Да уж, — небрежно бросил У Цзяньху. — Если и вправду речь об одной и той же вещи, тогда ничего не поделаешь.
Жун Чжао слегка усмехнулся:
— Каждый рассчитывает лишь на собственные способности.
На кушетке Сяо Жуфэн выпил полпиалы отрезвляющего супа, после чего вошел кто-то еще — это оказался старший принц Сяо Тань.
Сделав шаг вперед, он склонил голову и почтительно произнес:
— Отец.
Сяо Жуфэн прикрыл глаза и бесстрастно спросил:
— То, что я поручил тебе сделать, как продвигается?
— За последнее время я встретился с кое-какими людьми, — тихо ответил Сяо Тань. — Тот Гу Пожирания Душ и вправду годится в дело, только вот моя культивация слишком низка, и на тех, чей уровень выше моего, черви не действуют. Я постарался отобрать подходящих кандидатов, и если отцу нужно лишь внедрить нескольких лазутчиков в те крупные секты, этого уже вполне достаточно.
Сяо Жуфэн нахмурился, явно не испытывая удовлетворения:
— Какая польза от пары низкоранговых практикующих? Ты столько возился, и добился лишь этого?
Сяо Тань лишь раболепно кивал, не смея больше вставить ни слова, на что Сяо Жуфэн выругался:
— Ничтожество.
Стоило прозвучать словам Гу Пожирания Душ, как взгляд Жун Чжао едва заметно изменился, такого он никак не ожидал. Управление гу — одна из разновидностей темных искусств, их культивация истощает даньтянь и калечит духовный корень, поэтому адепты праведного пути всегда смотрели на это с презрением. Будучи старшим принцем Цянъи, Сяо Тань тем не менее занимался искусством гу, что красноречиво говорило о его низком положении в Цянъи.
Этот Гу Пожирания Душ, как явствовало из самого названия, подчинял чужую душу с помощью насекомых и считался самым зловещим и ядовитым среди подобных искусств. Поручая Сяо Таню такое задание, Сяо Жуфэн, судя по всему, в случае провала планировал без колебаний сделать из него пушечное мясо.
Сяо Жуфэн человек немалых амбиций.
Голос У Цзяньху прозвучал в его сознании, не скрывая открытого презрения.
— Обладая высоким положением, трудно не иметь амбиций, да и Главе Секты У, полагаю, это чувство должно быть знакомо, — с сарказмом отозвался Жун Чжао. Если тем человеком, которого в ту ночь видел У Цзяньху, действительно оказался Сяо Тань, то амбиции Сяо Жуфэна в конце концов, пожалуй, послужат лишь чужим интересам.
— Пусть будет так, — одна рука У Цзяньху обнимала его за талию, они стояли так близко, что их позы казались почти интимными. — А ты, Младший господин Юньцзэ?
— А я что?
— Есть ли у Младшего господина Юньцзэ амбиции, о которых нельзя рассказывать другим?
Теплое дыхание коснулось самой шеи, Жун Чжао обернулся, встретившись взглядом с затаившим насмешку У Цзяньху, выдержал паузу и чуть подался к нему.
— Угадай.
Слегка произнеся эти два слова, Жун Чжао тоже усмехнулся, и в его тоне, и в манере держаться проскользнуло нечто невыразимое.
Пока У Цзяньху еще смаковал услышанное, взгляд Жун Чжао уже вернулся вперед, улыбка на губах мгновенно угасла, и он равнодушно бросил:
— Глава Секты У сам только что говорил: люди из Бессмертной Секты Юаньсы ни во что меня не ставят, положение старшего ученика Главы Секты весьма шаткое, о каких амбициях тут говорить.
— Хочешь, я помогу тебе?
— Не нужно, у Главы Секты У аппетит слишком велик, мне его не удовлетворить.
— Как жаль, — с сожалением протянул У Цзяньху.
Снаружи Сяо Тань уже удалился. Сяо Жуфэн почувствовал сильную головную боль и недомогание и отдал приказ:
— Принесите Небесный Кристальный Колокольчик Солнечного Пламени.
Проследив за его взглядом, Жун Чжао увидел, как демон-слуга извлек из потайного отделения у изголовья ложа Сяо Жуфэна шкафчик из темного дерева. При открытии внутри обнаружился именно тот самый колокольчик.
Только что он уже тщательно обыскал пространство возле ложа, но, судя по маскирующему Барьеру, лично установленному Сяо Жуфэном над потайным отделением, обнаружить его сразу не удалось.
Сяо Жуфэн взял колокольчик и крепко зажал в ладони, прислушиваясь к ощущениям.
Жун Чжао лихорадочно соображал, как заполучить вещь, но Сяо Жуфэн лишь оставил одного демона-слугу прислуживать, велев всем остальным удалиться.
Светильники в чертоге один за другим погасли, оставив лишь единственный у ложа. Сяо Жуфэн позволил высокому и крепкому демону-слуге поднять себя на руки и понести к постели.
В момент, когда они сплелись воедино, Жун Чжао на секунду оцепенел, а в его Божественном сознании раздался короткий смешок У Цзяньху.
— А этот Сяо Жуфэн, право слово, умеет поразить воображение.
Глубокая ночь погрузилась в тишину, но сладострастные звуки непрекращающимся эхом разносились по всему чертогу, и не замечать их было невозможно.
Хмурясь, Жун Чжао терпел, собираясь закрыть восприятие, но не осмеливался ослабить бдительность, поэтому пришлось оставить всё как есть.
В этом тесном, погруженном во мрак углу находились лишь он и У Цзяньху. Они стояли настолько близко, что когда тот слегка повернул голову, кончики его волос скользнули по шее Жун Чжао, отчего стало особенно щекотно.
Явно делал это нарочно.
Жун Чжао прикрыл глаза, вспоминая ночные утехи в том иллюзорном мире — там подобные близкие желанные касания были в порядке вещей, теперь же они приобретали совсем иной оттенок.
О чем ты думаешь? — прозвучал вопрос в его сознании.
О том же, о чем и ты, — непринужденно ответил Жун Чжао, не выдавая и тени волнения.
Мм.
Рассеянно отозвался У Цзяньху, тоже выдерживая неясную интонацию.
Стоило им прижаться друг к другу слишком тесно, как, даже затаив дыхание, можно было услышать стук чужого сердца — удар за ударом. Звук этот заглушал шуршащие двусмысленные шорохи, сливаясь с неясными, скрытыми движениями, не выдавая ни единым признаком истинных чувств.
Кто первый поддастся волнению, тот и проиграл — Жун Чжао не желал уступать, и У Цзяньху, разумеется, тоже.
Жун Чжао, — произнес У Цзяньху его имя. — Появился же ты не вовремя.
Ты тоже, — отозвался Жун Чжао.
С другого конца ложа донесся пронзительный стон. Оба перевели туда взгляд: не говоря уже о самом Сяо Жуфэне, они увидели, как из-за спины демона-слуги показался толстый змеиный хвост длиной в несколько чи, сплошь покрытый темно-зеленой чешуей, который непрестанно извивался — это оказалась могучая самка демона-змеи.
У Цзяньху цокнул языком от удивления:
— Неудивительно, что Сяо Жуфэн выбрал именно его. Эта демоническая змея потратила на практику по меньшей мере тысячу лет, прежде чем обрести человеческий облик. Поглотить ее жизненную сущность — все равно что обычному человеку усердно закрыться в уединении на целые три месяца.
— Откуда Главе Секты У знать, неужели пробовал раньше? — холодно бросил Жун Чжао, глядя на то, как эта парочка кувыркается. Впервые наблюдая воочию столь изуверский метод культивации, основанный на вытягивании чужой крови и жизненной силы, он нашел это зрелище пусть и некрасивым, но по-своему занятным.
— Нет, что ты, — с улыбкой отозвался У Цзяньху. — Мой партнер по самосовершенствованию хрупкий и нежный, ему такое не под силу.
Хотя Жун Чжао и понимал, что это лишь неуместная шутка со стороны собеседника, в памяти невольно всплыло, как во время пребывания в той иллюзии У Цзяньху неизменно считал его слабым и болезненным. Точно так же, как он сам воспринимал У Цзяньху в качестве старшего сородича, словно это было подсознательно рожденное убеждение.
То, как именно и по какой причине соткалась эта иллюзия, не могло не вызывать вопросов.
Стоило вспомнить тот самый день, когда они только вошли в иллюзорный мир: они вместе принесли жертву Небесному Пути и заключили союз как партнеры по самосовершенствованию. Последующие три года они мыли ноги в ручьях среди камней, питались сосновой хвоей и горной росой, живя в согласии и любви, как обычные муж и жена, и у него никогда не возникало ни малейших сомнений.
http://bllate.org/book/32959/4038214
Готово:
