Брат столба Лу Тюйчуй, услышав это, немедленно подбежал к древесной тени, налил миску воды, быстро вернулся и протянул её Се Цинцы.
Се Цинцы принял чашку, тут же вытащил из кармана небольшой пакетик с сахарным песком, высыпал в воду чуть меньше половины, а затем слегка поболтал стакан, чтобы сахар быстрее растворился.
Окружающие наблюдали за этим со стороны, внутренне ничего не понимая. Видя, как бо́льшая часть этого драгоценного белого сахара вот так запросто оказалась внутри, каждый невольно почувствовал тайную жалость.
Се Цинцы протянул стакан жене Лу Тюйчуя Сюй Сяосян:
— Сяосян, попои его этой водой, после этого он должен быстро прийти в себя.
Сюй Сяосян торопливо приняла стакан, осторожно приподняла Лу Тюйчуя и понемногу влила воду ему в рот, а в её взгляде читалась крайняя тревога.
Только тогда Се Цинцы поднял взгляд на остальных и пояснил:
— Всё в порядке, он потерял сознание просто от низкого уровня сахара в крови. Но вот с этой раной нужно срочно разобраться, иначе потом будет неприятно, если занесём инфекцию.
Сказав это, он снова посмотрел на Лу Тюйчуя:
— Брат Тюйчуй, ты сначала отнеси его на спинé домой, а я пойду следом, обработаю ему рану, постараюсь сделать так, чтобы она зажила быстрее и он поменьше настрадался.
Лу Цзян стоял рядом и, видя, как разумно и чётко всё организует Се Цинцы, тоже перестал выказывать тени сомнения.
Он произнёс строгим голосом:
— Ладно, пусть будет так, как сказал образованная молодёжь Се! Быстро отнесите Тюйчуя домой и займитесь раной, а остальные не толпитесь здесь, продолжайте работать, работу нельзя запускать.
Только после этого люди постепенно разошлись и снова взяли в руки брошенные в стороне сельхозорудия, принимаясь за дело.
По дороге домой Лу Тюйчуй постепенно пришёл в себя. Стоило ему очнуться, как в ноге тут же отзвалась резкая боль, и он невольно шумно втянул воздух.
Услышав этот звук, Сюй Сяосян радостно заплакала:
— Брат Тюйчуй, ты наконец-то очнулся! Ты даже не представляешь, как я перепугалась, когда ты только что упал в обморок. Слава богу, что теперь с тобой всё в порядке!
Лу Тюйчуй, заметив, что он лежит на спине у старшего брата, растерянно моргнул:
— Жена, что со мной? Как это я в обморок хлопнулся?
Сюй Сяосян вытерла слёзы и поспешно объяснила:
— Ты только что потерял сознание прямо на поле, а образованная молодёжь Се сказал, что это у тебя низкий сахар в крови. Я и сама толком не знаю, что это такое, но он дал тебе выпить чашку сладкой воды, и ты уже через мгновение пришёл в себя. Нам просто невероятно повезло с Се Цинцы!
Лу Тюйчуй повернул голову к шагавшему рядом Се Цинцы и с благодарностью произнёс:
— Образованная молодёжь Се, большое тебе спасибо! Если бы не ты, ещё неизвестно, сколько бы мне пришлось настрадаться. Я запомню эту доброту, если потом что-то понадобится, только скажи.
Се Цинцы махнул рукой:
— Брат Тюйчуй, не церемонись. Я просто случайно немного разбираюсь в медицине, помочь в такой ситуации — это само собой разумеется. Как ты сейчас себя чувствуешь?
Лу Тюйчуй нахмурился:
— Только нога подёргивается и болит, а в остальном вроде ничего.
Се Цинцы слегка кивнул.
Вскоре они дошли до перекрёстка, и он повернулся к Сюй Сяосян:
— Сяосян, когда вернёшься, первым делом вскипяти котел воды, вымой брату Тюйчую ноги — смотри только, чтобы рана не намокла — и приготовь чистую полотенце. Я сперва схожу за лекарствами, чтобы как следует обработать ему рану, и сразу же подойду.
Все трое закивали без остановки, а Сюй Сяосян с безграничной благодарностью произнесла:
— Тогда побеспокоим тебя, образованная молодёжь Се, мы будем ждать тебя дома.
С этими словами троица продолжила свой путь в сторону дома.
Се Цинцы вошёл в дом семьи Лу и купил в системном магазине флакон спирта, небольшую баночку мази и немного бинтов — всё необходимое для дела.
Глава 13. Очаровательная образованная молодёжь Се эпохи семидесятых, ч. 13
Глядя на вещи в руках, он спросил:
— 003, вещи, купленные в системном магазине, всегда автоматически приобретают упаковку, соответствующую приметам этой эпохи?
— Да, хозяин. Во избежание лишних подозрений со стороны окружающих система автоматически подстраивает внешний вид купленных товаров под стандарты текущей исторической эпохи, так что вам не стоит беспокоиться о том, что существование системы может раскрыться из-за упаковки.
Се Цинцы всё понял и уверенно зашагал к дому Лу Тюйчуя.
Когда он добрался до места, Сюй Сяосян уже всё приготовила и ждала его прихода.
Едва войдя в комнату, Се Цинцы ошпаренным полотенцем аккуратно стёр с раны Лу Тюйчуя запекшуюся кровь.
Затем он поднял голову:
— Сяосян, брат Тюйчуй, выйдите пока на улицу.
Они кивнули, вышли наружу и прикрыли за собой дверь.
Се Цинцы посмотрел на Лу Тюйчуя и мягко предупредил:
— Брат Тюйчуй, сейчас может быть немного больно, потерпи.
Лу Тюйчуй кивнул:
— Я понял, образованная молодёжь Се, сегодня я тебя ужасно утруждаю.
Се Цинцы слегка кивнул в ответ, больше ничего не говоря, и приступил к обработке раны.
Сначала он смочил ватный шарик спиртом и продезинфицировал кожу вокруг пореза на ноге, а затем принялся за наложение швов.
Лу Тюйчуй шумно втянул воздух и судорожно сглотнул, на его шее вздулись вены, но он крепко сжал зубы и стерпел всё до конца, не издавая ни звука.
Закончив зашивать рану, Се Цинцы смазал её противовоспалительной мазью и только после этого взял бинты, привычными умелыми движениями аккуратно завязав повязку.
Поднявшись на ноги и собирая инструменты, Се Цинцы сказал:
— Брат Тюйчуй, через пару дней я зайду посмотреть, как заживает рана. В эти дни следи за собой: чтобы вода на рану не попадала, еда должна быть лёгкой, а если поднимется температура — сразу иди ко мне.
После этого он терпеливо перечислил и другие важные мелочи, за которыми следовало следить.
Слушая его подробные наставления, все трое переполнились глубокой благодарностью и принялись наперебой благодарить Се Цинцы.
Сюй Сяосян сказала искренним тоном:
— Образованная молодёжь Се, те диковинные вещи, что ты принёс, наверняка стоят немало! Скажи, сколько с нас за всё это? Только не стесняйся, ты столько сил и труда потратил на моего мужа, плату за это никто отменять не должен.
Се Цинцы опустил глаза и, немного подумав, ответил:
— Сяосян, двух юаней хватит, затрат тут особо и не было.
Услышав это, все трое облегчённо выдохнули: в конце концов, поездка в уездную больницу обошлась бы в круглую копеечку, а эти два юаня вполне укладывались в их возможности.
Сюй Сяосян поспешно достала две монеты, а затем уложила в корзинку десяток яиц и протянула Се Цинцы со словами благодарности:
— Образованная молодёжь Се, эти яйца — от всей нашей души. Ты сегодня оказал нам огромную услугу, возьми, подкрепи свои силы, даже не думай отказываться.
Се Цинцы не стал ломаться, с лёгким сердцем принял корзинку, тепло попрощался с ними и ушёл.
Се Цинцы родился в потомственной медицинской семье, три поколения его предков были прославленными мастерами врачебного дела.
В такой атмосфере Се Цинцы с самого детства проявлял огромный интерес к медицине.
Он в совершенстве владел как традиционной китайской, так и западной медициной, и благодаря природному таланту и твёрдым навыкам уже в молодом возрасте занимал должность главного врача в Пекинской больнице традиционной китайской медицины.
Однако судьба изменчива: он наконец-то выбил себе долгий отпуск, планируя как следует насладиться редким отдыхом, но кто бы мог подумать, что, проснувшись после сна, он столкнётся с такой нелепицей, как перепутанная чужая душа.
Вернувшись в свою комнату, Се Цинцы положил вещи на стол и неторопливо направился обратно к полям.
Стоило ему подойти, как многие принялись восторженно и приветливо с ним здороваться.
Се Цинцы слегка опешил, но тут же сообразил в чём дело: должно быть, Лу Тюйчуй уже успел всё растрепать, вот люди теперь и настроены так дружелюбно.
В этот момент Лу Цзян, заложив руки за спину и с широкой улыбкой на лице, направился к нему.
— Образованная молодёжь Се, никак не ожидал, что ты разбираешься в медицине! Да ещё и в таком молодом возрасте обладаешь столь потрясающими навыками, просто поразительно!
Се Цинцы скромно ответил:
— Дядя, я просто с детства, когда выдавалось свободное время, часто бегал помогать в аптеку неподалёку от дома. Тамошнему лекарю приглянулся мой характер, да и медицина мне была интересна, вот он изредка меня кое-чему и учил — так у меня и появились кое-какие навыки.
То, что сказал Се Цинцы, было правдой лишь наполовину. Прежний хозяин тела с малолетства отличался смышлёностью, и ради того, чтобы заработать тот самый единственный юань, при каждом удобном случае бегал в лавку лекаря, выполняя там всю грязную работу.
Только вот тот лекарь вовсе не собирался его чему-то учить, как утверждалось в рассказе: он просто эксплуатировал мальчишку в качестве бесплатной рабочей силы, заставляя выполнять любые поручения, и ничему толком не обучал.
К счастью, прежний владелец тела бегал поручениями в лавку с десяти лет и поневоле кое-чему нахватался: он научился различать некоторые травы и мог распознать простейшие симптомы распространённых болезней. У него действительно имелась крошечная база, так что полного провала удалось избежать.
В глазах Лу Цзяна читалось искреннее восхищение:
— Образованная молодёжь Се, ты ведь знаешь положение дел в нашей деревне! У нас сроду не было своего лекаря, и если у стариков или детей случалась хворь или простуда, они обычно просто терпели стиснув зубы, и только когда становилось совсем невмоготу, плелись за тридевять земель в уездную лавку.
— И ведь мало того, что это влетает в копеечку, так ещё и человека измотает. Многие из-за нежелания хлопотать запускают пустяковые недуги до тяжёлых болезней, эх, у самих сердце кровью обливается, когда на это смотришь.
Он на мгновение замолк, а затем медленно продолжил:
— Послушай, образованная молодёжь Се, раз уж у тебя такие прекрасные познания во врачевании, нельзя позволять этому таланту пропадать зря. У меня тут задумка появилась, только вот не знаю, как ты на это посмотришь...
В глазах Се Цинцы мелькнул огонёк:
— Дядя, говорите смело.
Лу Цзян немного помедлил с ответом:
— Дело вот в чём: в нашей деревне пустует один дом, я думал привести его в порядок и обустроить под лечебный пункт специально для тебя, чтобы ты мог официально лечить людей в нашей деревне. И каждый день тебе за это будут начислять полные трудодни, как тебе такое предложение?
Се Цинцы как раз и ждал этих слов от Лу Цзяна и тут же дал согласие:
— Хорошо, я с удовольствием стану лечить наших односельчан.
Сказав это, он перевёл взгляд на Лу Цзяна, и на его лице промелькнуло некоторое колебание.
Заметив это, Лу Цзян прямолинейно спросил:
— У тебя какие-то трудности или другие мысли на этот счёт? Выкладывай без утайки, посмотрим, что можно сделать.
Се Цинцы прикусил губу:
— Староста, я тут подумал... Хочу отправить Сяоцзэ учиться. Он ведь ещё совсем мал и много трудодней не заработает, так пусть лучше походит в школу, получит образование, чтобы в будущем у него была дорога в нормальную жизнь.
На лице Лу Цзяна отразилось беспокойство: если дать на это согласие, в деревне появится дармоед, и остальные неизбежно начнут выражать недовольство.
Се Цинцы прекрасно понимал его сомнения и поспешил добавить:
— Дядя, не беспокойтесь. Раз Сяоцзэ не работает, деревне не придётся выделять ему продовольственный пай. Как вам такой вариант, годится?
Лу Цзян призадумался. Если Се Цинцы согласился лечить всех односельчан да ещё и сам предложил обойтись без выделения пайка на содержание Се Минцзэ, проявив такую заботу об общих интересах деревни, то у остальных людей точно не возникнет никаких возражений.
http://bllate.org/book/32940/4035032
Готово:
