Она пристально посмотрела на тарелку на столе и тихонько усмехнулась.
— Кажется, десерты в нашем доме пришлись гостье по вкусу.
Лицо Цинь Юэмин тут же покраснело.
Бай Жуи посмотрела на её порозовевшие щеки с очаровательной улыбкой.
Фенди всё ещё сидел рядом, до конца не понимая ситуацию.
Он поднялся с места и вежливо произвел дежурную реплику:
— Этот десерт очень вкусный, и чай тоже превосходный.
— Главное, чтобы вам понравилось.
Она хлопнула в ладоши, и вскоре слуги снова подошли, чтобы сменить чай.
Под обжигающим, устремленным на неё взглядом Цинь Юэмин уже не могла есть, каким бы вкусным ни было угощение.
Она прикусила губу и спросила:
— Хочешь послушать, как я играю?
— Разумеется.
Бай Жуи опиралась рукой на трость с набалдашником в виде белого лебедя. В её изумрудных глазах промелькнул манящий блеск, а голос протяжно зазвучал:
— У меня здесь есть рояль, единственный в своем роде во всем мире. Уверена, тебе понравится.
Все вместе они перешли в музыкальный зал.
Этот концертный зал поражал своими огромными размерами: высокий потолок, а посередине стоит рояль марки Steinway.
Неизвестно, как архитектор спроектировал здание, но закатное солнце никогда не падало на рояль, при этом освещение оставалось очень ярким.
Увидев цифры на рояле, Цинь Юэмин сразу же оживилась.
Стоило ей коснуться клавиш и взять несколько нот, как звук оказался не просто ярким — он зазвучал подобно взрыву пламени, вырывающемуся из раскаленного солнца.
Не дожидаясь, пока сидящие в зале слушатели хоть немного подготовятся, она заиграла сама по себе.
Фенди сидел позади Бай Жуи и осторожно поглядывал на неё, опасаясь, что она разгневается.
Бай Жуи задала вопрос так, словно у неё на затылке выросли глаза:
— В чем дело?
Фенди поспешил объяснить:
— Типичная причуда творческих людей.
Бай Жуи тихонько рассмеялась:
— Без исключений.
Что, прости, она сейчас сказала?
Фенди озадаченно почесал в затылке.
Бай Жуи больше не произнесла ни звука, словно полностью погрузившись в игру Цинь Юэмин, и Фенди тоже не смел больше ничего расспрашивать.
Цинь Юэмин сыграла одну композицию, и её мысли прояснились.
Она повернула голову и спросила Бай Жуи:
— Что ты хочешь послушать?
Бай Жуи была ошеломлена: откуда ей вообще знать что-то о классической музыке? Когда эта проклятая Система перенесла её сюда, она не оставила ей воспоминаний прежней хозяйки тела. Изогнув губы в улыбке, она ответила:
— Что тебе нравится.
Цинь Юэмин какое-то время пристально смотрела на Бай Жуи, но та без страха и с вызовом выдержала её взгляд.
Цинь Юэмин опустила голову, и её пальцы взбежали по клавишам, охватывая широкий диапазон. Они встретили слушателей бурей и шквалом.
Фенди был просто потрясен.
Он знал, что за последние несколько месяцев мирового турне игра Цинь Юэмин улучшилась, но он никак не ожидал, что она сможет исполнить это всемирно известное произведение столь блестяще.
Пусть он всего лишь менеджер, но в мире классической музыки он вращался уже очень давно.
Учитывая прежнюю скудность эмоций Цинь Юэмин, она была неспособна вытянуть столь грандиозную музыку.
Даже при безупречной технике без эмоциональной подпитки музыкальное полотно оставалось бы безжизненным.
Но теперь это произведение в её руках ожило.
Бай Жуи бессознательно постукивала пальцами по бедру.
Её взгляд был прикован к пальцам пианистки.
Пальцы Цинь Юэмин порхали над клавиатурой словно безумные пчелы, отчего Бай Жуи невольно облизнула верхнюю губу.
Не дав Фенди полностью погрузиться в музыку, Бай Жуи поднялась с места, и её трость стукнула о пол.
Вслед за этим ударом разнесся глуховатый звук:
— Хватит, больше не нужно играть.
Музыкальный порыв Цинь Юэмин был прерван.
Она ошеломленно смотрела на рояль и только теперь почувствовала, как невыносимо ныт и болят пальцы.
Она действительно превысила свои допустимые нормы.
Сыграла Песню смерти, уровень которой превосходил её текущие возможности.
Бай Жуи опиралась на трость, та стучала по полу, а каблуки издавали четкие, звонкие звуки.
Она приближалась шаг за шагом, приподняла руку Цинь Юэмин и поднесла к губам, словно собираясь поцеловать.
Фенди за спиной широко раскрыл глаза, а Цинь Юэмин нахмурилась.
Бай Жуи лишь внимательно понаблюдала за ней секунду и спустя мгновение рассмеялась:
— Тебе следовало бы сходить к врачу.
Цинь Юэмин: Она обращает на меня внимание.
Что это значит?
Цинь Юэмин была озадачена точно так же, как и Фенди.
Однако Бай Жуи вовсе не собиралась ничего объяснять.
Она легко стукнула тростью по полу два раза.
Это послужило неким сигналом, и вскоре к ним подошла служанка, отзываясь:
— Госпожа.
Бай Жуи отдала распоряжение:
— Позовите доктора Гу.
Цинь Юэмин и Фенди пригласили в гостиную.
Пришедшим гостем неожиданно оказался специалист по традиционной китайской медицине?
Когда он попросил Цинь Юэмин протянуть руку, чтобы прощупать пульс, Фенди был потрясен до глубины души.
В глазах Цинь Юэмин тоже мелькнуло изумление.
Бай Жуи с забавкой наблюдала за ними. Она лениво уселась в стороне, и служанка тут же принялась массировать ей голову.
Она пожала плечами и произнесла на чистейшем путунхуа:
— Моя мать — китаянка.
Закончив диагностику по пульсу, доктор Гу перевернул тыльную сторону ладони Цинь Юэмин, слегка надавил на нее в нескольких местах, а затем задал несколько вопросов о повседневной жизни.
Фенди с любопытством наблюдал за происходящим. Он был англичанином, и с китайской медициной сталкивался впервые.
Когда сеанс диагностики подошел к концу, лицо доктора Гу стало мрачным и тяжелым.
— Эту барышню, судя по всему, отравили.
Бай Жуи приподняла брови, словно всё поняв без слов. Фенди растерянно озирался по сторонам: он ничего не смыслил в словах доктора Гу, но чувствовал, что атмосфера накалилась.
Доктор Гу повторил всё то же самое на английском языке.
Фенди тут же подскочил:
— Что? Отравлена?
Лицо Цинь Юэмин слегка потемнело, хотя внутренне она была к этому готова.
Выходит, человек, стоявший за кулисами, начал плести сети так рано.
Доктор Гу пояснил:
— Похоже на нейротоксин, чтобы узнать точнее, потребуется взять кровь на анализ.
Неудивительно, что последние несколько дней её пальцы казались онемевшими.
Цинь Юэмин невольно перевела взгляд на свои руки.
То самое внезапное оцепенение в том сне, из-за которого её переехал грузовик, произошло именно по этой причине?
Какая ирония: пытаясь оттолкнуть сестру, она лишь продлила свое жалкое существование на короткое время, чтобы потом Цинь Лубай расправилась с ней лично.
Стоявшая неподалеку служанка быстро принесла чемоданчик с инструментами, внутри которого аккуратно лежали иглы и пробирки для крови.
Дожидаться доктора Гу не потребовалось: служанка крайне профессионально обработала кожу Цинь Юэмин и взяла у неё кровь на анализ.
Фенди во все глаза смотрел на происходящее, гадая, что же это за семья такая? У них даже служанки умеют брать кровь?
http://bllate.org/book/33201/4075754
Готово:
