэй выступал в роли продюсера-представителя, предполагалось, что именно он задает темп процесса, однако он молчал уже добрую минуту.
Остальные наставники опустили головы, обмениваясь взглядами.
Запись варьете длилась долго, и выпасть из рабочего ритма время от времени — дело обычное, достаточно просто перезаписать сцену.
Репутация Янь Пэя в индустрии славилась своей взбалмошностью: у него был взрывной характер, но он регулярно выдавал крылатые фразы, взлетающие в топы поисковиков. Все прекрасно понимали, зачем его позвали на роль представителя — ради его резкой и безжалостной прямоты к стажёрам.
Так что если бы молчал только Янь Пэй, это ещё куда ни шло.
Но Лу Яньси… с чего вдруг он, как и Янь Пэй, уставился на одного-единственного стажёра?!
— Кхе-кхе…
Один из наставников услышал в наушнике подгонялки от режиссерской группы и уже собирался перехватить у Янь Пэя инициативу, чтобы задать стажёрам пару банальных вопросов.
Он выпалил:
— Стажёр Цэнь Сюэ…
Черт, мысленно выругался наставник. Он ведь хотел обратиться к Фу Роуюнь — тот и помладше, и капитан, с первого взгляда понятно, что вокруг него можно раскрутить тему, но его занесло следом за Янь Пэем и Лу Яньси, и он с языка сорвал имя Цэнь Сюэ!
И что теперь спросить? Такой взрослый, а всё еще хочет быть айдолом? Инфоповод-то появится, но у него же вовсе не амплуа строгого и едкого судьи.
Вдруг кто-то тяжело стукнул микрофоном о его микрофон.
В наушнике резанул слух резкий, неприятный свист, и все поморщились.
— Прошу прощения, рука сорвалась.
Главный виновник, Янь Пэй, извинился без тени раскаяния.
Наставник:
— Ха… ха-ха, у учителя Янь есть вопросы?
http://bllate.org/book/33333/4094442
Готово:
