Шэнь Яньчжоу крепко прижался к груди Ао Чжи, голова у него шла кругом.
— Второй старший соученик, я не знаю…
Ао Чжи вспомнил метод повышения человеческого таланта, который он только что отыскал на странице обрывка выброшенного древнего фолианта в дальнем углу павильона с писаниями, и его взгляд прояснился.
Он произнес с некоторой уверенностью:
— Я придумал способ, Чжоу-чжоу, следуй за мной!
Этот безрассудный бугай оттащил Шэнь Яньчжоу на соседнюю лужайку, усадил его, а сам скрестил ноги прямо напротив.
Затем он глубоко вздохнул, и вокруг него забурлила бурная драконья ци, окутав их обоих.
Раздался драконий рев, черные зрачки Ао Чжи превратились в золотые вертикальные щелки, и он принял свой внушительный истинный облик дракона.
Истинный облик Ао Чжи был не столь грандиозен. Если бы он явил свою подлинную форму целиком, этот двор просто не смог бы его вместить!
Шэнь Яньчжоу от потрясения лишился дара речи!
— Второй старший соученик, ты… ты как превратился в черного гигантского дракона?!
Шэнь Яньчжоу с лицом, полным изумления, смотрел, как этот огромный черный дракон возвышает свою исполинскую голову, а его мягкий взгляд устремлен на него…
— Чжоу-чжоу, не бойся меня, — голос Ао Чжи звучал несколько напряженно.
Тогда этот большой черный дракон, не дожидаясь ответа Шэнь Яньчжоу, поднял свою черную-черную гигантскую драконью лапу и яростно вонзил ее в собственный духовный корень!
Глубоко в его даньтяне залегал духовный корень в виде драконьей вены, сплошь окутанный черной дымкой и таящий в себе ужасающую духовную силу.
Большой черный дракон уставился на него золотыми вертикальными зрачками, и его лапа с усилием силой вырвала наружу ровно половину его духовного корня!
В тот миг, когда эта полу-сердцевина превратилась в поток света и покинула тело, он стремительно сложил печать заклинания, вплавив ее в тело Шэнь Яньчжоу!
Шэнь Яньчжоу:
!!!
Шэнь Яньчжоу лишь почувствовал, как в его тело ворвалась теплая и властная сила, и, следуя по меридианам, она разлилась по всем его костям и суставам!
Прежде зажатая духовная сила мгновенно закипела, а уровень культивации взмыл ввысь с быстротой ракеты!
Ошеломленный до предела, он широко раскрыл глаза, бросился вперед и схватил Ао Чжи, который уже вернул себе человеческий облик, а его уровень культивации заметно упал:
— Второй старший соученик!
— Что ты наделал?
Ао Чжи выдавил из себя улыбку, успокаивая его:
— Не переживай.
Шэнь Яньчжоу в испуге поддержал его. Увидев мертвенно-бледное лицо Ао Чжи, он почувствовал такую острую боль в сердце, что едва мог дышать, а из глаз градом полились слезы:
— Зачем ты так со мной добр?
Ао Чжи не стал отвечать Шэнь Яньчжоу, лишь поторопив его:
— Не стой столбом, быстрее направляй духовную силу, чтобы закрепить уровень культивации, посмотри, сможешь ли ты переварить то, что у тебя в животе…
Шэнь Яньчжоу поспешно последовал указаниям Ао Чжи, направив духовную силу, чтобы как следует стабилизировать прорыв, и после слияния с духовной ци в животе его студия культивации прочно замерла на Средней ступени Золотого Ядра.
Однако, опустив головы, оба обнаружили, что этот круглый живот вовсе не уменьшился.
Напротив, казалось, из-за поглощения духовной ци корня драконьей вены он втайне даже немного увеличился в размерах!
!!!
Ао Чжи и Шэнь Яньчжоу встретились взглядами и остолбенели!
Выходит, потратили столько сил — и всё впустую?
В этот самый момент, сопровождаемая властной аурой и мощными колебаниями духовной энергии, знакомая прямая фигура прорвала пустоту и в мгновение ока твердо опустилась во двор.
Учитель Ао Цин
— Учитель!
— Старший брат!
Этим человеком был не кто иной, как наставник Шэнь Яньчжоу и старший брат Ао Чжи, глава Секты Циньюнь Ао Цин.
Он был облачен в парчовую одежду цвета черного золота, темные волосы собраны нефритовой короной на макушке, черты его лица отличались глубиной и суровостью, а в брови и взгляде таилась властная решимость, не требующая гнева для внушения трепета!
Его тело излучало всеподавляющее давление, и одного лишь присутствия там было достаточно, чтобы у человека перехватило дыхание.
В этот момент Ао Цин, глядя на Ао Чжи с поврежденным первоисточником духовного корня, испытывал жгучее, пылающее внутри него пламя гнева.
Младшие братья в его семье — ни один из них не был способен принести душевный покой, целыми днями от них не было ни малейшей пользы, сплошные мастера влипать в неприятности!
Его собственный уровень культивации уже давно достиг Поздней ступени Прохождения Скорби, находясь на грани, когда в любой момент можно вознестись в Мир Бессмертных.
Но из-за поручения родителей, ради этих троих непутёвых братьев, он насильственно сдерживал свой уровень культивации на протяжении нескольких десятилетий.
Поэтому через равные промежутки времени он неизменно отправлялся в уединенную каменную комнату в задних горах.
Причем затворы устраивались вовсе не ради прорыва, а напротив — чтобы подавлять собственную культивацию, дабы в один прекрасный день по неосторожности не прорвать Позднюю ступень Прохождения Скорби и не вознестись в Мир Бессмертных!
Он вышел из затвора всего пару дней назад, и мирные дни еще едва ли успели начаться.
Только что он размышлял о том, чтобы вытащить этого ленивого четвертого брата, который целыми днями валяется на кровати и спит, заставить его заняться тренировками, как вдруг ощутил мощнейший всплеск духовной энергии, доносящийся со двора Ао Чжи.
Кто это? Да как они смеют в пределах моей Секты Циньюнь посягать на духовный корень расы драконов Ао Чжи!
Он поспешно отбросил прежние мысли и в мгновение ока перенесся сюда.
Едва ступив во двор, Ао Цин увидел, что Ао Чжи жив-здоров и стоит во дворе, а в его объятиях прижимается юный ученик с заплаканным красным лицом.
Прищурившись, он почувствовал, что уровень культивации Ао Чжи с Поздней ступени Превращения Божества упал до Средней ступени Золотого Ядра!
Ао Цин мысленно заскжетал зубами:…
Завидев фигуру Ао Цина, Ао Чжи тотчас просиял. Он поспешно шагнул вперед, ухватил Ао Цина за руку и поволок прямо к Шэнь Яньчжоу:
— Старший брат, скорее взгляни, что стряслось с животом Чжоу-чжоу?
Ао Цин перевел взгляд на стоявшего рядом Шэнь Яньчжоу и невольно замер — это же малыш Седьмой, почему всего за полгода разлуки он вырос до такого состояния?
Он тут же бесшумно провел сканирование: так, душа не изменилась, всё тот же глуповатый ребенок, которого он когда-то подобрал — для юноши лет семнадцати-восемнадцати столь резкие изменения во внешности вполне нормальны.
Только вот эта внезапно подскочившая до Средней ступени Золотого Ядра культивация… этот живот… эта переполняющая все тело и готовая выплеснуть наружу драконья ци… да это же духовный корень расы драконов Ао Чжи!
Да после такого Ао Цину всё стало совершенно ясно!
Он тут же грозно рявкнул на Ао Чжи:
— Опять вытворяешь черт знает что?!
Шэнь Яньчжоу сегодня испугался до полусмерти, услышав тон Ао Цина, он весь задрожал и попытался спрятаться за спиной Ао Чжи: до чего же страшный этот учитель!
Ао Чжи загородил его собой, выставил подбородок и громко выпалил в ответ Ао Циню:
— Старший брат, чего ты расшумелся, младшего соученика перепугал!
— Лучше взгляни скорее, что с младшим соучеником!
Услышав это, Ао Цин унял бушующий внутри гнев, торопливо поманил к себе этого вечно простодушного младшего ученика и смягчил голос:
— Я не на тебя кричу, а на твоего второго старшего соученика!
Он приложил ладонь к Шэнь Яньчжоу, одновременно погружая в него кончики пальцев, и, даже не поднимая головы, продолжал допытываться у Ао Чжи и Шэнь Яньчжоу:
— Что вообще происходит? С чего это вы вдруг вместе? Это твой второй старший соученик тебя принудил?
Шэнь Яньчжоу ответил сквозь покрасневшие глаза:
— Учитель… Второй старший соученик меня не принуждал. На днях кто-то в секте подсыпал мне яд, это старший соученик меня спас!
Ао Цин:
— Почему тогда сразу мне не сказал? Ты что, решил уйти из секты?
— Всё равно у меня слишком слабый талант, оставайся я здесь и дальше, это было бы лишь расточением духовных трав и пилюль учителя, поэтому я не хочу больше оставаться в секте!
— После ухода из секты я и заболел, второй старший соученик сказал, что у меня, должно быть, случился сбой в культивации, и только что вырвал половину своего духовного корня и поделился со мной…
— Безумцы! — Ао Цин убрал руку, сдвинул брови и уставился на Ао Чжи так яростно, что его сердце духовной основы едва не треснуло от злости!
— Разве духовный корень расы драконов можно вот так просто вырывать? Это ты толстокож и неуязвим, а свою жизнь ты на дороге подобрал?
— К тому же, в один неверный момент ты запросто мог лишить жизни и своего младшего соученика!
Ао Чжи смертельно перепугался от этих слов, но сейчас ему было не до страха.
Потому что он только что собственными глазами заметил, как живот Шэнь Яньчжоу прямо на их глазах тайком заметно подрос!
Ао Цин тоже это заметил и поспешно провел еще одно тщательное сканирование.
Однако в мягкой дымке внутри Шэнь Яньчжоу по-прежнему не удавалось разглядеть ни малейшей зацепки, и даже попытка слить ее с собственной силой оказалась невыполнимой.
Более того, Ао Цин неожиданно уловил в ней близкое и родное биение крови расы драконов!
Он произнес глухим голосом:
— Дыхание идентично нашей драконьей жиле, да оно словно обрело собственную жизнь, оно только что даже само коснулось меня.
Шэнь Яньчжоу:
!!!
Живое!
В этот самый момент Шэнь Яньчжоу смертельно побледнел и с шипением выдохнул:
— Ой…!
В ужасе он вцепился руками в оказавшегося ближе всех Ао Цина и горько заплакал:
— Учитель, спасите меня… опять болит… мне так страшно!
Раздвоение небес, суждено родить драконье яйцо!
Не успел Ао Чжи податься вперед, как над ними внезапно заструилась рябь на пространстве, сопровождаемая мощнейшими потоками драконьей ци и бурной вспышкой духовной энергии.
Еще две фигуры беспрепятственно преодолели защитный барьер Секты Циньюнь, прорвали пустоту и опустились во двор.
Прибывшими оказались родители Ао Цина и Ао Чжи, уже давно вознесшиеся в Мир Бессмертных: отец Ао Юань и мать Цин Луань!
Драгоценный отец Ао Юань был облачен в длинные одежды цвета черного золота с вышитыми драконами, его суровое лицо украшал ромбовидный черный нефрит между бровей. Его фигуру окружала тяжелая, закаленная долгой властью аура — несмотря на подавленную культивацию, смотреть на него всё равно никто не смел.
Мать-драконица Цин Луань облачилась в длинное платье цвета морской волны, являя собой нежную и утонченную фею-феникс с мягким разрезом глаз.
В ее прядях поблескивали несколько круглых жемчужин, источая врожденное благородство бессмертных и изысканность манер.
Находясь в Высшем Мире, они ощутили, что первоисточник расы драконов их младшего сына Ао Чжи поврежден, и, опасаясь за его жизнь, не пожалели сил на преодоление оков Небесного Дао. Силой подавив свои уровни культивации, они спустились из Девяти Небес Мира Бессмертных, чтобы во всем разобраться.
— Младший Четвертый! — Цин Луань обратилась в бирюзово-голубую размытую тень и в мгновение ока очутилась перед Ао Чжи, схватив его и принимаясь осматривать с головы до ног.
Не успела Цин Луань расспросить сына, как услышала голос Шэнь Яньчжоу со стороны, и резко повернула голову!
Когда она разглядела текущее состояние Шэнь Яньчжоу, ее лицо в тот же миг разительно переменилось!
Она с испугом и тревогой обратилась к Ао Цзиню, стоявшему рядом с Шэнь Яньчжоу:
— Быстро! Перенеси его на кровать в комнату, драконье яйцо вот-вот появится на свет, чего вы все столпились на улице!
!!!
Что значит драконье яйцо вот-вот появится на свет?! — Ао Чжи был ошеломлен до глубины души!
Не только он — Шэнь Яньчжоу во дворе и вечный холостяк с многотысячным стажем Ао Цин тоже остолбенели.
http://bllate.org/book/33322/4092859
Готово:
