Он не сказал о том, что ему еще нравится, когда его окружает аромат снега, и он хочет заполучить свой собственный, особенный кусочек — крошечную снежинку, которая никогда, ни за что не растает.
Эта мысль поселилась у него в голове еще в раннем детстве: пусть она и звучала нелепо, пусть казалась почти невыполнимой, но чей-то голос словно безостановочно твердил ему: тебе нельзя отказываться от этого желания.
Ты непременно встретишь ту самую снежинку.
Глава 11. Воспитание щеночка-горнолыжника (часть 8)
— Давай тогда вместе выступим на праздничном концерте в честь юбилея университета через два месяца! — выпалил Сюэ Мяофэй.
Ему показалось, что в те мгновения, когда Цзинь Чэньлуо рассказывал о своей мечте, он словно светился изнутри — весь так и искрился, и это зрелище лишь сильнее укрепило в Сюэ Мяофэй желание оказать ему посильную помощь.
Цзинь Чэньлуо склонил голову набок и с сияющими глазами переспросил:
— Вместе? Но я ведь ничего не умею, только кататься на лыжах... Ты хочешь сказать, чтобы я исполнил номер на лыжах под фортепианный аккомпанемент?
— Э-э... Я как раз думаю над тем, что именно мы покажем, — Сюэ Мяофэй и сам долго сомневался, стоит ли затевать настоящее выступление с лыжами прямо на сцене, ведь претворить эту задумку в жизнь было крайне сложно.
Но если отказаться от лыж, как тогда привлечь внимание старших товарищей с профессионального направления по горнолыжному спорту?
— К тому же мы никак не сможем превратить актовый зал в горнолыжный склон...
Оба на мгновение замерли, глядя друг на друга, а затем одновременно рассмеялись.
— Ничего страшного, выход всегда найдется, было бы желание, — с оптимизмом попытался утешить его Цзинь Чэньлуо. — Впереди еще целых два месяца, давай думать вместе!
— Мм! — кивнул Сюэ Мяофэй, после чего его лицо стало гораздо серьезнее. — У нашей цели в этот раз может быть только один ориентир. Ты слышал когда-нибудь о человеке по имени Чжоу Цзиньчуань?
Улыбка Цзинь Чэньлуо слегка померкла, а глаза расширились:
— Чжоу Цзиньчуань? Тот самый бывший олимпийский чемпион по горнолыжному спорту?! Конечно знаю, он мой кумир!
Так и есть.
У Сюэ Мяофэй уже созрел план.
Он поручил 699 выяснить, кто именно, согласно первоначальному сюжету — если бы Цзинь Чэньлуо не стал жертвой козней, — с наибольшей вероятностью взял бы его в ученики после тех соревнований.
Номер 699 выдал целый список имен знаменитых деятелей горнолыжного спорта, и в конце концов Сюэ Мяофэй остановил свой выбор на Чжоу Цзиньчуане.
Чжоу Цзиньчуаню двадцать девять лет, ровно год назад он завершил спортивную карьеру и сейчас занимает должность тренера в национальной сборной. Его коронная дисциплина — горнолыжный спорт. Обладает открытым, доброжелательным характером и обожает выискивать талантливых ребят на всевозможных лыжных состязаниях.
Если сопоставить с тем, как Цзинь Чэньлуо вместе с дедушкой постоянно колесил по отечественным и зарубежным горнолыжным курортам, горные лыжи, должно быть, тоже его главная стихия. А если вспомнить, какова вероятность того, что Чжоу Цзиньчуань случайно оказался бы рядом во время выступления Цзинь Чэньлуо на соревнованиях...
Можно сказать, что с огромной долей вероятности при стандартном развитии сюжета Чжоу Цзиньчуань и должен был стать наставником, уготованным главным герою самой судьбой, а также проводником, выведшим его на олимпийскую арену.
Пусть даже неизвестно, окончил ли Чжоу Цзиньчуань Университет Шаэррия, на вековой юбилей столь известного частного учебного заведения непременно пригласят знаменитостей из самых разных сфер деятельности, а не только выпускников этой академии.
Разве мог такой любитель пошуметь и оказаться в центре событий, как Чжоу Цзиньчуань, пропустить подобное мероприятие? Тем более что горнолыжное направление в Университете Шаэррия пользуется весьма громкой славой.
— По слухам, через два месяца он приедет к нам в университет в качестве почетного гостя на юбилей, — Сюэ Мяофэй подался ближе к Цзинь Чэньлуо, понизил голос и заговорщицки прошептал ему на ухо. — Говорят, на этот раз он пожалует сюда, чтобы приглядеть перспективных ребят, достойных дальнейшего обучения.
Цзинь Чэньлуо притих.
Он опустил глаза, и длинные ресницы отбросили крошечные тени на веки. Сюэ Мяофэй не мог разглядеть выражение его лица, замечая лишь то, как парень бессознательно сжал пальцы в кулак, а затем снова разжал.
— Ты хочешь, чтобы я попробовал свои силы? — тихо спросил он.
— Угу.
— Но... — Цзинь Чэньлуо поднял голову, и в его взгляде читалось полное смятение. — Во всем университете столько людей, на спортивном факультете полно старшекурсников, специализирующихся на лыжах, а я всего лишь первокурсник...
— Ты испугался? Или не веришь в собственные силы? — Сюэ Мяофэй приподнял бровь. — Да ладно тебе! Мы ведь знакомы совсем недавно, но я всегда считал тебя безумно смелым парнем. Неужели я ошибся, и на самом деле ты трусишка?
Цзинь Чэньлуо замер. Он никак не ожидал, что этот человек верит в него сильнее, чем он сам, однако на провокационный тон Сюэ Мяофэя тот даже не рассердился: Цзинь Чэньлуо прекрасно понимал, что собеседник сознательно берет его «на слабо», пытаясь встряхнуть и изменить его позицию.
Цзинь Чэньлуо виновато улыблся.
— Дело не в страхе, — проговорил он неторопливо, словно раскладывая по полочкам собственные мысли. — Просто... я понятия не имею, как заставить его обратить на меня внимание. Среди такого количества талантливых людей я, кажется, ничем не выделяюсь.
Сюэ Мяофэй посмотрел на него, внезапно припомнив недавний анализ, которым с ним поделился 699: у главного героя на редкость чистые и простые помыслы.
И впрямь донельзя простые — настолько, что он упорно не замечает собственных достоинств.
— Ты же сам только что об этом говорил? — Сюэ Мяофэй прислонился к краю стола, и в его голосе явственно прозвучало легкое разочарование от чужой неуверенности. — Тебе нравится само ощущение полета над снегом. Подобная страсть дарована далеко не каждому.
Цзинь Чэньлуо поднял на него глаза.
— Многие катаются ради победы, ради достижений, ради того, чтобы другие оценили их заслуги, — продолжал Сюэ Мяофэй. — Но ты не такой, ты по-настоящему увлечен. И вот это чувство Чжоу Цзиньчуань непременно разглядит.
За окном повеяло ветерком, заставив легкую тюлевую занавеску мягко колыхнуться, а яркое, ласковое солнце постепенно залило Сюэ Мяофэй своими лучами, отчего даже его вечно прохладный и отстраненный, словно снег, облик сделался значительно мягче.
Цзинь Чэньлуо долго вглядывался в Сюэ Мяофэй — так долго, что тот смущенно отвел взгляд в сторону.
[Динь-дон! Главный герой: Цзинь Чэньлуо, благосклонность +5, текущая благосклонность: 37/100.]
— Хватит пялиться на меня! Лучше подумай о своей мечте!
Системное уведомление прозвучало как самый настоящий сигнал, заставляющий покраснеть.
— Т-так что насчет того праздничного номера, о котором ты говорил?.. — Цзинь Чэньлуо изо всех сил попытался вернуть разговор в прежнее русло, но слегка покрасневшие кончики ушей выдали его с головой. — Ты хочешь, чтобы я прокатился на лыжах прямо посреди актового зала? Но ведь там нет снега.
— Вот мы и вернулись к тому, о чем говорили раньше, — Сюэ Мяофэй беспомощно развел руками и пожал плечами. — Нам предстоит решить эту задачку на двоих.
— Впрочем, впереди еще два месяца, спешить пока некуда.
— И то верно, времени должно хватить, чтобы во всем разобраться, — стоило серьезной теме завершиться, как Цзинь Чэньлуо поднялся со стула, сладко потянулся и с улыбкой вбросил шутку: — На худой конец исполню для Чжоу Цзиньчуаня номер по скольжению по паркету без снаряжения, у меня с координацией все в порядке.
Сюэ Мяофэй невольно усмехнулся:
— Скольжение по паркету без снаряжения? И чем это отличается от мытья полов?
— По крайней мере, за мытье полов университету польза будет, — с абсолютно невозмутимым видом заявил Цзинь Чэньлуо. — Авось Чжоу Цзиньчуань растрогается от моего усердия к труду и тут же возьмет в ученики?
— Ишь чего удумал.
— Мечтать не вредно, — ухмыльнувшись, Цзинь Чэньлуо подсел поближе. — К тому же у меня есть ты, готовый ломать голову вместе со мной. Вдвоем-то всяко больше идей придумаем, чем в одиночку?
Произнося эти слова, он оказался несколько ближе, чем следовало, и Сюэ Мяофэй отчетливо разглядел собственное отражение в его глазах.
Эти глаза ярко сияли, словно в них плескались две крошечные капельки солнечного света.
— Ладно-ладно, — Сюэ Мяофэй оттолкнул его пушистую макушку, которая норовила придвинуться еще ближе. — На сегодняшней послеобеденной встрече первокурсников преподаватели наверняка уделят этому вопросу особое внимание. Агент секретной службы Искорка, слушай внимательно!
— Есть, товарищ Командир Снежинка!
Глава 12. Воспитание щеночка-горнолыжника (часть 9)
В половине третьего пополудни в мультимедийной аудитории спортивного комплекса началась торжественная встреча с первокурсниками.
Цзинь Чэньлуо устроился на месте поближе к задним рядам, достал телефон и отправил Сюэ Мяофэй сообщение:
[Искорка]: На позиции, товарищ Командир Снежинка, можете не волноваться!
Отослав послание, он перевел смартфон в беззвучный режим и поднял взгляд на сцену.
Куратор спортивного факультета, сорокалетний мужчина крепкого телосложения, обладал зычным голосом, который мгновенно заставил умолкнуть весь зал. Сперва он обрисовал общую ситуацию на факультете, а затем перешел к учебным планам по специальностям, требованиям к тренировкам, кредитной системе... Цзинь Чэньлуо изо всех сил старался сосредоточиться, но сухие формулировки неумолимо клонили в сон.
Ровно до тех пор, пока куратор не раскрыл юбилейный буклет — его голос заметно оживился.
— А теперь перейдем к гвоздевой программе празднования нашего векового юбилея, — он взмахнул брошюрой в руке. — В этот раз руководство пригласило множество почетных гостей. Что касается нашего спортивного факультета, у меня есть точные сведения: приедет Чжоу Цзиньчуань.
По аудитории прокатилась волна оживленного гула.
Сердце Цзинь Чэньлуо пропустило удар.
Хотя Сюэ Мяофэй уже предупреждал его об этом, услышать подтверждение из уст самого куратора было совсем иначе.
— Тише, тише, — куратор успокаивающе опустил руку и улыбнулся. — Понимаю вашу бурю эмоций, я и сам взволнован. Чжоу Цзиньчуань — подумать только, олимпийский чемпион, живая легенда нашего лыжного спорта!
— Помимо участия в праздничных мероприятиях, в этот раз он лично посетит горнолыжный комплекс на четвертом этаже спорткомплекса для инспекции. Так что если хотите, чтобы он заметил вас, в следующие два месяца пашите изо всех сил!
Цзинь Чэньлуо крепко сжал в руке ручку.
Пахать изо всех сил... Разумеется, он будет выкладываться на полную.
Но неужели одной лишь упорной работы достаточно, чтобы привлечь внимание Чжоу Цзиньчуаня?
Пока он предавался раздумьям, куратор перевернул страницу буклета.
— Кроме того, на юбилее будут присутствовать гости из самых разных сфер, — продолжил куратор. — На направление искусства пригласили нескольких грандов музыкального мира. Среди пианистов — Ли Юэжэнь, Чжан Юаньюй, Юй Лянь... Все они личности, которых обычно удается увидеть лишь на телеэкранах.
С этими словами на большой экран вывели несколько фотографий.
Взгляд Цзинь Чэньлуо мгновенно приковало к себе изображение.
Ли Юэжэнь — седовласая пожилая женщина, сидящая за роялем, излучала одновременно мягкую и мощную энергетику.
Чжан Юаньюй — мужчина помоложе в строгом черном костюме, чьи пальцы замерли над клавишами.
Юй Лянь — на снимке этот мужчина запечатлен с экспрессивным выражением лица и взметнувшимися вверх руками, словно он исполнял грандиозное, исполненное мощи музыкальное произведение.
Три человека, три совершенно разных стиля. Хотя Цзинь Чэньлуо абсолютно ничего не смыслил в фортепианном искусстве и не знал никого из них троих в лицо.
Тем не менее, для такого дилетанта, как Цзинь Чэньлуо, у всех троих было нечто общее — даже по фотографиям безошибочно считывалась та самая аура истинных мастеров.
http://bllate.org/book/32917/4031250
Готово:
