Маленький священник удивленно вытаращил глаза:
— Притворяться, будто еще не потерял память? Зачем?
Фудзи Еянь покачал головой. Он сосредоточенно посмотрел вдаль, где уже проступали первые очертания нефритово-зеленого дворца в Куньлуне.
Наконец, повернувшись к возлюбленному в своих объятиях, он произнес:
— Потому что нам нужно кое в чем обмануть Трех Синих Птиц.
Маленький священник озадаченно моргнул:
— Зачем их обманывать?
Большая Летучая Мышь серьезно пояснил:
— Только обведя их вокруг пальца, мы сможем беспрепятственно попасть в Восточный Божественный Мир.
Маленький священник с видом человека, понявшего всё наполовину, кивнул:
— Ладно... Положусь на тебя во всем.
Фудзи Еянь легко коснулся губами его щеки:
— Какой послушный.
Маленький священник смущенно прикрыл рот ладонью:
— Ой, ты опять целуешься!
После этого Фейлсон послушно зашагал впереди Фудзи Еяня, выверяя шаг по расположению звезд Большой Медведицы.
Они направлялись к горному проходу Горы Саньвэй.
Не прошло и часа, как в небе действительно сверкнула ослепительно-бирюзовая молния!
Три птицы ростом с получеловека, похожие на журавлей Синие Птицы, плавно опустились перед Фейлсоном.
Эй, заморский господин!
Три Синие Птицы: красные головы, черные глаза.
Покачивая роскошными синими перьями, они медленно приземлились.
Они заняли три стороны.
На востоке — Да Ли, на западе — Шао Ли, на юге — Цинминь.
На севере садиться не разрешалось.
Потому что в Китае испокон веков существовал обычай: лишь императоры, полководцы и сановники могли восседать лицом на юг.
Три Синие Птицы Матушки Ванму с любопытством оглядывали маленького священника и наперебой засыпали его вопросами:
— Ого, как тебя зовут?
— Откуда ты прибыл и куда направляешься?
— Ой, неужели заморский господин совсем не понимает по-китайски? Давай-ка я скажу ему пару слов на его языке — Welcome to China!
Маленький священник замер на месте, не зная, что ответить.
Лишь мгновение спустя он пришел в себя и польщенно произнес:
— Очень рад с вами познакомиться! Я Фейлсон, родом из...
Синие Птицы продолжали подшучивать над Фейлсоном, как вдруг Цинминь поднял голову и увидел, что за спиной маленького священника... следует огромная черная летучая мышь!
Фудзи Еянь! — громко рассмеялся Цинминь. — Что, наконец-то надумал вернуться на родину?
— Братья, хорош баловаться, — Фудзи Еянь шагнул вперед, встал плечом к плечу с маленьким священником и легко улыбнулся. — Позвольте представить: моя вторая половинка, Фейлсон.
— А ты шустрый, не прошло и тысячи лет после отъезда за границу, как уже женился, да? — усмехнулся Да Ли.
Шао Ли тоже засмеялся:
— И к тому же однополый брак. То-то же.
— Хватит вам прикалываться, братцы, — с улыбкой произвел Фудзи Еянь. — Подскажите-ка, где у нас тут аптека Куньлунь? Моя половинка простудилась, пойду куплю лекарств.
— Простудилась? — Да Ли изумленно перевел взгляд на маленького священника.
— Простуда... Из-за такой пустяковой болезни вы специально возвращаетесь лечиться на родину? — Шао Ли моргнул и бросил многозначительный взгляд на Цинминя.
Однако Цинминь, обладавший среди них наивысшим статусом, ничего не ответил.
Потому что Фудзи Еянь с легкой улыбкой уже сам протянул ему целых три больших коробки сокровищ природы.
— Ой-ой, да какие мы с тобой церемонии разводим, к чему эти подарки? — Шао Ли обладал острым глазом и издал цокающий звук. — Эй, я помню, аптека Куньлунь снова переезжала, она вроде где-то на востоке руин Куньлуня должна быть, смотри не перепутай дорогу.
Фудзи Еянь кивнул и продолжил сохранять улыбку.
— Сянцзян, гуйру, трава забвения — всё подорожало, нынче три ляна бессмертной росы за цзинь просят, — перебирая перья, забормотал Да Ли. — Что до линчжи... ее, пожалуй, уже не достать.
Линчжи не достать? — Фудзи Еянь приподнял бровь.
— Ага, в этом году глобальное потепление, у нас в Восточном Небесном Дворе линчжи тоже стали меньше сажать.
Договорив, Цинминь тут же бросил на Фудзи Еяня косой взгляд:
— Вы ищете линчжи? Это же чудодейственное лекарство от всех болезней, способное вернуть к жизни мертвеца. Зачем для такой мелочи, как простуда, понадобилась линчжи?
Очередной каверзный вопрос.
Услышав это, две другие Синие Птицы тоже устремили на маленького священника пронзительные взгляды.
К счастью, маленький священник ничего не понимал и по-прежнему выглядел простодушно и растерянно.
Три Синие Птицы снова с фальшивыми улыбками посмотрели на Фудзи Еяня.
Однако Фудзи Еянь сохранял на лице безупречную маску улыбки:
— Не буду скрывать от трех братцев: я недавно советовался с несколькими ангелами-экспертами, говорят, климат в Западном Раю прекрасно подходит для выращивания линчжи! Вот я и подумал запустить транснациональный агропроект...
— Ой, смотри тогда осторожнее, — усмехнулся Да Ли.
— Как-то Сатана ради пущей романтики в аду специально завез наши цветы мандрагоры из Восточного Царства Мертвых, и что в итоге? Теперь весь ад ими зарос! Говорят, борются с каким-то там инвазивным видом, — пожаловался Шао Ли.
— Не переживайте, линчжи съедобна. Если в Раю тоже начнется засилье чужеродных видов и выращивать ее не получится, я просто съем ее целиком, и дело с концом, — в шутку ответил Фудзи Еянь.
— И правда, вы, молодежь, мастера всякие фокусы вытворять, — вздохнул Цинминь и стал медленно вытягивать из поблекших хвостовых перьев золотое перо.
Это был золотой ключ, отпирающий Гору Саньвэй.
— Ну а мы-то с братиками уже стары, как мир, — Да Ли тоже шагнул вперед и распахнул величественные врата Саньвэй.
Каменные створки пещеры с грохотом отворились.
Темная бездна раскинулась во всей красе, солнце и луна сияли рядом!
Фудзи Еянь бережно подхватил маленького священника на руки, склонился в поцелуе, прошептав: «Тихо, не бойся», — и, застыв в той же позе с опущенной головой и поднятым взглядом, отвесил Синим Птицам поклон с полуприкрытыми глазами:
— Прощайте, мы отправляемся в путь.
— Эй-эй, кончайте уже ворковать, поосторожнее тут, — Шао Ли наблюдал за тем, как Фудзи Еянь сюсюкается с маленьким священником, и со смешком произвел: — Я тут намедни слыхал, монах Фахай из тюрьмы освободился.
Фахай? — Фудзи Еянь изумленно замер.
Случилось это в давние времена, когда змея-демон Бай Сучжэнь полюбила простого смертного Сюй Сяня, против чего выступил монах Фахай. Белая Госпожа сошлась в битве с Фахаем, устроила потоп у Золотой Горы, и в итоге оба угодили за решетку.
— Какова твоя магическая сила по сравнению с силой Бай Сучжэнь? Она ведь культивировала целое миллениум, но даже ее не миновала небесная кара!
— Ничего страшного, здесь же человек и демон, — Фудзи Еянь хлопнул себя по груди. — А я бессмертный.
— Эй, ну что ты за дурень такой непонятливый? — усмехнулся Шао Ли. — Не хочешь ли освежить в памяти историю Семи Небесных Фей и Дун Юна?
http://bllate.org/book/32997/4044472
Готово:
