Бай Цзюцзю украдкой последовала за ней.
— Ой, а я думала, ты не придёшь.
Едва Бай Цзюцзю приблизилась, как услышала доносившиеся изнутри голоса: говорил кто-то с пронзительным голосом и заносчивым тоном.
— Что ты видела сегодня в обед?
Вслед за этим раздался неприятный смешок:
— Да какая разница, что она видела! Раз уж Пань Юэци наигралась, позовём кого-нибудь другого для разнообразия.
Прислушавшись к диалогу изнутри, Бай Цзюцзю примерно всё поняла: это была школьная травля.
Неудивительно, что сегодня в обед, после того как Сун Чжиюэ вернулась, у неё был странный вид: должно быть, заглянув в туалет, она увидела предыдущую жертву буллинга, и тогда эти зачинщицы перевели прицел на саму Сун Чжиюэ.
Бай Цзюцзю глубоко вздохнула.
— Система, можешь записать на скрытую камеру этот момент, как травят Сун Чжиюэ?
— Могу.
Взгляд Сун Чжиюэ метнулся в сторону, выражая испуг и желание уйти, однако на дне её глаз мерцал леденящий свет:
— Чего вы хотите?
— Чего хотим? Того же, что ты видела сегодня в обед.
— Мы тебя бьём, по-твоему, это правильно?
Девушка с длинными волосами уперлась одной рукой в бок, а указательным пальцем другой методично тыкала Сун Чжиюэ в плечо.
Так Сун Чжиюэ прижали к стене. Как бы её ни били, она не оказывала никакого сопротивления, и вскоре на её теле — как на видных, так и на скрытых одеждой местах — остались красные следы.
Бай Цзюцзю нахмурилась: неужели Сун Чжиюэ и впрямь такая бесхарактерная? Почему она не даёт сдачи?
В начальной школе она ещё могла понять, когда та не способна противостоять хулиганам выше и крупнее её, но ведь все эти девчонки сейчас были примерно её ровесницы, а одна и вовсе оказалась чуть ниже ростом.
Пусть противников много, но раз уж она — главная героиня этого мира, почему у неё нет даже капли мужества для отпора?
Раз уж Вируса поблизости нет, значит, у Сун Чжиюэ всё ещё сохранилось нечто вроде главной героини, и дать отпор для неё не составило бы никакого труда.
— Хозяин системы, ты собираешься уходить?
Бай Цзюцзю тихонько хмыкнула.
Раз дело обошлось без Вируса, это значит, что Сун Чжиюэ была уготована именно такая участь, и сейчас ей не следует вмешиваться.
Заметив, что человек снаружи удалился, Сун Чжиюэ опустила длинные густые ресцы, скрывавшие промелькнувшее на дне глаз разочарование.
— На сегодня это лишь маленький урок.
Девушка с длинными волосами несильно похлопала Сун Чжиюэ по лицу.
— Завтра принеси все свои деньги в задний переулок. Если не будет своих — выпроси у матери.
— Ли Хуэйсян.
Сун Чжиюэ внезапно подала голос. Услышав своё имя, Ли Хуэйсян на мгновение растерялась.
Она никак не ожидала, что Сун Чжиюэ знает её имя.
Хлёсткий удар!
На щеке Ли Хуэйсян мгновенно отпечаталась ладонь, её голову откинуло в сторону, и вся компашка даже опомниться не успела.
Сун Чжиюэ схватила стоявшую поблизости швабру и ударила остальных двоих по коленям. Все эти избалованные девицы привыкли измываться над другими, и от такого удара они тут же с криками боли рухнули на колени.
— Ты жить надоела?!
— Да как ты смеешь меня бить, ты вообще знаешь, кто я?!
— А-а-а! Что ты делаешь...
Сун Чжиюэ вцепилась в волосы Ли Хуэйсян и потащила её в кабинку туалета, окунув её голову в унитаз. Наблюдая за её отчаянными попытками вырваться, Сун Чжиюэ смотрела всё более леденеющим взглядом.
Опомнившись, две остальные девицы превозмогли боль и со злыми лицами бросились на неё. Сун Чжиюэ тут же разжала руки и поднялась на ноги. Пол был залит водой из-за барахтанья Ли Хуэйсян, девицы не удержались на ногах и, шлёпнувшись прямо на Ли Хуэйсян, завалились друг на друга словно акробаты в цирковой пирамиде.
Сун Чжиюэ отступила к дверям и, глядя на их нелепые, комичные движения, не могла сдержать улыбку.
Ли Хуэйсян... она никак не ожидала встретить её здесь и в этой жизни.
В прошлой жизни, в старшей школе, её преследовала школьная красавица. Семейная компания Ли Хуэйсян как раз переживала кризис, и им отчаянно требовался проект семьи школьной красавицы, чтобы встать на ноги, поэтому Ли Хуэйсян постоянно травила и преследовала её: заливала парту краской, выбрасывала портфель, а подстерегать её в засаде стало обычным делом.
Однажды Ли Хуэйсян заставила подручных прижать её к полу и попыталась окунуть головой в унитаз, но ей удалось вырваться. Позже скандал дошёл до школьного руководства, однако Ли Хуэйсян и её сообщницам объявили лишь выговор, после чего всё спустили на тормозах.
— Ах ты дрянь, я тебе этого не прощу!
Воспоминания Сун Чжиюэ прервал голос Ли Хуэйсян. Шатаясь, та поднялась на ноги; её волосы были намочены водой из унитаза, а сама она выглядела крайне жалко. Стиснув зубы, она свирепо уставилась на обидчицу.
Сун Чжиюэ холодно фыркнула:
— Больше у тебя не будет такого шанса.
С этими словами она замахнулась и ударила Ли Хуэйсян шваброй прямо по лицу.
— А-а-а-а!
Грязь с насадки швабры размазалась по всему её лицу.
Сун Чжиюэ прекрасно помнила, как в прошлой школе подвергалась издевательствам. Тогда она не владела никакими приемами самообороны и в одиночку не могла противостоять целой толпе, поэтому в этой жизни она неустанно тренировала те навыки самообороны, которым обучилась позже. Нынче же эти малолетние хулиганки, умеющие задирать лишь слабых, были ей вовсе не ровня.
Сун Чжиюэ больше не обращала внимания на этих клоунов и, гордо оставив их позади, широким шагом удалилась.
Вернувшись в класс, Сун Чжиюэ заметила знакомый силуэт и, помедлив немного за дверью, вошла внутрь.
Бай Цзюцзю всё-таки не выдержала душевных терзаний: она решила, что если Сун Чжиюэ не вернётся, то она сама пойдёт ей на выручку, но та уже вернулась.
Заметив растрёпанные пряди её волос, Бай Цзюцзю подбежала и встревоженно спросила:
— Что с тобой случилось?Увидев её, Сун Чжиюэ наконец не удержала слёзы, что так долго стояли в глазах, и жалобно прильнула к ней:
— Сестрица, они обижают меня...
Бай Цзюцзю испытывала лёгкое раскаяние: Сун Чжиюэ ведь ещё ребёнок, разве могла она дать сдачи в той ситуации? А она, ради выполнения задания, позволила её обижать.
Смотря на плечо, намокшее от слёз девочки, Бай Цзюцзю ощутила вспышку гнева:
— Не бойся, я помогу тебе дать сдачи.
Она уже шагнула мимо неё к выходу, как край её одежды крепко ухватили. Сун Чжиюэ шмыгнула носом:
— Не надо... Ты... просто обними меня, можно?
Бай Цзюцзю на мгновение замерла, но затем шагнула вперёд и обняла её, похлопывая по спина, как бывало прежде. Насквозь промокшая одежда Сун Чжиюэ тут же намочила и её платье.В ушах прозвучал дрожащий рассказ Сун Чжиюэ: Я так боюсь, я не знаю, за что они меня избили. Сегодня в обед я увидела, как они обижают другую девочку, и сказала, что бить людей неправильно. Тогда они заявили, что если после уроков я не приду, то они побьют уже меня. Неужели я поступила неправильно?
Бай Цзюцзю похлопала ее по затылку. Она впервые видела, как плачет ребенок, которого она сама так долго растила, и сердце ее разрывалось от жалости. Она утешала девочку: Ничего страшного, все в порядке, ты не виновата, виноваты они.
Я провожу тебя домой, пойдем домой, хорошо? — мягко спросила Бай Цзюцзю.Сун Чжиюэ кивнула, уткнувшись носом ей в шею, а слезинки с её ресниц оставили влажные следы на гладкой коже.
Водитель Бай Цзюцзю уже ждал у школьных ворот. В отличие от прошлых раз, услышав, что Бай Цзюцзю велела сначала отвезти домой её, Соч Чжиюэ невольно заговорила с тревожной ноткой в голосе: — А ты разве не со мной?
Бай Цзюцзю смахнула слёзы с уголка её глаз: — Я вспомнила, что классный руководитель просила меня зайти после уроков, не знаю зачем. Едижай домой, я скоро к тебе присоединюсь.
Соч Чжиюэ немного поколебалась, после чего послушно кивнула и забралась обратно в машину.
Система, выясни, где сейчас те девчонки, которые издевались над Сун Чжиюэ.
Система быстро всё проверила: — Хозяин системы, они в двенадцатом классе, на третьем этаже, прямо напротив вашего кабинета.
Проводив взглядом отъезжающую машину, Бай Цзюцзю с грозным видом направилась к учебному корпусу.
Как назло, те самые девчонки как раз спускались со второго этажа. Бай Цзюцзю последовала за ними, а когда они проходили мимо безлюдного места, быстрым шагом преградила им путь.
К её удивлению, эти девчонки тоже были насквозь мокрыми, а кое-где виднелись даже ссадины и синяки.
Бай Цзюцзю даже не подумала связать это с Сун Чжиюэ — ей показалось, что они просто сами только что где-то шлёпнулись.
Бай Цзюцзю злорадно ухмыльнулась: надо же, сама судьба на их стороне.Ли Хуэйсян была единственным ребенком в семье, к тому же обеспеченной, и с самого детства росла избалованной. Больше всего на свете она дорожила своей внешностью, и все — от родственников до знакомых — из-за влияния ее семьи наперебой расхваливали ее заурядное лицо самыми невероятными словами.
Сегодня в обед она случайно столкнулась с Сун Чжиюэ в туалете. Вспомнив, как парни из класса то и дело обсуждали Сун Чжиюэ, утверждая, что та достаточно хороша собой, чтобы стать первой красавицей школы, и что до перехода в это учебное заведение она всегда и везде была в центре внимания, Ли Хуэйсян, привыкшая к лести и угодничеству, в ту самую секунду, когда увидела лицо Сун Чжиюэ, сошла с ума от зависти и пришла в ярость.
Узнав от учителя еще раньше, что Сун Чжиюэ — всего лишь простая девчонка без влиятельных покровителей, она загорелась желанием устроить ей травлю.
Кто бы мог подумать, что она еще даже не успела сама заявиться к ней, как столкнулась с Сун Чжиюэ прямо посреди дня.
Вот только она никак не ожидала, что Сун Чжиюэ окажется крепким орешком, способным постоять за себя: сначала та притворялась неизвестно кем, а потом взяла и отделала их всю компашку.
Поэтому, вернувшись в класс и собрав вещи, она собиралась найти людей, чтобы преподать Сун Чжиюэ урок, но кто же знал, что на пути встанет эта преграда в лице Бай Цзюцзю.
Ли Хуэйсян, чья злость еще не улеглась, в тот момент, когда увидела Бай Цзюцзю, снова была уязвлена ее потрясающей красотой и пронзительно, до боли в ушах, взвизгла: — Убирайся с дороги! Сдохшая сука, не заслоняй проход!
Если бы она не торопилась вернуться, чтобы найти людей и расправиться с Сун Чжиюэ, всё бы точно не ограничилось парой ругательств в ее адрес.
Глядя на ее нелепый вид, Бай Цзюцзю в прекрасном расположении духа задала вопрос: — Это вы сегодня днем издевались над Сун Чжиюэ?
Ли Хуэйсян оттолкнула поддерживавшую ее хулиганку и усмехнулась: — Чё, пришла отомстить за нее?
Закончив говорить, она с ног до головы окинула Бай Цзюцзю презрительным взглядом и еще сильнее скривила губы: — И ты решила, что сможешь?
По сравнению с презрением Ли Хуэйсян, остальные девчонки-хулиганки испытывали скорее страх: эта новенькая явно была подругой Сун Чжиюэ, а раз та дралась так круто, то ее подруга, возможно, ничуть не уступала ей.
У них самих до сих пор болели места, куда их отлупили, и они вовсе не хотели получить еще одну порцию побоев.
Просто перед лицом Ли Хуэйсян они не смели показывать свой страх слишком открыто, но их тела были напряжены до предела.
Бай Цзюцзю не стала больше тратить на нее слова, ловко ухватила за волосы и, прежде чем та успела опомниться, со всего маху впечатала лицом в стену.
У нее и так уже были травмы, а теперь от удара о стену ее лицо исказилось от боли, и ей было уже не до контратак.
Увидев, что их главаря так избили, несколько девчонок мгновенно сдулись, сбились в кучу и принялись отчаянно махать руками и мотать головами: — Мы ни при чем, не бейте нас!
http://bllate.org/book/33125/4064942
Готово:
