Он поставил на то, что в коридоре никого не будет, и, как выяснилось, не прогадал.
Янь Сун еще до прихода сюда всё спланировал, и в его планы, разумеется, входили методы, далекие от нормальных или даже законных.
Раз уж Гу Цинтун строит из себя звезду, он наделает компрометирующих фотографий и будет использовать их для шантажа.
Чего ему бояться, когда пути к отступлению отрезаны? Этот брак состоится, и он не позволит ей противиться.
Янь Сун крепко зажал Гу Цинтун рот и потащил её внутрь больничной палаты.
Отбиваясь, она снова ударилась головой о дверное полотно, перед глазами поплыло, а на глазах от боли выступили слезы.
Она заставила себя успокоиться и начала лихорадочно осматриваться, ища хоть что-то, что помогло бы ей вырваться.
Есть!
Янь Ицзя знала, что она не любит есть фрукты целиком, поэтому, когда приходила, принесла с собой складной швейцарский нож. Порезав яблоко, она оставила его на столе.
Гу Цинтун, конечно же, еще издалека приметила нож на столе и запомнила, где он лежит.
Она притворилась, что у неё не осталось сил, и как только Янь Сун подтащил её к столу, она впилась зубами в его ладонь. Но это было лишь отвлекающим маневром: она потянулась рукой, на ощупь нащупала нож и, не колеблясь ни секунды, со всей силы вонзила его в руку Янь Суна, сжимавшую её.
Янь Сун в ужасе расширил глаза и взвыл от боли. Забыв о Гу Цинтун, он рефлекторно разжал пальцы и бросился осматривать свою рану.
Гу Цинтун, крепко сжимая нож, не упустила шанс и бросилась прочь.
Она и правда проявила беспечность — Гу Цинтун не ожидала, что этот безумец действительно осмелится распускать руки в коридоре, где установлены камеры наблюдения.
Но сейчас было не время для страха.
Янь Сун, увидев, что она убегает, понял, что последствия будут катастрофическими, и, зажимая рану, поспешно бросился следом.
Чтобы обеспечить полную приватность и тишину в палатах VIP-уровня, на верхнем этаже даже не было сестринского поста. А из-за недавней суматохи никто из других палат так и не вышел, так что Гу Цинтун оставалось лишь изо всех сил бежать к лестнице.
Слушая быстрые шаги, которые становились всё ближе, Гу Цинтун, сворачивая к эскалатору, оглянулась назад.
И из-за того, что она не смотрела под ноги, она с размаху врезалась в кого-то.
Послышался глухой стон, но человек перед ней устоял и уверенно подхватил её.
— Спа… спасите меня!
Почувствовав прилив безопасности, Гу Цинтун, которая до этого старалась держаться, словно ухватилась за последнюю соломинку, и слезы, долго стоявшие в глазах, наконец хлынули потоком.
Сквозь пелену слез она не могла разглядеть лица женщины перед собой.
Она услышала лишь знакомый, холодный и зрелый голос, который до этого доводилось слышать только в фильмах. Женщина тихо вздохнула и прижала прохладную ладонь к её окровавленной руке:
— Как же ты умудрилась довести себя до такого жалкого состояния?
Глава 3. Брак по расчету: она сделала первый шаг
Управляющий, последовавший за Янь Чи, только вышел из лифта, как вдруг увидел, что на их госпожу налетает темный силуэт.
Он с трудом подавил в себе инстинкт телохранителя, убедившись, что угрозы нет.
Присмотревшись, он с удивлением обнаружил, что в объятиях Янь Чи оказалась та самая наследница семьи Гу, с которой им предстояло встретиться.
В этот момент девушка выглядела растрепанной, пряди волос прилипли к открытой коже, на лбу виднелась повязка, а больничная пижама была измята. Она закусила алые губы, её глаза, затуманенные слезами, выглядели пронзительно красиво. Она подняла голову, глядя на Янь Чи, как попавшая в беду принцесса, переносящая невыносимую обиду.
Она была ослепительной красавицей, а слёзы лишь добавляли ей шарма и очарования.
Даже привыкший к ледяной и прославленной на весь шоу-бизнес красоте своей госпожи, управляющий на несколько секунд замер от изумления.
Придя в себя, он перевел взгляд за спину девушек и увидел Янь Суна.
Того вряд ли можно было назвать в хорошем состоянии: на тыльной стороне правой руки, которую он прижимал к себе, зияла ужасная рваная рана, кровь стекала по пальцам, оставляя пугающие следы на полу.
Вся картина произошедшего стала ясна в одно мгновение.
Управляющий и представить не мог, что Янь Сун окажется настолько глуп, чтобы собственноручно вырыть себе могилу. Госпожа еще даже ничего не сделала, а противник уже разбит в пух и прах.
А ведь он когда-то считал его серьезным соперником, способным пять лет скрывать свои истинные намерения и ждать удобного момента.
Его задачей всегда было сопровождать госпожу и следить за всеми возможными угрозами.
Хотя… кажется, он зря волновался.
Похоже, в этот раз госпоже даже не нужно выдвигать никаких условий: достаточно будет того, что она предоставит Гу Цинтун возможность разобраться с Янь Суном, и того можно будет окончательно списать со счетов.
Зная свою госпожу, управляющий понимал: то, что Янь Чи до этого хранила молчание, а теперь вдруг решила разрушить брак своего единокровного брата, вовсе не прихоть и не месть. Это верный знак того, что она готовится вернуться в компанию семьи Янь!
Подумав об этом, управляющий выпрямился и с горящим взглядом уставился на Янь Суна, не давая ему ни единого шанса совершить отчаянный поступок и навредить госпоже.
В отличие от управляющего, который был «знаком» с характером Янь Чи, Янь Сун при её виде пришел в восторг. Он решил, что она услышала его просьбы от управляющего и пришла на помощь, и поспешил крикнуть:
— Сестра!
Прежде чем старик дал ему шанс на этот брак, он специально спрашивал мнение Янь Чи.
Именно потому, что она не стала возражать, старик, который пять лет не обращал на него внимания, дал свое согласие. Только после этого Янь Сун осмелел и начал открыто демонстрировать свои амбиции.
Он отчаянно надеялся, что Янь Чи встанет на его сторону.
Все считали Янь Чи холодной и недосягаемой, но Янь Сун знал, на что способна эта женщина.
Если она чего-то хотела, она всегда это получала.
Однако то, что произошло дальше, повергло их обоих в шок.
Женщина, которая ко всем была равнодушна, терпеливо смотрела, как Гу Цинтун плачет у неё на руках. В её ясных, прекрасных глазах отражалась только она одна, и в этом взгляде читались невиданные ранее внимание и интерес.
Даже такая холодная натура, как Янь Чи, оказалась тронута эмоциями Гу Цинтун.
Она тихо вздохнула, и в её голосе проскользнула тонкая нотка жалости и упрека:
— Как же ты умудрилась довести себя до такого жалкого состояния?
http://bllate.org/book/33276/4086011
Готово:
