Ты недавно перевелся в наш отдел, некоторые новости еще не успел узнать, — Старик Жуань замолчал на секунду, его тон звучал несколько странно. — На прошлой неделе наш осведомитель передал оттуда информацию: Малиновка мертва.
Глава 4. Перемотка
В черном рынке все только и говорили о том, что Малиновка мертв.
Они утверждали, что за Малиновкой по приказу Юань Шаня охотились целые сутки напролет, и в конце концов в нейтральной приграничной зоне несколько десятков человек окружили его и расстреливали секунд десять, а грохот выстрелов вспугнул целую стаю птиц в лесу.
В то же время в сообщениях полицейского осведомителя говорилось, что Малиновка погиб всего лишь в ходе рядовой уличной перестрелки.
Никто не знал, какова была истинная правда за всем этим.
Услышав слова Старика Жуаня, Юй Байцин сохранял на лице полное бесстрастие. В горле у него тяжело перекатился кадык, но он не произнес ни звука.
Позже, хорошенько все обдумав, он понял, что на самом деле предзнаменования появились уже тогда.
После того как Старик Бай совершил побег из тюрьмы, осведомитель отдела уголовного розыска провел с Малиновкой последнюю сделку с информацией, потребовав предоставить данные о человеке, у которого Старик Бай приобретал на черном рынке сырье для изготовления взрывчатки — нитрат аммония.
Даже несмотря на то, что киберотдел помог выстроить защищенную цепочку островов безопасности, общение между информатором и Малиновкой все равно нельзя было назвать на сто процентов безопасным. Тот знал лишь то, что поддерживает связь с полицией, но понятия не имел, кто именно выступает связным в каждый конкретный раз, и в самой полиции никто не знал истинной личности Малиновки.
Чтобы избежать утечки информации, во время каждого сеанса связи обе стороны занимались исключительно отправкой и получением зашифрованных файлов, не позволяя себе лишнего слова.
Однако в тот самый раз, сразу после завершения информационной сделки, осведомитель Юй Байцина впервые получил от собеседника текст, написанный не программным языком.
В самую последнюю секунду перед отключением от терминала Малиновка загрузил на остров безопасности строчку текста: Au revoir.
По-французски — до свидания.
Этот парень действительно умер?
Лицо Чжан Юя выглядело не лучшим образом.
В уголовном розыске дела обстояли проще: они в основном расследовали местные происшествия, и необходимость проводить совместные операции с пересечением границ возникала редко. А вот возглавляемому Чжан Юем Отделу по борьбе с наркотиками постоянно приходилось контактировать с зарубежной полицией, и информация имела для них жизненно важное значение.
Гибель Малиновки стала для него, выходца из антинаркотического ведомства, настоящим громом среди ясного неба.
Тьму в качестве маскировки используют и боятся света вовсе не только черви в сточных канавах, но и ядовитые змеи, скользящие на грани двух миров. Они прячутся в тени, не выносят дневного света и никогда не смогут стать героями.
Даже смерть их наступает тихо. Сбросив кожу, они стирают все следы своего существования, а чью-то прожитую жизнь умещает в себя одна-единственная строчка кода.
— ...Как бы то ни было, давайте сначала съездим на место и во всем разберемся, — прервал тишину в переговорной голос Старика Жуаня. — Даже если Малиновка все еще жив, он был знаком только с тем прошлым делом. Если это и вправду подражание преступлению, толку от его поисков, пожалуй, не будет.
— Старик Жуань, завтра возьми людей и поезжай в Биньчжоу, подними прошлогодние дела, — скомандовал Чжан Юй. — Вы вдвоем завтра утром отправляйтесь на место вместе с криминалистами, а то этот Старый Чжао из зоны высоких технологий вечно всё делает спустя рукава — смотрите за ним в оба.
Закончив раздавать поручения по текущей работе отдела, он на мгновение задумался, приподнял брови и перевел взгляд на главную статую, сидевшую в самом дальнем ряду:
— Старый Юй, завтра утром поедешь со мной к семье потерпевшего?
Юй Байцин ответил:
— Без разницы.
Он сам по себе был человеком немногословным, а те редкие моменты, когда ему приходилось открывать рот, теперь полностью оккупировал Осьминог, так что он с легкостью мог просто замолчать и не тратить лишних слов.
Убедившись, что у Чжан Юя больше нет никаких распоряжений, Юй Байцин подхватил форменную куртку, откинул спинку стула и поднялся на ноги:
— Я пошел.
— ...
Чжан Юй был немало удивлен и, повернувшись к Старику Жуаню, поинтересовался:
— Этот парень каждый раз уходит с совещаний раньше времени, или только мои собрания прогулы устраивает?
Старик Жуань впервые видел, чтобы Юй Байцин уходил так поспешно. Проводив взглядом широкую спину направляющегося к выходу товарища, он вдруг всё понял.
Сяо Вань в это время наверняка всё еще торгует на улице снеков, а Старый Юй так сорвался с места, потому что ему нужно успеть забрать младшего брата.
Отыскав парковку на перекрестке, Юй Байцин сбросил с себя полицейский китель прямо в салоне машины и зашагал по оживленной торговой улице в сторону лотка Ин Ваня.
Лавочка Ин Ваня, где он продавал одежду, располагалась прямо возле храма Чэнхуанмяо: слева находился массажный салон для слепых, а справа — лавка слепого предсказателя судеб. Ин Вань говорил, что у них похожие жизненные обстоятельства, а потому им проще найти общий язык.
Протиснувшись сквозь толпу зевак, пришедших полюбоваться на фонари перед храмом, Юй Байцин отыскал торговое место Ин Ваня и с удивлением обнаружил, что товар на прилавке и жестянка для мелочи на месте, а вот самого младшего брата след простыл.
Его веко нервно дёргнуло. Подойдя вплотную к усатому гадателю, который как раз предсказывал кому-то судьбу, он глухим голосом спросил:
— Где владелец соседней лавки? Не знаешь, куда он ушел?
Услышав вопрос Юй Байцина, усач приподнял руку, поправляя круглые солнцезащитные очки на носу, и изобразил на лице полнейшее недоумение:
— Уважаемый, я ведь ничегошеньки не вижу.
Юй Байцин:
— ...
До выходных оставалось всего ничего, и народу возле улицы снеков толпилось куда больше, чем в будние дни.
В эти дни у храма Чэнхуанмяо проходил фестиваль фонарей, и у входа яблоку негде было упасть: повсюду крутились туристы и парочки, пришедшие загадать желания и разгадать загадки на фонарях. Самым популярным местом оказалась шашлычная напротив: окутанная клубами дыма палатка ломилась от посетителей, а всю улицу заполнял густой, аппетитный аромат жареной баранины и говядины.
Дела у соседей Ин Ваня — в массажном салоне и гадальной лавке — тоже шли куда лучше обычного. Толпа студентов выстроилась в очередь перед предсказателем судьбы, сжимая в руках вытянутые бамбуковые палочки с номерами и с восторгом ожидая, пока старец поведает им о грядущей удаче на любовном фронте. Мужчина из соседнего массажного салона закатал рукава и вовсю разминал плечи и шею сидевшей перед ним пожилой женщины, успевая между делом перебраться на темы бытовых забот и сплетен с клиентами.
Вокруг стоял невообразимый галдеж и оживление, и Ин Вань оказался зажат ровно посередине этого шума и суеты.
Перед его лотком красовалась деревянная табличка с крупными, бросающимися в глаза надписями: «Слепой ведет мелкий бизнес, 10 юаней за вещь». Вывел их, разумеется, старший брат.
Рядом с табличкой стояла жестяная банка для мелочи с наклеенным поверх бумажным листочком: «Сдачу берите сами», — тоже творение его брата.
В плане эстетики его старший брат действительно оставлял желать лучшего: одежда, закупленная на оптовом рынке, пестрела вырвиглазными зелено-красными оттенками или отличалась напрочь устарвшим кроем, так что продать её не представлялось никакой возможности.
Изредка мимо проходили компании девушек. Заметив жалостливого слепого красавца, в одиночку сторожащего унылый прилавок, они украдкой принимались фотографировать его, одновременно опуская пару юаней в стоявшую на прилавке банку для мелочи.
http://bllate.org/book/33135/4066422
Готово:
