Она разыскала Лю Сяодуна и поручила ему созвать собрание всех членов совета директоров. Лю Сяодун неотступно следовал за Хэ Ишанем ещё со времен окончания университета, и его по праву можно было назвать правой рукой Хэ Ишаня. К тому же Хэ Июнь часто бывала в кабинете старшего брата и уже была знакома с Лю Сяодуном. Она прекрасно знала его человеческие качества, поэтому без колебаний доверила ему множество дел.
Узнав, что Хэ Июнь прибыла в компанию и намерена созвать совет директоров, И Пинчэн немедленно направился в бывший кабинет Хэ Ишаня, заранее зная, что Хэ Июнь непременно окажется там.
— Папа, — холодно поприветствовала его Хэ Июнь, едва увидев И Пинчэня.
— Ого, ты всё ещё помнишь, что я твой отец! Как же так, не прошло и нескольких дней после похорон Ишаня, а ты уже примчалась отбирать у отца компанию? — лицо И Пинчэня посинело от злости.
— Папа, как ты можешь говорить, что я её отбираю? У меня изначально были акции этой компании, к тому же, папа, возможно, ты ещё не знаешь, но старший брат передал мне и свою долю. По всем законам теперь я — мажоритарный акционер Группы Хэ, — произнеся эти слова, Хэ Июнь держалась совершенно спокойно и непринужденно. Глядя на И Пинчэня, в её взгляде промелькнула капля властности. — Папа ведь не думает, что раз старшего брата больше нет, то вся компания целиком должна достаться тебе?
И Пинчэн испугался изменившейся Хэ Июнь. Он отступил на несколько шагов назад и рухнул в кресло. В его глазах Хэ Июнь всегда оставалась мягкой и хрупкой девчушкой, которая даже обиды глотала молча. С чего бы ей вдруг обрести черты самого Хэ И Динцю тех лет?
Тук-тук. В этот момент в дверь постучали.
— Генеральный директор Хэ, директора в сборе, можете проходить, — вошел Лю Сяодун.
Хэ Июнь бросила на И Пинчэня беглый взгляд:
— Папа, пойдем со мной, заодно покажу тебе документы, которые я только что оформила у юриста.
С этими словами она, не оборачиваясь, зашагала в сторону конференц-зала.
Ладони И Пинчэня мгновенно покрылись испариной. На мгновение ему показалось, будто вернулся Хэ Динцю.
Цокая каблуками, Хэ Июнь — в строгом, безупречно сшитом деловом костюме, с волосами, собранными в элегантную прическу, и с прямой осанкой — вошла в конференц-зал. Её аура была столь сильна, что не только ошеломленный ранее И Пинчэн, но и старейшины компании невольно уловили в этой второй госпоже семьи Хэ черты прежнего Хэ Динцю, проникшись еще большим трепетом.
Хэ Июнь не стала ходить вокруг да около и сразу предъявила всем завещание Хэ Ишаня и свидетельство о распределении акций. Она понимала, что одних этих бумаг, хоть они и позволяли ей напрямую принять руководство Группой Хэ, недостаточно, чтобы заставить всех смириться. Поэтому последние дни она не сидела сложа руки: велела Лю Сяодуну принести финансовые отчеты компании за последние несколько лет и, опираясь на эти данные и курс управления своего старшего брата, разработала стратегию развития компании на ближайшие годы, которую тут же и огласила на заседании совета директоров.
Совет директоров тут же взглянул на Хэ Июнь совершенно иначе. Изначально они опасались, что эта девчонка, вторая госпожа семьи Хэ, только что окончившая институт и сразу получившая под начало Группу Хэ, наворотит дел. Теперь же камни с их сердец свалились. Судя по всему, эта Хэ Июнь окажется ничуть не хуже старшего брата, а возможно, даже превзойдет его.
И Пинчэн смотрел на Хэ Июнь со сложными, сменяющими друг друга чувствами, а его брови сходились всё ближе.
Заседание закончилось, директора разошлись, в зале остались лишь И Пинчэн и Хэ Июнь. Хэ Июнь неспешно подошла к И Пинчэню и показала ему документ — это была закладная на старую усадьбу семьи Хэ, и единственным ее законным владельцем теперь значилась Хэ Июнь.
— Что это значит, к чему ты мне это суешь? — дыхание И Пинчэня участилось, было очевидно, что он разъярен не на шутку.
Вся прежняя беззаботная манера поведения Хэ Июнь в присутствии И Пинчэня исчезла. Ее ясный взгляд был устремлен прямо на него.
— Я имею в виду, что эта старая усадьба принадлежит нашей семье Хэ. Теперь, когда старшего брата не стало, я собираюсь туда переехать. Но я не хочу видеть там кое-каких неприятных мне людей, поэтому будь добр: бери свою жену и сына и немедленно съезжай.
— Да ты!.. — И Пинчэн почувствовал, что от гнева вот-вот потеряет сознание. — Я твой отец! Как ты смеешь меня выгонять?
Услышав это, Хэ Июнь лишь горько усмехнулась:
— У тебя хватает наглости называть себя моим отцом? Положа руку на сердце, скажи, разве ты хоть раз относился ко мне как к дочери?
Руки Хэ Июня слегка задрожали. Она отвела их за спину и крепко сжала в кулаки, изо всех сил стараясь сдержать эмоции и не выдать себя перед И Пинчэнем.
И Пинчэн был ошеломлен этим вопросом и не нашелся, что ответить. Он признавал, что с самого детства не любил эту дочь, а после рождения сына И Хая и вовсе практически забросил ее. Сознавая свою вину, он не мог ничего поделать, как бы сильно ни противился этому в душе.
— Дай мне немного времени, я съеду.
— Ровно три дня. Через три дня Сюаньюй выписывается из больницы, я возвращаюсь, чтобы заботиться о нем, — Хэ Июнь не оставила ему ни малейшего шанса на торг.
— Ах ты! — от ярости И Пинчэня затрясло. Он тыкал в Хэ Июнь пальцем, его губы дрожали, и лишь пару-тройку секунд спустя он кое-как перевел дыхание.
Хэ Июнь не собиралась давать ему возможности разразиться бранью.
— Если не хочешь стать посмешищем для чужих людей, лучше всего убраться оттуда через три дня.
С этими словами она повернулась и ушла.
Глава 7. Заговор?
Едва вернувшись в кабинет, Хэ Июнь тотчас достала лекарство и приняла его: в последнее время ее приступы тревожности случались всё чаще.
Через три дня Хэ Июнь забрала Хэ Сюаньюя из больницы. Так совпало, что Цзян Хуай тоже приехал туда, заявив, что хочет навестить друга при выписке, поэтому втроем они собрали вещи и вернулись в родовое гнездо семьи Хэ. И Пинчэн сдержал слово: спозаранку они с Ван Ли съехали из усадьбы на его собственную виллу в пригороде. Матушка Ли уже ушла на заслуженный отдых, и теперь за домом приглядывала женщина по фамилии Чэнь.
Тетя Чэнь знала Сюаньюя с пеленок, поэтому, едва троица переступила порог, она тут же бросилась им навстречу. Узнав, что Хэ Июнь тоже будет жить здесь, она искренне обрадовалась и принялась хлопотать по хозяйству — наводить порядок в комнатах и готовить обед.
— Тетя, ты правда будешь жить здесь со мной? А дедушка... и остальные? — вернувшись домой, Хэ Июнь сразу заметил отсутствие привычных людей, к тому же он всегда знал о сложных отношениях между своим дедом и тетей.
— Да, Сюаньюй, теперь я буду жить с тобой. Если соскучишься по дедушке, сможешь съездить навестить их, — не стала вдаваться в подробности Хэ Июнь.
— Вот здорово! Теперь я тоже смогу как следует заботиться о тете, — Хэ Июнь не стал допытываться дальше. Он лишь помнил, что тетя была самым любимым младшим братом человека, которого его отец ценил больше всего на свете. Теперь, когда отца не стало, настала его очередь защищать тетю.
http://bllate.org/book/33126/4064999
Готово:
