Эрхэй закатил глаза:
— Моя память — точь-в-точь как у хозяина. В этом можешь не сомневаться.
— А, — кивнула Сян Вэй, всё поняв.
Память Цзян Чэна всегда была поистине феноменальной. Раз Эрхэй унаследовал её, переживать не стоило.
Однако…
— А как ты вообще попадёшь в комнату Юй Цинъяо? Её дверь постоянно заперта. У меня нет ни единого шанса тебя туда подсунуть.
— Пройду сквозь стену, — бросил Эрхэй с вызывающим спокойствием.
— Сквозь стену? — усмехнулась Сян Вэй. — Ты сейчас и сквозь пенал пройти не можешь, а уже мечтаешь о стенах?
Да как она вообще посмела напоминать ему про тот позорный пенал!
Эрхэй скрипнул зубами, фыркнул и задрал нос:
— В чём тут сложность? Ещё несколько дней — и я освобожусь от оков этого пера, смогу свободно передвигаться. Тогда не только стены, но и земную кору пронзить — раз плюнуть.
Так мощно?
Сян Вэй не поверила:
— Ты хочешь сказать, что скоро повысишь уровень?
— Ага.
Врёт, наверное?
Сян Вэй всё ещё сомневалась:
— У вас, духов, что ли, так быстро идёт прокачка?
— Один год в мире духов — один день в человеческом мире, — пояснил Эрхэй. — Поэтому тебе и кажется, что это быстро. А я-то ждал этого дня очень долго.
Если один день в человеческом мире равен году в мире духов…
Сян Вэй мысленно прикинула:
— По такому расчёту мы уже знакомы десятки лет.
Она приподняла бровь:
— И вот так ты обманываешь своего давнего друга, с которым дружишь уже десятилетия?
Эрхэй промолчал. Разве он не ломал голову над её личным счастьем? Как это вдруг «обманывает»?
— Я тебе очень помогаю, — многозначительно произнёс он.
Сян Вэй подумала, что он имеет в виду блокнот, и недовольно скривилась.
Конечно, она понимала: Эрхэй старается для неё. Но…
Вчера, выполняя задание «двадцать четыре часа неразлучно», её уже заподозрили в том, что она хочет зафлиртовать с Цзян Чэном. А если сегодня ещё и потрогать его мышцы…
А-а-а!
Сян Вэй закрыла лицо руками.
— Девушка, о чём ты там такое неприличное думаешь? — ехидно осведомился Эрхэй.
Сян Вэй промолчала.
Как раз в этот момент Цзян Чэн вышел из воды и увидел, как Сян Вэй прикрывает лицо. Подумав, что она смущается, увидев его в плавках, он слегка усмехнулся и подошёл:
— Почему не поспала ещё немного?
Сян Вэй и так была в замешательстве от непристойных картинок в голове, а тут, опустив руки, увидела Цзян Чэна в одних плавках — и покраснела до корней волос. Она быстро опустила голову, будто пытаясь прожечь взглядом землю.
— Просто… привыкла рано вставать, — сбивчиво ответила она, стараясь говорить спокойно, хотя сердце колотилось, как бешеное.
Цзян Чэн улыбнулся:
— Пойду переоденусь. Увидимся позже.
Проходя мимо, он наклонился и тихо прошептал ей на ухо:
— Доброе утро, Вэйвэй.
От этого жеста Сян Вэй вспыхнула ещё сильнее, а его бархатистый голос эхом звучал в ушах так долго, что она только через некоторое время вспомнила ответить:
— Доброе утро…
— Он уже далеко ушёл, — проворчал Эрхэй, закатив глаза. — Кому ты там «доброе утро» говоришь? Ну и безнадёжная ты.
Сян Вэй промолчала.
А всё из-за того, что твой хозяин почти голый…
Ладно, не совсем голый — просто слишком мало одет.
— Я просто была в шоке! — оправдывалась она. — Когда буду видеть это почаще, привыкну.
Сказав это, она сразу поняла, что ляпнула глупость.
Ой-ой-ой, что она только что сказала?
«Когда буду видеть это почаще»…
— Да-да, ты абсолютно права, — подхватил Эрхэй. — У тебя ещё будет масса возможностей привыкнуть к наготе моего хозяина.
Сян Вэй молчала.
Её только что унизил карандаш.
«Что за насмешка? — возмутился про себя Эрхэй. — Я говорю чистую правду».
…
К девяти часам одноклассники постепенно проснулись. Шэнь Хао раздавал завтрак и одновременно считал людей, готовясь возвращаться в школу.
Сегодня Сян Вэй не нужно было быть «неразлучной» с Цзян Чэном, поэтому она, как обычно, держалась рядом с Цинь Кэюань.
Это показалось Цинь Кэюань странным:
— Вы с Цзян Чэном поссорились?
— Нет, — удивлённо ответила Сян Вэй, жуя булочку.
Цинь Кэюань удивилась ещё больше. Если не поссорились, почему вдруг перестали липнуть друг к другу? Ведь вчера они целый день не расставались.
— Говорят, Цзян Чэн трижды ночью плавал в море. А сегодня утром, ещё до пяти, снова пошёл купаться, — передала Цинь Кэюань сплетни, услышанные от других девушек.
— Правда? — удивилась Сян Вэй. — Он так любит плавать?
Эрхэй промолчал. Очевидно же, дело не в любви к плаванию!
— Наверное, бессонница, — предположила Цинь Кэюань.
Эрхэй снова промолчал. Глупые девчонки и правда тянутся друг к другу.
В это же время Юань Е поддразнивал Цзян Чэна насчёт его бессонной ночи.
— Слышал, ты всю ночь в море промокал? Наслаждался?
Цзян Чэн открыл бутылку с минералкой и сделал глоток. Его взгляд упал на девушку вдалеке, уголки губ дрогнули, и он спокойно бросил:
— Неплохо.
Юань Е опешил. Как так? Он же пришёл посмеяться над этим парнем, а сам получил порцию собачьего корма?
— Что Баньчжа такого сотворила с тобой вчера, что ты всю ночь не спал? — с любопытством спросил он.
Цзян Чэн отвёл взгляд, бросил бутылку в урну и сказал:
— Пора собираться.
Проигнорированный Юань Е молча смотрел ему вслед.
…
После переклички все сели на паром и вернулись в город. Цзян Чэн сначала проводил Сян Вэй домой, а потом поймал такси, чтобы добраться до своего дома и доспать. Только выйдя из душа, он услышал звонок. Взглянув на экран, он не стал отвечать, перевёл телефон в беззвучный режим и бросил на тумбочку, а сам рухнул на огромную кровать.
Глядя в белый потолок, он вдруг почувствовал странное одиночество.
Цзян Чэн горько усмехнулся.
Похоже, доспать не получится.
…
Тем временем Сян Вэй лежала на своей узкой односпальной кровати и тоже смотрела в потолок, думая о человеке, который в этот самый момент думал о ней.
Только она думала о его мышцах…
Но стоило представить, как их трогать — и она тут же останавливалась.
Тупик.
— Ладно. Сначала решу пару задач, чтобы прийти в себя.
Сян Вэй резко вскочила, раскрыла сборник задач по физике и мгновенно погрузилась в работу.
Эрхэй промолчал.
Помолчав, он спросил:
— Ты вообще поняла, о чём говорили те двое на улице?
Сян Вэй вздохнула и кивнула.
Когда она заходила домой, услышала, как Юй Ли что-то обсуждает с Сян Минцяном — будто хотела что-то купить. Сначала она подумала, что Юй Ли просто спрашивает разрешения на покупку, поэтому не прислушивалась. Но у двери своей комнаты услышала, как Сян Минцян недовольно бросил:
— С чего вдруг страховку? Ты что, ждёшь, что со мной что-то случится?
От этих слов у неё подкосились ноги.
Юй Ли, конечно, не желала Сян Минцяну беды — она знала, что с ним случится. А информация у неё явно от Юй Цинъяо.
Они собирались обменять его жизнь на страховую выплату.
От этой мысли у Сян Вэй похолодели ладони.
До какой степени надо ожесточиться, чтобы совершить такое холодное и жестокое предательство?
Ведь Сян Минцян всегда хорошо относился к ним, матери и дочери.
— Тебе нужно срочно съезжать отсюда, — сказал Эрхэй.
Сян Вэй скривилась:
— Хотела бы я.
Но она всего лишь ученица второго курса старшей школы, без гроша за душой и без каких-либо навыков. Единственный выход — хорошо учиться и поступить в университет.
К тому же теперь, зная, что Сян Минцяну грозит опасность, она не могла остаться в стороне.
Пусть в прошлой жизни он и был к ней жесток, даже косвенно стал причиной её смерти, но всё же дал ей жизнь. Она просто не могла бросить его на произвол судьбы.
…
В последующие дни Сян Вэй безуспешно искала повод потрогать мышцы Цзян Чэна, пока Шэнь Хао не начал набирать добровольцев для школьной спартакиады.
— В среду у нас спартакиада, — объявил он. — Нужно собрать команду волонтёров для помощи спортсменам: разминать плечи, массировать ноги и так далее. Надеюсь на вашу активность.
У Сян Вэй загорелись глаза.
Массировать плечи и ноги?!
Это же подарок судьбы!
Она с радостью записалась в группу поддержки, намереваясь под благовидным предлогом легально потрогать мышцы Цзян Чэна.
Однако в день спартакиады ей поручили раздавать воду спортсменам.
Сян Вэй промолчала.
Кто там говорил, что у улыбающихся девушек всегда хорошая удача?
Её лицо уже свело от улыбки, а удача так и не появилась.
— Советую просто броситься и потрогать, — посоветовал Эрхэй. — Потрогаешь — и беги. Мой хозяин тебя точно не убьёт.
— Я всё-таки человек. У меня есть чувство стыда, — возразила Сян Вэй.
— Как будто у нас, духов, его нет, — парировал Эрхэй.
Сян Вэй закатила глаза. После такого «совета» он ещё осмеливается говорить о чувстве стыда?
Погрустив немного, она всё же отправилась раздавать воду. Раздавала-раздавала — и «случайно» оказалась рядом с Цзян Чэном.
Он как раз выиграл забег на сто метров и отдыхал у дорожки, окружённый толпой девчонок из других классов, которые хотели заговорить, но не решались. Рядом сидели его одноклассники-спортсмены.
Сян Вэй начала раздавать воду с левого края. Когда дошла до Цзян Чэна, как раз услышала, как он сказал:
— Не хочу пить.
Ну и неловко получилось.
Её рука с бутылкой замерла в воздухе.
Цзян Чэн тоже заметил Сян Вэй, на лице мелькнула радость:
— Ты пришла…
Он не договорил — она уже открутила крышку и сделала пару глотков.
— Это для меня, — сказала она очень серьёзно, будто боялась, что он не поверит.
Цзян Чэн промолчал.
Он бросил взгляд на бутылки у других.
Отлично. У всех есть, только у него — нет.
«Нашего босса снова задели, — подумали одноклассники. — Баньчжа мастерски колет сердце. Выучилась, наверное, в Ланьсяне?»
Сян Вэй понятия не имела об их «восхищении». Она гордилась своей находчивостью.
Она села рядом с Цзян Чэном и мельком взглянула на его мощные плечи:
— Устал?
— Нет, — ответил он, не отрывая глаз от её бутылки.
— У тебя ещё будут выступления?
— Да. — Эта вода, наверное, очень вкусная.
— Тогда я пойду болеть за тебя.
— Хорошо. — Она только что из неё пила.
— Ты…
Она не успела договорить, как заметила, что Цзян Чэн не отводит взгляда от её руки. Посмотрев вниз, она всё поняла:
— Ты хочешь воды?
— Не ожидал, что услышу от тебя такие слова, — воскликнул Эрхэй. — Я так растроган!
Сян Вэй промолчала.
Она просто не дала ему воду, потому что услышала: «Не хочу пить».
— Я сейчас принесу тебе…
Она не договорила — бутылка уже оказалась в руках Цзян Чэна.
Сян Вэй замерла, а потом покраснела и опустила голову.
Цзян Чэн… пил из той же бутылки, что и она.
— Ты же сказал, что не хочешь пить… — тихо пробормотала она.
Цзян Чэн на мгновение опешил, потом вспомнил: когда другие девчонки предлагали ему воду, он отказался, сказав «не хочу пить».
И она это услышала.
Но, пожалуй, так даже лучше.
Теперь эта вода стала в десять тысяч раз слаще.
Цзян Чэн усмехнулся и сделал несколько больших глотков, чувствуя, как сладость разливается по всему телу.
Остальные смотрели на своего босса, который пил простую минералку, будто это мёд, и молчали. Только что сердце кололи, а теперь уже на седьмом небе.
…
После короткого перерыва Цзян Чэн снова вышел на дорожку — на этот раз на эстафету. Сян Вэй с завистью смотрела на парня, который разминал ему плечи.
— Не трусь. Действуй! — подбадривал Эрхэй.
Сян Вэй молчала.
— Упустишь шанс — придётся ждать ещё сто лет!
Сян Вэй снова промолчала.
http://bllate.org/book/3313/366329
Готово:
