Очевидные опечатки по сравнению с тем, что вводил вручную перед началом документа.
Юй Гуаньнянь: «.»
Желая избежать необходимости слушать голос Ли Шао, он в итоге обнаружил, что Ли Шао заметил: он вовсе не слушает совещание должным образом.
То, от чего хотелось убежать, теперь с еще большей настойчивостью вновь предстало перед ним, остро нуждаясь в разрешении.
Юй Гуаньнянь бросил сопротивляться, всё же надел наушники и запустил запись.
Раздался голос Ли Шао. Проникнув через наушники прямо в его уши, он с молниеносной силой пронесся сквозь всё его тело.
Юй Гуаньнянь прикусил нижнюю губу и установил скорость воспроизведения в полтора раза.
Слишком быстрый темп немного исказил голос Ли Шао, зато Юй Гуаньнянь наконец смог вернуть концентрацию и сосредоточиться на том, о чем говорил Ли Шао.
Он стремительно исправил то, что было в файле, сохранил его и проверил еще раз.
Он отправил исправленный документ Ли Шао с пояснением: Генеральный директор Ли, в той версии произошла небольшая накладка, а это — окончательный вариант. Если вы еще не смотрели, будет достаточно взглянуть только на эту версию.
Ли Шао: 1
Глядя на эту единицу, Юй Гуаньнянь не понимал, каково же отношение Ли Шао. Посмотрев на нее какое-то время, он закрыл чат.
Наушники наконец можно было снять.
Он похлопал себя по щекам, напоминая, что нужно нормально работать и больше нельзя совершать ошибок.
Последующая работа пошла куда усерднее. Наступил вечер — вернувшись домой, он больше не ограничивался тем, что ел и уткнувшись в телефон листал ленту, а засыпал, едва клонило в сон. На этот раз он выбрал относительно полезный ресторан, основательно поужинал здоровой и питательной пищей, а затем отправился в спортзал.
Ему хотелось довести свое тело до предельного утомления, чтобы заслужить сладкий сон без сновидений.
Это и правда помогло: тело после тренировок приятно ныло и отяжелело, он принял душ и быстро заснул.
Вот только стоило ему уснуть, как темнота сменилась картинкой из презентации, на мгновение мелькнула и перескочила к следующей сцене.
Он сидел в конференц-зале.
Через стол напротив него, чинно и прямо, сидел Ли Шао. Его взгляд был прикован к экрану компьютера, пальцы скользили по мышке — судя по всему, он просматривал документы.
Юй Гуаньнянь: «.»
Неужели он и правда настолько любит работу?
Просто непостижимо.
Медленно опустившись, он уткнулся лицом в стол, собираясь спать дальше.
Но Ли Шао уже заговорил.
— Во время совещания ты не слушал только меня одного?
Расстояние через весь стол дарило Юй Гуаньняню ощущение безопасности. Больше не было того ощущения, когда голос вонзается прямо в уши и просачивается сквозь каждую косточку.
Юй Гуаньнянь просто ничего не ответил, лег лицом на стол и закрыл глаза.
Ли Шао тоже замолчал, и Юй Гуаньнянь услышал лишь звук захлопывающегося ноутбука.
А затем...
Горный ветер пронесся мимо и замер рядом с ним.
Это был Ли Шао. Теперь он стоял рядом с ним.
И смотрел на него.
Под веками Юй Гуаньняня заворочались глазные яблоки.
Но он не открыл глаза.
Он услышал, как Ли Шао придвинул стул и сел рядом. Он почувствовал, как сократилось расстояние между ним и Ли Шао — настолько плотно, что не протиснешь и иголку, а также ощутил, как Ли Шао протянул руку и обнял его за плечи.
Сердце Юй Гуаньняня вместе с теплом от ладони Ли Шао, легшей ему на плечо, сделалось чуточку легче и замерло.
Ли Шао спросил:
— И теперь тоже не слышишь?
Его взгляд, острый словно иглы, колол Юй Гуаньняня в лицо.
Юй Гуаньнянь с трудом сдерживался, чтобы его лицо не исказилось.
Ли Шао же наклонился и поцеловал его в щеку.
Спускаясь по щеке, он добрался до уха и легко прикусил его тонкую, просвечивающую насквозь ушную раковину.
Горячее дыхание, изогнувшись дугой вдоль ушной раковины, проскользнуло в ухо Юй Гуаньняню, словно живое теплое насекомое, отчего у Юй Гуаньняня онемело всё от кончиков ушей до самого позвоночника.
Юй Гуаньнянь невольно вздрогнул.
Это движение было слишком заметным, и он был уверен, что Ли Шао непременно это заметил.
Конечно же, Ли Шао произнес:
— Ты делаешь это нарочно.
С этими словами губы Ли Шао опустились ниже, обхватив его мочку уха, и он прикусил ее зубами, посасывая, словно еще не до конца созревшую маленькую вишенку.
Ли Шао легко покусывал ее.
Возможно, из-за того, что во рту у него что-то было, голос звучал еще глуше и, казалось, даже немного уныло:
— Неужели я тебе настолько неприятен, до такой степени, что ты даже не хочешь слушать мой голос?
Юй Гуаньнянь еще не вступал в диалог с Ли Шао из своего сна и теперь не знал, да и не хотел ничего говорить сонному Ли Шао — лишь слегка отвернулся, пытаясь спасти свое ухо изо рта Ли Шао.
Это была исполненная отторжения попытка уклониться.
Ли Шао отпустил его.
Юй Гуаньнянь все еще лежал на столе и не видел выражения лица Ли Шао, до него доносился лишь голос Ли Шао — невозможно было разобрать, что за интонация в нем преобладала, чувствовалось лишь невероятное переплетение эмоций.
Ли Шао произнес:
— Ты всё же по-прежнему так сильно меня ненавидишь.
— Даже во сне ты не желаешь дать мне хоть какой-то отклик.
Сердце Юй Гуаньняня от этой интонации почему-то тяжело ухнуло вниз.
Мысленно он возразил:
Да вовсе не ненавидит.
Просто...
Каждый день видеть во сне бывшего мужа, да еще и в таких обстоятельствах — он просто не знал, как себя вести с Ли Шао.
Глава 9
Настроение, омраченное сложной интонацией Ли Шао, последовало за Юй Гуаньнянем и после пробуждения.
Всю первую половину дня Юй Гуаньнянь был сам не свой.
То ли ему мерещилось, но Ли Шао выглядел примерно так же. Однако хорошая новость заключалась в том, что Ли Шао топил эмоции в работе: он просидел в кабинете все утро, и Юй Гуаньняню не довелось его увидеть — он просто занимался своими делами.
В обед Чжан Жунцзя снова позвала его пообедать вместе с коллегами.
Юй Гуаньнянь чувствовал, что сейчас ему жизненно необходим кто-то посторонний, чтобы переключить внимание с Ли Шао, поэтому без колебаний согласился.
После еды часть коллег вернулась в офис отдыхать, а Юй Гуаньнянь вместе с другим сотрудником спустился вниз.
Юй Гуаньнянь шел забрать свою доставку — он заказал себе кружку для воды.
Коллега же направлялся в магазинчик на первом этаже за покупками.
Юй Гуаньнянь расписался в получении посылки, вскрыл упаковку, убедился, что кружка в порядке, и подтвердил получение. К этому моменту коллега тоже закончил свои дела и вернулся.
Коллега купил пачку арековой пальмы, заметил Юй Гуаньняня и пошел обратно вместе с ним.
В лифте он вскрыл упаковку орехов и предложил Юй Гуаньняню угоститься. Юй Гуаньнянь отказался и покачал головой. Сам он не ел, но и отговаривать коллегу не стал.
Коллега не стал настаивать, закинул в рот кусочек сам и сказал Юй Гуаньняню:
— Взбодриться.
— В компании курить не разрешают, а если еще и не жевать что-нибудь бодрящее, после обеда начинает клонить в сон.
Юй Гуаньнянь ответил:
— Можно выпить кофе или съесть мятную леденцовую конфету.
Они зашли в лифт и поднялись на этаж своего офиса.
Коллега вышел первым и бросил Юй Гуаньняню:
— Мне кофе не помогает, после него только сильнее клонит в сон.
Они приближались к офису, и, опасаясь потревожить коллег громкими разговорами, прибавили шагу и заговорили вполголоса, чуть понизив тон.
Юй Гуаньнянь вдруг поймал себя на мысли.
Хотя он точно так же намеренно приближался к собеседнику и говорил вполголоса, голос коллеги звучал в его ушах совершенно обычно, ничем не отличаясь от привычной речи.
А вот перед лицом Ли Шао любое сокращение дистанции заставляло его чувствовать себя пугливой птицей, шарахающейся от каждого шороха, а специально пониженный голос всегда казался наэлектризованным, неизменно заставляя его...
Нет.
Целью его общения с коллегой было как раз избежать снов о Ли Шао, так что сейчас и думать о Ли Шао не следовало.
Юй Гуаньнянь отогнал блуждающие мысли и сказал коллеге:
— Наверное, у тебя кофеиновая аллергия. У меня в запасе есть мятные леденцы, я тебе потом принесу.
Коллега ответил:
— Хорошо, спасибо.
Юй Гуаньнянь улыбнулся.
В следующую секунду дверь кабинета Ли Шао открылась.
Из него вышел Ли Шао.
Изначально его шаг был целеустремленным и твердым, но, увидев идущих навстречу Юй Гуаньняня и его коллегу-мужчину, он остановился.
Его взгляд естественным образом упал на шедшего впереди Юй Гуаньняня.
На секунду дольше задержавшись на уголках губ Юй Гуаньняня, тронутых улыбкой, он затем отвел взгляд и перевел его на стоявшего за спиной Юй Гуаньняня коллегу.
Во взгляде сквозило то же утреннее безразличие, порожденное тяжелой атмосферой.
Коллега слегка склонил голову и поприветствовал:
— Генеральный директор Ли.
Приветствие Юй Гуаньняня запоздало, он успел лишь приоткрыть рот, как его голос утонул в словах коллеги. Он попросту решил больше ничего не произносить, пустив дело на самотек и притворившись, что тоже поздоровался.
Ли Шао, то ли заметив это, то ли нет, чуть кивнул, ничего не говоря, и прошел прямо мимо них.
Юй Гуаньнянь еще немного проводил взглядом спину удаляющегося Ли Шао, прежде чем осознал, что он вообще делает, вернул взгляд на место и зашел в офис.
Он поставил чашку, подумал немного и снова поднялся, направляясь в комнату отдыха, чтобы сполоснуть кружку и заварить кофе. Вернувшись в офис, он снова открыл компьютер.
Посмотрев на монитор какое-то время, он вдруг понял, что на самом деле у него не так уж много работы.
Он просто...
находился под впечатлением от Ли Шао.
Даже при том, что он только что по сути и не говорил с Ли Шао.
Но одного лишь взгляда на Ли Шао оказалось достаточно, чтобы поддаться этому влиянию.
Бессильно поддержав себя рукой за лоб, он попытался силой вернуть себя в состояние до встречи с Ли Шао, припоминая, чем именно он тогда занимался.
Вспомнил.
Он болтал с коллегой и даже пообещал угостить его мятными конфетками.
Юй Гуаньнянь отыскал мятную жевательную резинку, купленную вчера после спуска за сигаретами, и отнес ее коллеге.
Как раз в тот момент, когда он передавал вещь товарищу, Ли Шао снова прошел мимо панорамного окна.
Боковым зрение Юй Гуаньнянь уловил его присутствие и почему-то был уверен, что тот смотрит на него.
Но стоило поднять голову, как Ли Шао уже прошел мимо.
Сквозь стеклянную перегородку осталась видна лишь высокая статная спина, прямая линия плеч, а строгий костюм подчеркивал идеальную фигуру треугольной формы.
Будучи из плоти и крови, он казался скорее высеченной из твердого камня скалой, что неуклонно движется вперед и никогда не дрогнет перед внешними обстоятельствами.
...
Юй Гуаньнянь отвел взгляд.
Перекусив в обед, во второй половине дня он снова погрузился в новые рабочие задачи и перед самым уходом написал и отправил еженедельный отчет.
Свой отчет он сдавал напрямую не Ли Шао.
А Коко.
Ли Шао, казалось, совершенно не интересовалось, чем сотрудники занимаются каждый день, неделю или месяц — его волновало лишь то, вовремя ли выполнена работа. В компании не следили за посещаемостью и не требовали еженедельных или ежемесячных отчетов. Просто Коко подумала, что раз Юй Гуаньнянь только устроился в компанию, ей хотелось бы знать, как продвигается его обучение и адаптация, поэтому она потребовала, чтобы во время стажировки Юй Гуаньнянь писал еженедельные отчеты.
http://bllate.org/book/33220/4078954
Готово:
