Но в конце концов она всё же ничего не спросила, лишь с мрачным лицом поднялась из-за стола:
— Я наелась. Мама, тётя У, я возвращаюсь в управление сверхурочно работать.
— Ой, да сколько ты съела? Выпей эту миску супа и тогда иди, — Хэ Мэй наложила порцию кукурузного супа с ребрышками и пододвинула к Цзян Циюнь.
Цзян Циюнь извечно не умела противостоять Хэ Мэй, поэтому ей пришлось сесть и взять в обе руки пиалу.
Сладковатый и согревающий желудок суп немного унял царившее в душе Цзян Циюнь раздражение, но в этот момент на столе раздался вибросигнал мобильного телефона.
Цзян Циюнь увидела, что Юй Гуйвань ответила на вызов и мягко улыбнулась экрану.
— Обедаю.
— Завтра?
— Это там, на перекрёстке Тяньфу?
— Хорошо, до завтра.
Перед тем как завершить звонок, Юй Гуйвань напутствовала собеседника:
— Тиншэн-гэ, не забудь поужинать.
После окончания разговора Хэ Мэй поддразнила:
— Сяо Вань, это же бойфренд звонил?
— Нет, просто знакомый, — с улыбкой ответила Юй Гуйвань.
Из-за высокого края пиалы показались прищуренные глаза Цзян Циюнь.
Тоже мне, двусмысленный знакомый, обычный знакомый не разговаривает так сладко, будто из него сок сейчас давить начнут, и не интересуется, поужинал ли человек, мысленно фыркнула Цзян Циюнь.
Хэ Мэй улыбнулась:
— Эх вы, молодёжь. В этом деле тоже нужно не зевать! Мы с твоим дядей Цзяном познакомились ещё в старшей школе, а в университете встречались на расстоянии за тысячи километров, и стоило нам выпуститься, как сразу побежали жениться.
— Как бы ни был завален работой, нельзя запускать личную жизнь.
У Цзинлань перевела стрелки на Цзян Циюнь:
— Юнь-юнь, а ты нашла себе парня?
Не успела Цзян Циюнь ответить, как Хэ Мэй с явным недовольством протянула:
— И не спрашивай про неё. Её мысли целиком заняты раскрытием преступлений да поимкой подозреваемых. Позапрошлом году ходила на пару свиданий всле The — кхм, в общем, вела себя совершенно неподобающе: прямо за обеденным столом начала рассуждать с человеком про какие-то убийства, про трупы во всех подробностях... После этого, если кто-то и находился на примете, ей уже никто и предлагать не решался.
У Цзинлань прикрыла рот рукой, смеясь:
— Прямо в стиле Юнь-юнь.
Цзян Циюнь поставила суповую пиалу и вытерла рот:
— Мама, тётя У, я наелась, ешьте спокойно.
Мысленно избегая произносить это имя — будто так можно было стереть само существование человека, — Цзян Циюнь вышла из дома и тут же внутренне усмехнулась над собственным детским самообманом.
Когда она вернулась в полицейский участок, оперативники среднего звена ещё не вернулись с совместного ужина, и рабочая зона была совершенно пуста, дежурили лишь два человека.
— Капитан Цзян.
— Капитан Цзян.
Цзян Циюнь кивнула в ответ и бросила им два рисовых шарика, купленных по дороге:
— Перекусите пока.
Двое молодых полицейских дружно отозвались:
— Спасибо, капитан Цзян!
Войдя в кабинет, Цзян Циюнь склонилась над столом, заполняя отчётную документацию. Пописав немного, она снова задумалась, а в голове у неё настойчиво крутились воспоминания десятилетней давности.
Воспоминания о времени, проведённом с Юй Гуйвань.
Она думала, что давно всё забыла, да и в последние годы действительно почти не возвращалась к этому, однако с возвращением той девушки погребённые воспоминания словно ожили.
Она отбросила ручку, откинулась на спинку кресла и потёрла переносицу, а затем поднялась и направилась к стоявшему в углу железному архивному шкафу, откуда извлекла толстую пачку документов.
Дело было объёмистым, но оформленным не по стандартному служебному образцу: между страницами виднелись вырезки из газет и рукописные черновики с анализом преступления.
На ярлыке папки значилось: Дело о серийных убийствах на берегу реки от 25 июня 2011 года.
Опустив взгляд, Цзян Циюнь нежно коснулась заголовка на обложке.
Цзян Чуншань и Юй Чжоухай погибли при исполнении как раз во время расследования этой серии убийств. Доступ к материалам внутренних дел имели лишь следственная группа того времени и высшее руководство, поэтому все эти сведения Цзян Циюнь собирала и упорядочивала самостоятельно самыми разными путями. Однако полезной информации там оставалось крайне мало, и единственным достоверным фактом было то, что тогда Цзян Чуншань и Юй Чжоухай преследовали подозреваемого и завязали с ним борьбу. Преступник выхватил пистолет у Цзян Чуншаня и открыл огонь, в результате чего оба сотрудника получили смертельные ранения.
К моменту прибытия остальных бойцов Цзян Чуншань был уже мертв — пуля попала прямо в сердце, а Юй Чжоухай получил несколько огнестрельных ранений и скончался по дороге в больницу от массивной кровопотери, преступник же давно скрылся.
После гибели обоих сотрудников Провинциальное управление общественной безопасности и городское управление задействовали более тысячи полицейских и колоссальные ресурсы для расследования этого дела, а также пригласили ведущего отечественного эксперта по судебной психологии Ши Чжунцзяня для помощи следственной группе. Изучив огромный массив материалов, Ши Чжунцзянь составил примерный психологический портрет подозреваемого.
Полиция провела проверки на его основе и выделила нескольких подозреваемых, но у каждого нашлось железное алиби, и подозрения с них сняли. Настоящий же преступник словно растворился в воздухе: после того случая в городе Бэчжоу больше не совершалось подобных преступлений, и со временем это дело забросили, отправив в архив нераскрытых преступлений Бэйбиня.
Цзян Циюнь не раз обращалась в городское управление с ходатайством о возобновлении расследования, но для реанимации глухарей существовали строгие регламенты и процедуры, а имевшихся у полиции улик и зацепок было банально недостаточно. Шансы раскрыть это дело и найти человека, который много лет назад убил её отца, с каждым годом таяли.
Тяжело вздохнув, Цзян Циюнь вернула дело в шкаф.
Закрыв дверцу, она услышала шум и голоса в коридоре, громче всех кричал Фан Фан.
Цзян Циюнь вышла из кабинета, и болтавшая до этого молодежь мгновенно умолкла.
— Капитан Цзян, а вы чего так рано вернулись?
Цзян Циюнь окинула всех взглядом:
— О чём это вы тут так оживленно болтали?
Фан Фан почесал затылок и виновато улыбнулся:
— Да мы тут с парнями ходили поесть и встретили босса Цинь. Он сказал, что послезавтра к нам на работу выходит новый профайлер, говорят — писанная красавица!
Цзян Циюнь с каменным лицом бросила короткое:
— Ясно.
— Малыш Фан, неужто ты положил глаз на нашего нового эксперта? — самый высокий и плечистый в отделе Лу Сяо с недоброй усмешкой толкнул его в плечо.
Фан Фан украдкой бросил взгляд на Шэнь Дунвэй — единственную женщину-офицера в отделе, кроме самой Цзян Циюнь, и слегка порозовел:
— Да нет, ты ерунду не мели.
Остальные сотрудники тут же дружно заржали:
— Да ладно заливать! Покраснел как мартылькин зад! Чего стесняться-то, нравится — действуй, мы тебе всей братвой поможем прикрывать тылы!
http://bllate.org/book/33048/4053784
Готово:
