— О-о! Ты собираешься отпустить её?
— Угу.
— Поздравляю!
Жэнь Ваньцин застучала по клавишам.
— Успешно решила проблему, отпустила человека, который тебе не подходит, в будущем точно станет только лучше!
— Аплодисменты!!! — она отправила целый ряд эмодзи с аплодисментами.
Цзян Тинъюй разглядела за ними искренность собеседницы и улыбнулась уголками губ.
— Спасибо. И спасибо, что утешила меня в прошлый раз.
— Хе-хе, не за что, не зачто, пустяки!
Цзян Тинъюй: С тобой приятно болтать.
И это была чистая правда.
Потому что та постоянно выдавала такие словечки подлизы, от которых Цзян Тинъюй просто теряла дар речи.
Кстати, как её там зовут?
Цзян Тинъюй скосила глаза на примечание к контакту: Поставщик услуг лизоблюдства.
—...
По началу она совершенно не ожидала, что настанет день, когда ей захочется назвать человека по имени.
Цзян Тинъюй: Как тебя зовут?
Жэнь Ваньцин: Просто зови меня по моему игровому айди.
Цзян Тинъюй умолкла ещё сильнее.
Она ведь тоже не запомнила игровой айди Жэнь Ваньцин.
Они играли вместе всего два раза.
Она смутно помнила, что там был иероглиф один, но Цинь Гуанья тогда, кажется, звала её совсем не так.
Как тогда её звала Цинь Гуанья?
Не помнит.
В тот день у неё было плохое настроение, она витала в облаках, так что всё, связанное с игрой, почти не отложилось в голове.
Во время их второй игры настроение тоже было паршивым... и соображала она ещё хуже.
Если подумать, она ведь действительно ни разу не назвала ту по имени.
...Какая невоспитанность.
Может, открыть сейчас игру и посмотреть?
Увидев, что собеседница долго не отвечает, Жэнь Ваньцин в шутку отправила сообщение: Малыш, ты ведь не забыла мой игровой айди и не собираешься сейчас заходить в игру, чтобы проверить?
Цзян Тинъюй: —...
Цзян Тинъюй: Угадала на удивление точно.
Жэнь Ваньцин: ?
Жэнь Ваньцин: А ты тоже довольно прямолинейна.
Цзян Тинъюй усмехнулась и ответила: Благодарю за похвалу.
Следом она увидела, как Жэнь Ваньцин прислала следующее:
— Ничего страшного, если не можешь вспомнить, детка, придумай мне имя прямо сейчас, я завтра же схвачу семейную реликвию и побегу менять документы, тогда даже моё имя будет твоим, какое счастье~
Цзян Тинъюй: ?
И здесь умудрилась найти повод подлизаться?!
— Ультрапрофессионально [собачья голова]
— Отпусти прошлое, взгляни на ясное небо [агась]
Глава 8
Цзян Тинъюй сказала, что Жэнь Ваньцин перегибает палку со своим подлизыванием.
Жэнь Ваньцин на другом конце провода заливисто хохотала.
Она не стыдилась этого, а воспринимала как подработку.
— Детка, ты похвалила меня за умение подлизываться, я так счастлива, с сегодняшнего дня буду зваться Малышка Подлиза!
Цзян Тинъюй сдалась перед ней, зашла в игру и посмотрела её игровой айди: Жэнь-и-жэнь-цзян.
В тот же миг она вспомнила, как Цинь Гуанья называла собеседницу.
— Сяо Жэнь.
Жэнь Ваньцин: Детка, ты вспомнила! Я так и знала, в глубине души ты ведь неравнодушна ко мне~
Цзян Тинъюй беспомощно улыбнулась.
Она изменила Поставщика услуг лизоблюдства на Сяо Жэнь и сменила тему: Почему ты выбрала такой айди, тебе приходится терпеть много вещей?
Жэнь-и-жэнь-цзян в её воображении уже превратилась в ещё одну несчастную девушку, вынужденную всё сносить.
Жэнь Ваньцин: Да нет же.
Жэнь-и-жэнь-цзян тут же поспешила оправдаться.
Жэнь Ваньцин: Просто когда я создавала персонажа, имя всё время было занято, вот я и сменила его.
Жэнь Ваньцин: Сначала я вообще хотела назваться Жэнь Инъин или Дверь Цзянь, но они все были заняты.
Цзян Тинъюй не удержалась и прервала её: Погодите-ка, а какая между ними связь? Первый иероглиф одинаковый?
В мыслях Жэнь Ваньцин: Обе с фамилией Жэнь, так что Дверь Цзянь обязана быть родственницей, даже если не приходится родней.
В телефоне Жэнь Ваньцин: Обе такие знаменитые.
Цзян Тинъюй: —...
Веский, железобетонный аргумент, против которого нечего возразить.
Цзян Тинъюй: Прошу, продолжай.
Жэнь Ваньцин: Ладно, потом я подумала, что надо бы назваться посимпатичнее, например Жэнь Жэнь Цзян, но это имя тоже оказалось занято.
Жэнь Ваньцин: В конце концов у меня совсем не осталось идей, и я просто прилепила единичку.
Жэнь Ваньцин: И вот так попала в игру.
Имена, выбранные наобум, всегда успешно приживаются.
К этому моменту товарищ Сяо Жэнь уже к такому привыкла.
Там, где собеседница не могла её услышать, Цзян Тинъюй тихонько улыбалась.
— Это тоже неплохо. Очень своеобразно.
— А ты? — спросила Жэнь Ваньцин. — Почему ты назвалась Саньдяньшуй?
Саньдяньшуй?
Прекрасно-прекрасно, абсолютно безупречное наименование.
— Ключ в имени.
— О-о-о! — Жэнь Ваньцин внезапно всё поняла. — Как ловко ты использовала то, что под рукой, детка, ты просто гений! — в ход пошло лизоблюдство.
Цзян Тинъюй: Благодарю за похвалу, ты тоже гений. Гений подлизываться.
Жэнь Ваньцин: То-то же, это ведь услуги лизоблюдства номер один в мире!
Цзян Тинъюй признала её преданность своему делу: Отлично.
В следующее мгновение Жэнь Ваньцин резко сменила тему: Сестрица, мы ведь теперь считаемся очень близкими людьми?
Цзян Тинъюй подумала: Считаемся.
Мастерство лизоблюдства Жэнь-и-жэнь-цзян было на высоте, она неизменно заставляла её отвечать.
Слово за слово, за полмесяца они поневоле сблизились.
Жэнь Ваньцин: Тогда я могу задать тебе вопрос?
Цзян Тинъюй: Спрашивай.
Увидев эти два слова, Жэнь Ваньцин не стала ходить вокруг да около и смело поинтересовалась: Почему ты решила найти себе подлизу?
И тут же поспешно добавила: Если неудобно говорить, можешь не отвечать ха-ха...
Просто из-за любопытства она случайно перешла черту.
Если начальница не захочет об этом говорить, она с этого момента больше никогда не спросит.
Собеседница вела себя очень спокойно.
Даже отправленные ею слова были донельзя спокойными.
— Бывший завёл себе подлизу, не понимаю, мне любопытно. Можешь считать, что я срываю злость на тебе.
По сути, это и было вымещением гнева.
Все её вопросы к подлизам проистекали из непонимания того, почему Е Мэнчэн внезапно порвала с ней отношения.
Теперь было уже всё равно.
Эти двое нашли друг друга: один бьет, другой подставляется, пусть делают что хотят, к ней это больше не имеет никакого отношения.
С этого дня перед ними широкая дорога, и каждый идет своей стороной.
Жэнь Ваньцин: !
Понятно.
Дело в ущемлённой гордости.
Кому угодно будет обидно, если его внезапно бросит девушка.
Будучи человеком, который получает деньги за работу, Жэнь Ваньцин, естественно, должна была встать на сторону начальницы, поэтому она тут же услужливо заявила: Подлиза, которую она нашла, и рядом со мной не стояла, я ведь номер один во Вселенной, а уж если говорить о вкусе, так это ты у нас специалист!
Она уже повысила квалификацию до номера один во Вселенной?
Цзян Тинъюй легко усмехнулась.
Что ж, её снова вклинили в любой удобный момент.
Не зря её уровень вырос с мирового до вселенского масштаба, язык подвешен просто прекрасно, может расхвалить сразу за всё.
— Так я тебе еще нужна?
Жэнь Ваньцин неожиданно выдала такое.
— Что?
— Тебе всё еще нужны услуги лизоблюдства?
В глазах Жэнь Ваньцин раз уж та решила отпустить бывшую, то и всё, что связано с бывшей, естественно, тоже нужно оставить в прошлом.
Включая это вызванное бывшей любопытство к подлизам.
Раз отпустила, не должно оставаться ни малейшей привязанности.
Тянуть кота за хвост — лишь обрекать свою жизнь на бесконечные хмурые дожди.
Жэнь Ваньцин: Прошло уже полмесяца, принимаю отказы от подписки, имей в виду.
Цзян Тинъюй приподняла брови.
— Вот как великодушно?
Жэнь Ваньцин: Да, я очень добрая, не стремлюсь содрать побольше денег.
Следом шло ещё одно сообщение: Как раз скоро сдавать сессию, боюсь, у меня не будет особо времени работать на тебя подлизой.
Цзян Тинъюй спросила: На каникулах тоже не будет?
Жэнь Ваньцин ответила: Ну, тогда найдется, наш научный руководитель очень добрая.
— Тогда не отменяем, продлеваем подписку.
— Точно?
— Точно.
— На этот раз почему?
— Чтобы посмотреть, как ещё ты сможешь подлизываться.
— ?
Цзян Тинъюй неторопливо печатала.
— Подлиза номер один во Вселенной — зрелище нечастое.
Жэнь Ваньцин не удержалась и рассмеялась прямо здесь, у себя в телефоне.
Честно говоря, иногда она и сама находила собственное лизоблюдство ужасно смешным.
Но даже если смешно, всё равно надо подлизываться, в этом и заключается её профессия!
В следующую секунду она увидела, как на экране выскочило ещё одно сообщение: Заодно поддержу твое благотворительное дело.
Жэнь Ваньцин опешила и растерянно моргнула: ?
Благотворительное дело?
Жэнь Ваньцин перевела взгляд, и её мысли прояснились.
Ах!
Стерилизация котиков!
Боже мой, какая же добрая начальница!
— Ох-ох, детка, ты просто ангел!
Она не требовала от неё круглосуточного обслуживания, разрешая самой распоряжаться рабочим временем.
Даже если у неё были дела и она весь день не занималась лизоблюдством, та не требовала вернуть деньги.
Она запомнила то, что та говорила раньше, и теперь собиралась продлить подписку, чтобы поддержать её благотворительное дело.
Какая терпимость, какая щедрость!
Начальница — лучший человек во Вселенной!
Жэнь Ваньцин: Добра тебе на всю жизнь!
Жэнь Ваньцин: Я постараюсь показать тебе ещё больше передовых технологий в сфере лизоблюдства!
Цзян Тинъюй невольно издала короткий смешок.
У этого дела даже могут быть передовые технологии.
Жэнь-и-жэнь-цзян — добрая генераторша радости.
...
Ближе к вечеру прошёл небольшой дождь.
Поужинав, Жэнь Ваньцин вышла на улицу прогуляться.
Воздух бил в нос, наполненный слабым ароматом травы, необыкновенно свежий.
Она остановилась у входа в подъезд, заглянула внутрь, затем повернулась, отыскала ближайшую скамейку, смахнула с неё пыль бумажной салфеткой и присела.
Устроившись на лавочке, она стала наблюдать за людьми, выходящими из подъезда.
Какое-то время спустя выходившие попадались самые разные — знакомые и незнакомые, но нужного лица среди них не было.
Возможно, у того человека вообще нет привычки прогуливаться после ужина.
Жэнь Ваньцин пожала плечами, покачала головой, встала и пошла прогуляться.
Она неспешно бредя добралась до кошачьего домика.
И издалека заметила, как у кошачьего домика кто-то присел на корточки.
Длинные брюки, футболка с коротким рукавом, а волосы заколоты крабиком в виде акулы.
http://bllate.org/book/33121/4064655
Готово:
