Лянь Суй чувствовал себя крайне неуютно под пристальным взглядом Ши Цзуна, в котором таилась усмешка. Он никак не мог понять, доволен Ши Цзун или рассержен, и от этого ожидания его сердце колотилось всё быстрее и быстрее.
— Я… я правда буду вести себя послушно.
— Не нужно. — Кончик языка Ши Цзуна слегка шевельнулся, после чего он опустился ниже и накрыл губы Лянь Суя, мягкие и податливые. — Мне нравится ты именно такой.
— Вырастить послушную ручную собачонку — это весьма забавно.
— М-м…
— Отвечай мне.
— …
*
Машина въехала на территорию Виллы Цюаньшань. Цзян Юй торопливо выскочил наружу и распахнул дверцу заднего сиденья. Ши Цзун подхватил Лянь Суя на руки и, проходя мимо водителя, бросил на него ледяной, свирепый взгляд:
— Ступай за наказанием.
С этими словами Ши Цзун, держа человека на руках, широким шагом направился в особняк.
Цзян Юй слегка подался корпусом вперед и отвесил поклон удаляющейся высокой фигуре:
— Слушаюсь, господин.
В спальне Ши Цзун прижал Лянь Суя к постели.
— Всё еще болит? — его голос звучал на редкость мягко.
Лянь Суй посмотрел на мужчину сверху, чье эмоциональное состояние, казалось, было вполне стабильным, мысленно прислушался к ощущениям в области поясницы, покачал головой и тихо проговорил:
— Больше не болит.
Ши Цзун поднял руку и провел ладонью по щеке Лянь Суя. Посмотрев на него с темным блеском в глазах пару мгновений, он медленно скривил губы в зловещей усмешке:
— Я спросил про другое.
Тело Лянь Суя невольно сжалось, а в прежде спокойных, безмятежных глазах мгновенно вспыхнул страх:
— Болит. Еще болит.
— Вот как… — Ши Цзун сделал вид, будто всё понял, а затем наклонился и прошептал ему на ухо: — Но я хочу, что же делать?
Он прихватил губами мягкую мочку уха Лянь Суя, пока его крупная ладонь бесцеремонно блуждала по чужому телу.
— Малыш, отдашься мне?
Бесчисленные страшные испытания за этот месяц со дня свадьбы отбили у Лянь Суя охоту произносить хоть слово возражения. Во-первых, это было бесполезно, а во-вторых, лишь разозлило бы Ши Цзуна. Стоило тому взбеситься, как он начинал безумно истязать его, так что лучше было подчиниться — возможно, в таком случае удастся вымолить у него чуть больше мягкости.
— Отдам… — пальцы Лянь Суя впились в простыню.
Ши Цзун, похоже, остался весьма доволен этим ответом. Он отпустил до предела напряженного юношу, поднялся с постели и бросил взгляд на застывшего на матрасе Лянь Суя:
— Когда я закончу принимать душ, ты должен быть совершенно чистым.
Бросив эту фразу, он широким шагом вышел из комнаты.
Лянь Суй натянул нервы до предела и лишь тогда, когда из соседней главной спальни донесся глухой стук — звук захлопнутой двери, — медленно разжал пальцы, сминавшие простыню. Поправив одежду, которую Ши Цзун успел задрать, он приподнялся на локтях и осторожно свесил ноги с кровати.
За дверью с подносом в руках уже ждал Цзян Юй.
Лянь Суй вышел в прихожую, опустил взгляд, молча взял из его рук поднос и направился в сторону ванной.
Губы Цзян Юя побелели, по лбу катился холодный пот, а руки, опущенные вдоль тела, сжались в кулаки. Его крепкая, ладная фигура едва заметно дрожала.
Оказавшись в ванной, Лянь Суй вытащил телефон, открыл чат с Ли Чэнъянем в WeChat и быстро напечатал строчку текста:
— Брат Чэн Янь, давай больше никогда не будем видеться, прости.
Отправив сообщение, он погасил экран, скинул одежду, включил душ и, зажмурив глаза, позволил потокам воды хлынуть прямо на голову. Окровавленный образ Ли Чэнъяня казался все еще стоящим перед глазами.
Лянь Суй не знал, в какой момент подарок, приготовленный для Ли Чэнъяня, подменили, как не знал и того, почему Ши Цзун внезапно объявился в том баре. Но он четко понимал одно: ему ни в коем случае нельзя больше видеться с Ли Чэнъянем и тем более расспрашивать о его ранениях. Он боялся даже представить, во что превратится Ли Чэнъянь по его вине, случись всё повториться.
Разумеется, еще отчетливее он понимал, что сейчас сам висел на волоске.
Лянь Суй медленно открыл глаза и взял с подноса нужные вещи. Времени оставалось в обрез, ему следовало поторопиться и привести себя в порядок. Если Ши Цзун потеряет терпение и заждется, он ведь и впрямь загонит его до смерти.
Когда Лянь Суй вернулся в комнату, Ши Цзун был облачен в распахнутый настежь черный шелковый халат, сквозь который проступал рельеф крепких мышц пресса. Зажав в уголке рта незажженную сигарету, он небрежно развалился на диване, скользя пальцем по экрану телефона и время от времени легонько постукивая по нему.
— Привел себя в порядок? — не поднимая головы, равнодушно бросил он.
Лянь Суй закусил губу, сжав телефон тонкими белыми пальцами, и едва слышно вымолвил:
— Угу.
— Иди сюда.
Ши Цзун по-прежнему не поднимал глаз, наклонившись за зажигалкой, лежавшей на журнальном столике.
Щелчок зажигалки заставил сердце Лянь Суя сжаться от испуга. Раньше он просто не выносил запаха табачного дыма, теперь же один вид курящего Ши Цзуна доводил его до смертного ужаса. Этот страх, казалось, въелся в самую его костную мозгу: каждый нерв невольно напрягался до предела, нашептывая, что стоит ему хоть немного расслабиться, как сильнейшая жгучая боль мгновенно захлестнет всё тело.
Ши Цзун сидел широко расставив ноги, небрежно закинув руки на спинку дивана, и, лениво выпуская кольца дыма, бросал на Лянь Суя взгляды.
— Что такое? Хочешь, чтобы я тебя на руках отнес?
Лянь Суй покачал головой и сделал осторожный шаг ему навстречу.
— Садись ко мне.
Лянь Суй положил крепко зажатый в руке телефон на журнальный столик, а затем с зажатым видом опустился на правое бедро Ши Цзуна.
— Оседлай меня.
Услышав это, Лянь Суй замер на несколько секунд, после чего послушно перекинул ноги, устраиваясь сверху.
Прищурив глаза, Ши Цзун левой рукой, все еще зажимавшей сигарету, легко провел по его чистой бледной щеке.
— Снимай. — Его низкий, мягкий голос сквозил неотразимым властным требованием.
— У меня мало терпения, не заставляй меня повторять дважды.
Сердце Лянь Суя дрогнуло, и он в палице принялся развязывать пояс на талии. Белоснежный халат соскользнул вниз, и его открытое со всех сторон тело казалось еще белее этой ткани.
Обняв его, Ши Цзун подался вперед и затушил наполовину выкуренную сигарету в пепельнице. Заметив это, Лянь Суй мысленно с облегчением выдохнул.
Экран телефона на журнальном столике внезапно вспыхнул, издав беззвучное уведомление. Только что отпущенное сердце Лянь Суя вновь подскочило к самому горлу: выходя из ванной, он нарочно перевел телефон в беззвучный режим и все это время ждал ответа от Ли Чэнъяня. Если тот ответит, значит, с ним всё в порядке. Но надо же было такому случиться — ответить не слишком рано и не слишком поздно, а именно сейчас.
Лянь Суй с чувством вины покосился на телефон, мысленно умоляя экран погаснуть как можно скорее. Постепенно ладони и лоб покрылись тонким слодом холодного пота.
Ши Цзун, казалось, ничего не заметил. Раздавив окурок, он ухватил сидящего на коленях юношу за упругие ягодицы и резко швырнул на кровать.
Черный халат полетел в сторону, и крупное мускулистое тело навалилось сверху. Длинные ресницы Лянь Суя легко коснулись кончика носа Ши Цзуна:
— Господин Ши… Вы… вы не могли бы быть чуточку помягче?
http://bllate.org/book/33196/4075034
Готово:
