Лу Исянь, услышав это, мысленно похвалила Чжан Пэйюй. Она шла на поводу у плана Чжан Пэйюй по двум причинам. Во-первых, ей не нравилось, когда кто-то пытался плести интриги за её спиной, и дать пощёчину было вполне приятно, чтобы сбросить напряжение. Во-вторых, здесь было столько людей: стоило Фу Юньфаню не сдержать свой темперамент и распустить руки, как уже на следующий день поползли бы слухи о том, что у генерального директора Компании Юньда проблемы с психикой и склонность к жестокости. Одновременно с этим она смогла бы обелить собственное имя, перейдя из статуса любовницы на верхних ступенях в положение жертвы.
Она никак не ожидала, что Чжан Пэйюй выдаст такую тираду. Лу Исянь уже отчётливо видела, как у многих вокруг изменились взгляды — всё шло даже более гладко, чем предполагалось.
— Сама поднимайся, — услышав слова Чжан Пэйюй, Фу Юньфань помрачнел лицом. — Извинись перед Пэйюй, а не то...
Услышав это, тело Лу Исянь задрожало, и она с трудом поднялась на ноги. Капли крови падали с её руки одна за другой, а осколки стекла на полу были густо забрызганы багровыми следами, от одного вида которых у людей стыла спина.
Вид Лу Исянь ясно говорил о том, что её принуждают к извинениям под угрозами. Окружающие стали смотреть на происходящее ещё более странно: они бросали взгляд на хрупкую фигуру Лу Исянь со спины, затем на Чжан Пэйюй, державшую Фу Юньфаня за руку, и мысленно гадали, кто же из них на самом деле спутница Фу Юньфаня.
Те дамы, что прежде смотрели на Лу Исянь свысока, теперь глядели на её непрекращающуюся кровоточащую рану, и неприязнь в их сердцах сменилась сочувствием. У Фу Юньфаня есть невеста, но он зачем-то притащил на банкет собственную помощницу, привёз — и бросил на произвол судьбы, а теперь ещё и отчитывает в угоду старшей дочери Семьи Чжан.
Ай-яй-яй, какая бедняжка! Говорят, её мать ждёт лечения от лейкемии, а теперь она притащилась на банкет, должно быть, потому что у неё дома нет ни власти, ни связей, и Фу Юньфань силой притащил её сюда лишь для того, чтобы пополнить ряды своих наложниц ради красоты!
У Фу Юньфаня давно шла дурная слава дамского угодника, и стоило хоть одному человеку заиметь подозрения, как остальные принялись перемывать кости, всё сильнее укрепляясь в этой догадке. К тому же многие и сами недолюбливали Фу Юньфаня, поэтому домыслы мгновенно обратились в железобетонный факт — всего за пару минут изначальные сомнения превратились в суровую реальность.
Сенсация! Плейбой Фу Юньфаня принуждает помощницу стать его девушкой, а за непослушание пускает в ход кулаки!
Шумиха поднялась такая громкая, что многие тут же обернулись посмотреть. Юй Цин, находившаяся в просторном зале, услышав имя Лу Исянь, почувствовала, как у неё ёкнуло сердце. Обменявшись дежурными любезностями с отец Чжан, она быстрым шагом вышла наружу и как раз успела услышать слова Фу Юньфаня.
По дороге многие перешептывались, и Юй Цин примерно понимала, о чём идет речь. Увидев стоявшую в стороне Лу Исянь с бледным и беспомощным выражением лица, она с трудом верила, что та могла первой ударить Чжан Пэйюй.
Бросив взгляд на кровь на полу, Юй Цин изменилась в лице и велела помощнице срочно вызвать скорую. Дом Семьи Чжан находился всего в нескольких кварталах от больницы, так что машина должна была прибыть быстро. Смотреть на то, как ситуация заходит в тупик, было нельзя, нужно было как можно скорее увести Лу Исянь.
И пока длилась вся эта сцена, обстановка вокруг Лу Исянь накалилась до предела.
Поскольку Лу Исянь только что упала на землю, её накидка сбилась. Поднимаясь, она нарочно позволила ей соскользнуть, так что теперь все увидели синяки и ссадины на её плечах, и шёпот толпы стал ещё громче.
Лу Исянь торопливо присела на корточки, с испуганным видом подбирая накидку. Прислушиваясь к пересудам вокруг, она на мгновение блеснула глазами, в которых промелькнула тень усмешки, но, подняв голову, уже залилась неудержимыми слезами. Из-за травмы одной руки движения выходили неловкими, и чем сильнее она торопилась, тем хуже получалось спрятаться, отчего алая кровь на белоснежной накидке лишь добавляла ей жалкости и удручающего вида.
Увидев эту картину, Юй Цин почувствовала лёгкий укол жалости в сердце: она знала, что Лу Исянь вовсе не хотела выставлять эти следы напоказ.
Остановив это похожее на самоистязание зрелище, Юй Цин сняла собственное пальто и накинула ей на плечи, а её голос прозвучал мягче, чем когда-либо прежде:
— Не бойся.
Одежда ещё хранила тепло, а аромат гардении был таким же нежным, как и сама Юй Цин. В одно мгновение это сокрушило защитные барьеры Лу Исянь, она прижалась к Юй Цин и горько расплакалась.
По сравнению с распухшей наполовину щекой Чжан Пэйюй, беззвучный плач Лу Исянь выглядел донельзя трогательно — от такой картины даже у женщин сжималось сердце.
Однако в душе Фу Юньфаня бушевало не знающее утихомирения пламя гнева. Он ведь вообще не трогал Лу Исянь! Откуда тогда взялись эти следы на её теле? Домашнее насилие исключено, значит, оставался лишь один вариант — у того мужчины, которого она себе нашла, явные наклонности к тирании.
Именно! Неудивительно, что последнее время она вела себя с ним так холодно, неудивительно, что она избегала его близости! Ха, рассуждает тут про поддержку государственной политики, а сама просто воспользовалась тем, что он добр к ней, и наставила ему рога!
— Тварь! — при этой мысли Фу Юньфань заскрежетал зубами от злости и, взмахнув рукой, попытался ударить Лу Исянь.
Только он занёс руку, как Лу Исянь испуганно вздрогнула и попыталась отпрянуть назад, но, испугавшись задеть Юй Цин, всё же замерла на месте. Правой рукой она до боли впилась в пальто и зажмурилась, не смея сопротивляться.
Остальные не знали, какие бури бушевали в голове у Фу Юньфаня, и думали лишь, что он таким образом вымещает злость ради Чжан Пэйюй. Юй Цин, разумеется, думала точно так же, и теперь верила словам, сказанным ей Лу Исянь, на девяносто процентов.
— Приди в себя! — с холодным выражением лица бросила Юй Цин, глядя на Фу Юньфаня, а затем обвела взглядом толпу — она уже прекрасно представляла, что станут судачить в высшем свете после сегодняшнего вечера.
Сама она ни капли не переживала из-за сплетен, но ей хотелось предостеречь Фу Юньфаня, чтобы тот хотя бы соблюл приличия.
Этот окрик действительно немного отрезвил Фу Юньфаня. Сжав кулаки, он сделал шаг вперёд, намереваясь забрать Лу Исянь с собой, но Юй Цин опередила его и заступила ей дорогу.
— Ты что удумала? — С самого первого дня, как он увидел Юй Цин после возвращения в семью Фу, Фу Юньфаня на уровне инстинктов тянуло к ней отвращение. Именно поэтому он предпочитал водиться с другими женщинами на стороне и наотрез отказывался обручаться с Юй Цин, не сдаваясь даже под угрозами отца лишить его прав на компанию.
Теперь же, видя, как Юй Цин на глазах у стольких людей защищает Лу Исянь, он скривился от злости. Хотя он и понимал, что его собственный поступок только что выглядел не слишком красиво, он всё же попытался сохранить видимость непреклонности и обойти Юй Цин. Но в момент этого противостояния у входа послышался вой сирены скорой помощи.
Услышав его, Юй Цин слегка перевела дыхание — открытая ссора с Фу Юньфанем грозила неловкостью при последующих встречах в офисе. Скосив глаза, она заметила, что Лу Исянь качается на ногах и валится набок, и, резко изменившись в лице, шагнула вперёд, подхватив её за талию и подхватив на руки.
— Прошу, расступитесь!
Видя, как с повисшей левой руки Лу Исянь капает кровь, никто не осмеливался преграждать им путь, и люди поспешно отступили в стороны. Юй Цин регулярно занималась фитнесом, и сил у неё было не занимать — унести Лу Исянь на руках не составляло для неё никакого труда.
http://bllate.org/book/33080/4058373
Готово:
