Ни один здравомыслящий человек не захотел бы пачкать свою прекрасную жизнь грязным, постыдным пятном. В его глазах читалось раздражение. Фу Тинчуань стоял рядом и наблюдал, как лицо Вэнь Лэлин медленно искажается странным выражением. Он подумал, что сказал что-то не то, понаблюдал за ним какое-то время, но так ничего и не понял. Не выдержав, он всё же сохранил невозмутимый вид и спросил:
— У тебя есть какие-то сомнения?
Ты можешь рассказать мне, любые условия мы можем обсудить.
— Пого-погодите... — Вэнь Лэлин поднял руку, останавливая его. В ушах стоял гул, в желудке всё переворачивалось от подступающей тошноты. Цепляясь за призрачную надежду и стараясь избежать глупого недоразумения, из-за которого можно было бы сгоряча зарубить человека на корню, он спросил: — Сяо Вэнье... у него тоже есть парень?
Лицо его стало мертвенно-бледным, а голос — бесцветным и звенящим.
Ему еще ничего не ответили, а он уже сидел как на иголках, не говоря уж об ожидании. Вэнь Лэлин неотрывно смотрел на Фу Тинчуаня, остерегаясь, как бы тот не солгал лишь бы затащить его в отряд 012.
Никаких странностей.
Мужчина лишь слегка приподнял брови, а его взгляд по-прежнему напоминал ледяные шипы:
— Да. А что, вы были знакомы раньше? Он обманул тебя?
Спокойный тон прозвучал сейчас так, будто на грудь опустился огромный валун. Вэнь Лэлин на мгновение потерял дар речи и приоткрыл рот:
— Нет, не знакомы, ничего такого...
— Тогда зачем ты вдруг заговорил о нем?
— Ни за чем, так... просто интересуюсь. — Вэнь Лэлин одной рукой прижал живот, другой теребил край одежды, нахмурившись и покрываясь холодным потом.
Как описать его нынешнее состояние?
Это была не просто злость, и дело было вовсе не в том, что он чувствовал пустоту или обиду из-за того, что самый щедрый донатер обзавелся парнем. Это были шок, чувство вины и тревога. Его водили за нос, и он сам, ничего не зная, оказался в роли любовника на стороне...
Это аморально.
Вэнь Лэлин твердил себе: не паниковать, не паниковать, нельзя показывать Фу Тинчуаню свою растерянность, все эти люди в сговоре, и если они что-то узнают, то обязательно донесут. Но холодный пот так и катил градом.
Он то и дело поправлял воротник, одергивал подол, снова поправлял воротник и одергивал подол, совершенно не зная, за что ухватиться. Сердце скребли десятки маленьких мышей, не давая обрести покой.
Лицо Вэнь Лэлин помрачнело пуще прежнего. Фу Тинчуань пристально посмотрел на него, и под его опущенными веками промелькнула глубокая задумчивость. Вскоре он понизил голос, и тема разговора резко сменилась:
— Могу ли я считать это твоим согласием на вступление в отряд?
Вэнь Лэлин: ?
— Я не говорил, что согласен!
Он ответил без малейших колебаний, а испугавшись, что Фу Тинчуань расслышал невнятно, четко и чеканно повторил:
— Я не вступлю в отряд 012! Ни за что!
Его лицо было демонстративно суровым, словно кусок синеватого камня, а гордо поднятая голова выражала непоколебимость — мол, и уговаривать бесполезно.
Риск раскрыть свою личность был слишком велик, особенно учитывая необходимость жить под одной крышей. Вэнь Лэлин не хотел каждый день, как вор, шарахаться и остерегаться их, и тем более не смел даже думать о последствиях, если об этом узнают Сяо Вэнье или остальные трое.
Вдруг Сяо Вэнье решит избавиться от него? Или остальные будут в любой момент подкалывать его?
— ......
Не угадаешь.
Вэнь Лэлин прошибло ледяным потом. Напускная маска суровости треснула и разлетелась на куски. Опустив глаза, он тихонько попытался договориться:
— Верни мне телефон, я сам поговорю с господином Ся, тогда он не станет тебя теснить, хорошо?
Фу Тинчуань нахмурился, его взгляд оставался непроницательным. Несколько секунд холодно глядя на него, он ответил совсем о другом:
— Переоденься и иди есть.
Вэнь Лэлин не смотрел на него, продолжая гнуть свое:
— Нет, сначала верни телефон.
— Ладно, я пойду принесу его, но ты к моему возвращению должен переодеться.
А? Так просто?
Вэнь Лэлин растерялся. Весь его боевой настрой, заготовленный для грандиозного сражения с Фу Тинчуанем, повис в воздухе. В глубине души даже проснулось любопытство: какими же мотивами руководствуется Фу Тинчуань, так легко уступая ему? Осмелившись, он бросил на мужчину косой взгляд, но увидел лишь всё такое же мрачное, злое лицо, будто он задолжал ему миллионы, да еще и пропитанное тяжелой, удушающей аурой.
Боевой дух Вэнь Лэлин мгновенно испарился, он сжался и, проводив взглядом уходящего Фу Тинчуаня, послушно стал переодеваться. Впрочем, сидеть сиднем на кровати он не стал: не доверяя Фу Тинчуаню и опасаясь, что тот нарушит слово, он тревожно мерил шагами пространство у двери, вздрагивая от каждого шороха и принимая его за возвращение Фу Тинчуаня.
Открыть дверь он не смел — боялся, что Фу Тинчуань снова схватит его за шкирку и швырнет на кровать.
Вернувшись, Фу Тинчуань, к огромному облегчению трепещущего Вэнь Лэлин, не стал нарушать слово и вернул телефон.
— Иди ешь.
— Сначала я свяжусь с господином Ся, — бросил Вэнь Лэлин и, схватив телефон, собрался было забраться на кровать, но стоило ему повернуться, как Фу Тинчуань привычным движением ухватил его за воротник.
— Постой, не, не надо, не бросай меня... — торопливо завопил Вэнь Лэлин и вмиг погасил экран телефона. Дело было даже не в страхе перед полетами, а в опасении уронить гаджет: если бы он выскользнул из рук, улетел к Фу Тинчуаню или разбился, и Фу Тинчуань увидел бы сообщения — ему конец; если бы он не смог ответить — ему тоже конец.
— Опусти меня сначала, давай поговорим нормально... — он повернул голову к Фу Тинчуаню, испуганно и часто хлопая ресницами. — Можно?
— Можно?
Голос юноши был тихим, мягким, в нем звучали какие-то соблазнительные нотки — от них по телу пробегали мурашки, а сердце сладко замирало.
Хватка Фу Тинчуаня внезапно ослабла, он явно опешил. Он застыл на месте, молча и неподвижно, словно погрузившись в какие-то воспоминания или пытаясь в чем-то разобраться.
Атмосфера стала странной. Вэнь Лэлин решил, что лучше не испытывать судьбу, и тихонько сделал пару шагов в сторону, ускользая из тени Фу Тинчуаня, чтобы наконец связаться с Ся Цунмянем. Ожидая ответа, он поочередно ответил остальным трем главным донатерам, уделив особое внимание [Люблю Лэдэ всю жизнь].
— [Брат, ты все еще работаешь?]
Как только первое сообщение было отправлено, из нагрудного кармана пальто Фу Тинчуаня донесся мелодичный звонок нового уведомления. Сначала Вэнь Лэлин не придал этому значения, но стоило ему отправить еще парочку сообщений, как из того же кармана раздалось ровно столько же звуковых сигналов.
Отказываясь верить в происходящее, он затаил дыхание и в упор уставился на то, как Фу Тинчуань вытаскивает телефон, проверяет сообщение и словно бросает ему под ноги бомбу.
В комнате воцарилась мертвая тишина — такая оглушительная, что Вэнь Лэлин отчетливо расслышал глухой взрыв бомбы в диалоговом окне. Сердце пропустило удар, его словно огрели мешком по голове: перед глазами заплясали искры, а весь мир перевернулся вверх дном.
Что... что здесь происходит?!
Из последних сил цепляясь за остатки здравого смысла, он в ужасе выключил звук на телефоне еще до того, как успел прийти ответ. Ноги ослабели, тело била мелкая дрожь, и он кое-как удержался на ногах, прислонившись к стене.
Заметив это, Фу Тинчуань поспешил к нему на помощь:
— Плохо себя чувствуешь?
Вэнь Лэлин позволил усадить себя на кровать, но уперся руками в локоть Фу Тинчуаня, отталкивая его:
— Н-нет, все в порядке...
Судорожно сглотнув слюну и изо всех сил изображая невозмутимость, он выдавил:
— Т-ты лучше иди поешь, я еще не хочу. Дай мне еще немного времени подумать насчет вступления в отряд.
Уходи же скорее...
Сейчас Вэнь Лэлин желал лишь одного: сплавить Фу Тинчуаня и побыть в одиночестве.
Мужчина не ответил, но крепко сжал его запястье. Его пальцы, холодные словно змея, скользнули по руке, и Вэнь Лэлин замер, боясь шевельнуться.
К счастью, вскоре Фу Тинчуань отпустил его. Почувствовав, как окружающий холод постепенно рассеивается, Вэнь Лэлин закрыл глаза и, услышав щелчок закрывающейся двери, согнулся пополам, прижимая руки к груди и тяжело задышал.
[Люблю Лэдэ всю жизнь] — это Фу Тинчуань! Фу Тинчуань и есть [Люблю Лэдэ всю жизнь]! И снова главный донатер оказался стражем, за которого ему теперь придется отвечать!
Но помимо шока, в голове Вэнь Лэлин вдруг мелькнула иная мысль:
Нельзя сбегать.
Он подумал, что как бы ни было страшно, нужно взять себя в руки. Целью его визита изначально было пробраться в дом Фу Тинчуаня и украсть куклу, раз уж они уже окольными путями легально оказались здесь, к чему снова городить огород и изображать вора?
Просидев так добрую половину дня и немного успокоившись, он соврал остальным троих — всем, кроме [Люблю Лэдэ всю жизнь] — что занят делами и ответит только вечером, а сам полностью сосредоточился на общении с [Люблю Лэдэ всю жизнь].
Сбегать он передумал, но и оставаться здесь надолго было нельзя: ему требовалось как можно быстрее выяснить, где спрятана кукла.
Не успели они обменяться и тремя репликами, как стоило Вэнь Лэлин узнать, что кукла лежит в спальне, Фу Тинчуань внезапно прервал переписку из-за работы.
Удача улыбнулась ему прямо в лицо. Вэнь Лэлин торопливо соскочил с кровати и приоткрыл дверь на щелочку, чтобы подглядеть, из какой комнаты выйдет Фу Тинчуань. Но то, что предстало его глазам сразу после, заставило мир перед ним потемнеть:
Фу Тинчуань вышел из спальни, неся в руках куклу, прошел в комнату и опустил свою большую ладонь прямо на ногу куклы.
Самого Вэнь Лэлин при этом ничуть не задело.
Головокружение.
Как же человеку может так не везти? Всего-то четверо мужчин, и последним оказался именно он...
Вэнь Лэлин был готов расколоться пополам.
Местонахождение куклы определено — она у [Прижмись к Лэдэ]. Но сколько бы он ни писал ему в попытках прощупать почву, в ответ было молчание. Ся Цунмянь игнорировал его, Фу Тинчуань не отпускал, и от нечего делать Вэнь Лэлин оставалось только сидеть, уткнувшись в телефон, в ожидании и надежде.
За это время Фу Тинчуань несколько раз звал его поесть, но он наотрез отказывался отвечать и даже назло запер дверь изнутри.
Совершенно забыв, что это дом Фу Тинчуаня и у него есть запасной ключ.
Судя по всему, Фу Тинчуань тоже забыл, что это его собственный дом: несмотря на напоминания Ся Цунмяня, он наотрез отказывался открывать дверь запасным ключом, предпочитая каждые несколько минут подниматься наверх и справляться, не проголодался ли Вэнь Лэлин.
Лишь на следующий день около полудня — спустя ровно сутки — Вэнь Лэлин по-прежнему стоял на своем:
— Я не голоден, и есть не буду.
Но на этот раз Фу Тинчуань не ушел, как обычно. Вэнь Лэлин услышал, как в замочной скважине раздалось зловещее трещание: *щелк* — и сердце оборвалось вместе с ним.
Вэнь Лэлин поспешно пошел на попятную:
— Я поем, если ты меня отпустишь!
С грохотом дверь распахнулась от удара ноги, с размаху врезалась в стену и отлетела обратно, а путь преградила незнакомая фигура.
В комнату вошли четверо мужчин. Если быть точнее, двое втащили внутрь мутировавшего стража, а Фу Тинчуань шел следом.
Бросив стража на пол, те двое низко поклонились Вэнь Лэлин и в один голос произнесли:
— Простите за беспокойство.
Подняв головы, они одновременно перевели взгляд на Вэнь Лэлин — и их глаза сузились от изумления.
Заметив это, Вэнь Лэлин озадачился:
Он что, выглядит настолько пугающе? Или слишком сурово?
Он улыбнулся, и в уголках его губ проявились крошечные ямочки на щеках:
— Привет.
Затем, полностью проигнорировав тот факт, что Фу Тинчуань, возможно, их командир, и обращаясь с ним как с пустым местом, он указал близнецам на мутировавшего стража и спросил:
— Это...
— Возвращайтесь к своим обязанностям.
http://bllate.org/book/33325/4093160
Готово:
