А-а! — раздался хриплый крик Чэн Канькань. Она откинулась назад, и её глаза в отчаянии уставились на выход из переулка!
Вдруг в этом сумрачном, тесном переулке, словно бесстрашный воин, на свету появилась Чжань Янь. Освещенная лучами солнца, в одной руке она держала джинсовую куртку, а в другой — бумажный пакет. Увидев сцену, разыгравшуюся в переулке, она уронила пакет на землю.
Сделав мощный выпад длинными ногами, она стремительно бросилась вперед. Не успели те трое подонков опомниться, как Чжань Янь взлетела в прыжке и с размаху отбросила пинком мерзавца, навалившегося на Чэн Канькань.
Двое других бандитов, заметив это, бросились на помощь. Чжань Янь совершила молниеносное сальто назад: её точеная талия на мгновение промелькнула из-под свободной белой футболки, после чего она приземлилась вниз головой, опираясь о землю одной рукой. Её длинные ноги описали в воздухе изящную дугу, и одним ударом вправо и влево она сбила с ног обоих подручных!
Не прекращая драки, Чжань Янь набросила на плечи Чэн Канькань джинсовую куртку, а затем резко развернулась. Лицом к лицу столкнувшись с тремя рванувшимися к ней негодяями, она вновь обрушила на них град быстрых и сокрушительных ударов руками и ногами. Теперь, сколь бы дерзкими ни казались эти хулиганы, они были разбиты в пух и прах. Улучив момент, они бросились наутек, даже не оглядываясь!
Чжань Янь не стала их преследовать. Обернувшись, она увидела сидевшую на земле и остолбеневшую Чэн Канькань. Девочка смотрела перед собой пустым взглядом, полным отчаяния, а по щекам беззвучно катились слезы, падая прямо на землю. Это прекрасное лицо и эти чистые слёзы невольно вызывали глубокую жалость…
Чжань Янь опустилась на колени и медленно протянула руку, желая помочь Чэн Канькань подняться. Однако та, пережив только что перенесенный ужас, во всём видела угрозу и резко отстранила плечо, не позволяя Чжань Янь дотронуться до себя.
Чжань Янь благоразумно отдернула руку. Опустив голову, она мягко произнесла:
— Привет. Только что мы... виделись... в полицейском участке. Меня зовут... Чжань Янь. Похожа... на мальчика... немного, но... я девушка. Ты... можешь не бояться.
Речь Чжань Янь была запинающейся и предельно осторожной, что совершенно не вязалось с ее чистой и красивой внешностью.
Чэн Канькань с недоверием разглядывала Чжань Янь. Эта особа была одета в испачканную масляными пятнами одежду, её личико было серым от пыли и тоже заляпано черными пятнами машинного масла. Ростом она выдалась на славу — выше самой Чэн Канькань, наверняка не меньше метра восьмидесяти.
Тонкая в кости, с аккуратной короткой стрижкой, безупречной линией подбородка и высоким переносицей, она и разговаривала совсем как парень. Как ни посмотри — сверху вниз, слева направо, — в ней не было ничего от девушки. И всё же от неё исходило удивительно мягкое, теплое и располагающее ощущение.
Чэн Канькань переспросила:
— Ты и правда девушка?
— Ага! — с этими словами Чжань Янь вытащила из нагрудного кармана удостоверение личности.
Чэн Канькань бросила взгляд на фотографию в документе, затем снова посмотрела на лицо Чжань Янь и еще раз сверила данные:
— Тогда... почему ты оказалась в полицейском участке?
Чэн Канькань впервые проявила такую бдительность: ей казалось, что все обитатели кутузки непременно должны быть плохими людьми. Разумеется, за исключением её собственной ситуации!
Она медленно переступила с места на место и уселась, прислонившись спиной к стене, однако по-прежнему держалась на некотором расстоянии от Чжань Янь. Та ничуть не спешила и принялась неторопливо объяснять, изредка бросая на Чэн Канькань взгляды и тут же смущенно отводя глаза. На такую красавицу лишний раз взглянешь — и уже чувствуешь себя так, будто заришься на чужое!
— Я работаю... в автомастерской. Утром... один клиент сказал, что... я небрежно выполняю работу. Мы... немного поспорили, и... он заявил, что я... бестолковая! Стал распускать руки... хотел меня ударить. Тогда... хозяин попытался нас разнять, но не вышло, и... и он вызвал полицию.
— А как ты оказалась здесь? Ты заметила меня в участке и проследила за мной?
Чжань Янь торопливо замахала руками:
— Н-нет, не следила! Ты... очень красивая! В участке я... обратила на тебя внимание. А сейчас... мой двоюродный брат... попросил меня зайти на почту... забрать посылку. Я как раз... и встретила тебя, когда тебя... обижали.
Досказав, Чжань Янь указала на дорогу по ту сторону переулка. Чэн Канькань проследила за её взглядом: там действительно виднелось здание почтового отделения. Только после этого она наконец ослабила бдительность.
— Ладно, спасибо тебе. Меня зовут Чэн Канькань, а тебя?
— П-привет. Меня зовут... Чжань, Чжань Янь!
День уже давно угас. Кутаясь в куртку Чжань Янь, Чэн Канькань следовала за ней по пятам до небольшого жилого комплекса.
Выйдя из лифта, Чжань Янь повернула налево, открыла дверь и щелкнула выключателем в прихожей! Чэн Канькань заглянула внутрь через её плечо: квартира оказалась небольшой, но очень уютной.
Приготовив еду, Чжань Янь принялась за ужин и исподлобья, с любопытством поглядывала на Чэн Канькань:
— У тебя... совсем нет... дома, где можно жить?
Чэн Канькань, державшая в руках пиалу с рисом, замерла:
— Есть, только я не помню, в каком именно жилом комплексе!
— И... где же ты будешь... жить теперь?
Взгляд Чэн Канькань обвел комнату. Спальня здесь была всего одна, и она перевела на Чжань Янь свои чистые, прозрачные глаза:
— Я могу тебе доверять?
— Я? Наверное... да. Я... никогда не делала... ничего плохого!
— Тогда ты можешь меня приютить?
Вопрос Чэн Канькань застал Чжань Янь врасплох:
— Н-но у меня же... всего одна... спальня!
— Я могу спать с тобой. Ты ведь не станешь требовать с меня квартплату?
Чэн Канькань вспомнила слова тех двоих помощников перед их уходом: если вернуться к Нинъань, в следующем месяце ей придется платить за аренду. А здесь? Наверное... не придется!
И точно, поразмыслив немного, Чжань Янь ответила:
— Моей... зарплаты хватает... на оплату квартиры. С тебя я могу... не брать за аренду, но... я же не обязана... содержать тебя... даром!
Чэн Канькань уныло опустила голову, глядя на исходивший паром рис в пиале, и аппетит у нее пропал моментально:
— Но я никогда в жизни не работала.
— Сколько тебе... лет?
— Двадцать один. А тебе?
— Мне... двадцать девять. В твоем... возрасте люди еще... даже университет... не закончили?
Чэн Канькань опустила ресницы:
— Год назад я бросила учебу. Я поступила в университет, но мне стало скучно, и я просто перестала ходить на занятия. С тех пор меня содержала семья, а теперь... они больше не хотят меня обеспечивать и выгнали на улицу.
— Раз уж... так вышло, тогда... найди себе... работу! Квартплату... платить не нужно, но на еду и карманные расходы... зарабатывать всё равно придется.
http://bllate.org/book/32918/4031482
Готово:
