Взглянув на анкеты, он увидел, что под номером 34 шёл возрастной актёр, которого часто можно было заметить в прошлых сериалах — лицо знакомое, но имя вряд ли знал хоть кто-то из зрителей. Он играл преимущественно коварных и безжалостных злодеев, а сейчас на экранах появлялся крайне редко. На вид лет сорока, но выглядел на три с небольшим, с какой-то особенной, закалённой годами непреклонной выправкой.
Оба мужчины больше не болтали и не стали прерывать выступление тридцать четвёртого.
Он выбрал фрагмент из финала сценария: Цзян Чжо на коленях посреди залитой дождём ночной улицы обнимает тело Ань Кэ, затем уносит безжизненную оболочку, укладывает в машину и хладнокровно отправляется вершить месть.
Тридцать четвёртый опустился на колени и принялся играть с невидимым партнёром на руках, слегка согнувшись. Луч света падал на него, и соггнутая спина едва заметно подрагивала.
В сценарии этой сцене отводилась всего одна строчка, без подсказок насчёт мимики и жестов, без указаний, плакать или нет, и даже без единой реплики. Было лишь написано, что идёт сильный дождь, смывающий капли с его лица и одежды, а тёмно-бурая кровь вместе с дождевой водой стекает в водосток.
Это был чрезвычайно сложный отрывок, требующий глубочайшего анализа внутреннего мира персонажа.
Его горе было неподдельным, зримым, при этом он не кричал, передавая эмоции в абсолютной тишине. Наверное, насмотревшись на игру Ли Му, Чжуан Цинь уже почти не мог смотреть на это без слёз, но из вежливости не стал прерывать.
— Чего-то всё же не хватает, но в целом уже очень хорошо, — понизив голос, произнёс Го Баочжэнь.
— Режиссёр, я закончил.
Го Баочжэнь вежливо кивнул:
— Выложились на все сто, сыграно блестяще. Если у вас срочные дела, можете идти, мы созвонимся позже.
Актёр удалился.
— Тридцать пятый, — позвал режиссёр.
Чжуан Цинь бросил взгляд на анкету. Цю Мин.
А?
Это имя показалось Чжуан Циню смутно знакомым. В прошлой жизни этот самый Цю Мин вроде бы был владельцем какой-то крупной медиагруппы, известным в кругах своей щедростью и привычкой яростно защищать своих людей.
В анкете значились имя, возраст, образование и опыт работы в сфере развлечений.
В графе об образовании было указано, что он получил степень бакалавра в Лондонской школе бизнеса, после чего отучился в магистратуре Нью-Йоркской киноакадемии, но в качестве актёра никогда не снимался.
Чжуан Цинь поднял голову и увидел вышедшего на сцену тридцать пятого номера — Цю Мина.
Тот выглядел писаным красавцем, от которого так и везло уверенностью. На нём был костюм от кутюр и туфли ручной работы — он явно шёл не на пробы, а словно на подиум.
— Здравствуйте, уважаемые преподаватели, меня зовут Цю Мин, мне 26 лет, рост 185, достоинство — 18 сантиметров, — в упор глядя на мелкого режиссёра, произнёс он.
Го Баочжэнь: «……»
Чжуан Цинь: «……»
Уголки рта Го Баочжэня дернулись:
— Э-э, а какой номер вы подготовили?
Цю Мин: — О, хорошо, я готов, сейчас начну выступать.
Чжуан Цинь уже почти не сомневался, что Цю Мин и есть тот самый медиамагнат, и в душе шевельнулось некоторое любопытство, как вдруг он заметил у края сценического занавеса какую-то фигуру.
Поскольку свет был сфокусирован на Цю Мине посреди сцены, тот человек тонул в темноте, выдавая лишь силуэт крупного телосложения — лица было совсем не разглядеть, но от него исходила едва уловимая, давящая аура.
Чжуан Цинь несколько секунд в упор смотрел на незнакомца, но тот словно почувствовал взгляд и мгновенно перевёл прицел. Их взгляды встретились в темноте, где лиц не было видно вовсе.
В грудилых зародилось сильное предчувствие, и он понизил голос:
— Режиссёр Го, этот человек пришёл на пробы?
— Какой? — Го Баочжэнь, ждавший, пока Цю Мин настроится на нужный лад, повернул голову.
— Вон тот, — Чжуан Цинь указал пальцем. — Стоит у занавеса, очень высокий. Видите его?
— А-а, ты про него. Он не на пробы пришёл, — тихо ответил Го Баочжэнь. — Приплёлся вместе с тем парнем, что на сцене, они просто сопровождающие. Смотрю на них — не разлей вода, такие близкие отношения. Правда, внешне этот парень даже лучше того, что выступает. Какая жалость, что он не актёр, а то я бы с удовольствием подписал с ним контракт.
Чжуан Цинь погрузился в раздумья, подозревая, что это мог быть Ли Му, но полной уверенности не было.
На сцене Цю Мин приступил к номеру.
Он пытался разыграть тот же фрагмент, что и тридцать четвёртый, но Го Баочжэнь никак не ожидал, что кто-то способен сыграть настолько бездарно.
Надев шикарное пальто от кутюр, Цю Мин рухнул на пол и наигранно завопил:
— А-а!
На его лице застыло скорбное выражение, он театрально схватился за сердце, переигрывая в каждой детали.
Го Баочжэнь скривился так, будто наткнулся на нечто отвратительное, потерпел три секунды и оборвал его:
— Свободны, уходите.
Цю Мин тут же подскочил, ни капли не расстроившись, и озарил всех широченной улыбкой:
— Режиссёр, обязательно позвоните мне, ладно?
Он заявился сюда просто по прихоти, от нечего делать, чтобы глянуть, насколько нищим может быть этот нищенский съёмочный группёшник. А Ли Му, которого давно интересовал сценарий, на этот раз пришёл за компанию, но участвовать в пробах не стал.
В зале ярко вспыхнул свет, и эффект прожекторов померк. У залитого ярким светом края сцены Цю Мин направился к Ли Му.
Чжуан Цинь проследил за ним взглядом.
Ли Му, казалось, тоже мельком глянул в его сторону, после чего оба скрылись за кулисами.
— Режиссёр Го… — не выдержав, окликнул его Чжуан Цинь.
— М? — Го Баочжэнь красной ручкой жирно перечеркнул анкету Цю Мина.
— Тот парень, который пришёл вместе с Цю Мином… Почему он не попробовал себя?
— А? — переспросил Го Баочжэнь. — Так он же не актёр!
— Актёр, — Чжуан Цинь волновался сильнее самого режиссёра. — Вы читали роман «Вечное тело небес»?
— Конечно читал, я законченный фанат научпопа и фантастики, даже видел короткометражку по мотивам этого романа… — на этих словах Го Баочжэнь вдруг что-то сообразил и изумлённо замер. — Погодите-ка, это случайно не он… да нет, неужели в главной роли был он?!
— Он самый, — боясь, что тот сбежит, Чжуан Цинь уже заерзал на стуце. — У вас есть его телефон? А ваш ассистент? Не могли бы вы перехватить его? Я считаю, что на роль Цзян Чжо он подходит идеально.
— У меня нет ассистента, к тому же здесь только номер его друга… — Го Баочжэнь теперь тоже загорелся.
Короткометражка «Вечное тело небес» держалась исключительно на бенефисе одного актёра. И хотя шла всего полчаса, это была потрясающая работа! Визуальные эффекты просто запредельные! По сюжету космонавт во время межзвёздного путешествия неожиданно приходит в себя и обнаруживает поломку корабля. Судно дрейфует в открытом космосе лицом к лицу с красным гигантом. Попытки починить всё проваливаются раз за разом, и вот он в скафандре парит в безмолвной пустоте космоса, молча глядя на близкую, но недосягаемую звезду.
У актёров в этом фильме почти не было реплик — лишь немногочисленные монологи в пустоту да разговоры с бортовым искусственным интеллектом. Но нельзя было отрицать, что короткометражка снята великолепно: безупречна и актёрская игра, и режиссёрское мастерство, и бережное отношение к первоисточнику.
В очереди оставался ещё один актёр, но, мельком глянув в анкету, Чжуан Цинь потерял к нему всякий интерес. Как только тридцать шестой закончит, на этом сегодняшние пробы можно считать закрытыми — дальше шли сплошные массовки по найму, и продолжать кастинг не имело смысла.
Чжуан Цинь предложил:
— Режиссёр Го, может, вы сами сходите и попросите у него контакты? Такое нельзя упускать.
— И то верно.
Го Баочжэню было уже не до размышлений о том, не убудет ли от его авторитета, и он поднялся на ноги:
— Учитель Чжуан, подождите меня минутку.
Режиссёр тут же вышел из зала и, заметив направляющихся к выходу Цю Мина и его спутника, поспешно окликнул их:
— Постойте на секунду, молодые люди.
Цю Мин обернулся:
— Режиссёр Го, результаты проб уже готовы? Я прошёл?
— Нет-нет, ещё не готовы.
Если бы не смазливая физиономия Цю Мина, Го Баочжэнь и смотреть бы в его сторону не стал. Переведя взгляд на Ли Му, он расплылся в самой обаятельной улыбке:
— Здравствуйте-здравствуйте! Сразу вас не признал. Господин Ли, я видел короткометражку «Вечное тело небес» с вашим участием, я ваш преданный поклонник…
Го Баочжэнь задрал голову, разглядывая его. В лучах ранневесеннего солнца черты лица этого мужчины казались еще более выразительными, просто безупречными: спинка носа и надбровные дуги поистине выдающиеся, глазницы глубокие, а взгляд пронзительный. При ближайшем рассмотрении в нём угадывались экзотические нотки.
Его внешние данные просто сражали наповал!
Го Баочжэнь, в конце концов, в прошлом был журналистом, бравшим интервью у множества сильных мира сего, поэтому ничуть не смутился:
— Не заинтересованы ли вы в роли главного героя в «Спрятанном сердце»? Если вам не трудно, не могли бы вы оставить свои контакты…
Периферийным зрением Ли Му заметил у входа в фойе театра паренька в бейсболке и защитной маске.
Он холодно бросил:
— Режиссёр, это вы просите мой номер или кто-то другой?
— А? — растерялся Го Баочжэнь. — Какой ещё другой?
Мозг режиссёра не сразу сообразил, к чему ведётся разговор, и он выдал:
— Раз это моя картина, разумеется, я и прошу.
Чжуан Цинь наблюдал за происходящим издалека.
Из-за большого расстояния он не слышал, о чём Го Баочжэнь беседует с Ли Му, но ему показалось, будто Ли Му бросил на него мимолётный взгляд.
Спустя полминуты оба мужчины направились к выходу, а Цю Мин на прощанье помахал рукой:
— Режиссёр, до встречи!
Го Баочжэнь с поникшим видом вернулся обратно и беспомощно развёл руками перед стоявшим у входа Чжуан Цинем.
— Ну как? Удалось раздобыть контакты? — спросил Чжуан Цинь.
— …Нет, — сдулся Го Баочжэнь. — Я даже имя его не узнал. Только что попросил номер, а он в ответ спрашивает: это вы сам просите или кто-то другой? Я ответил, что я, а он извините — и был таков.
Чжуан Цинь тоже остолбенел, совершенно ничего не понимая.
Го Баочжэнь недоумевал:
— В смысле? Я сказал, что мне надо, а он не дал — это он меня за человека не считает, что ли?
Чересчур запутанно. Это что, какие-то приёмы уличного пикапа? И кого, чёрт возьми, он имел в виду под этим другим?
http://bllate.org/book/32871/4023494
Готово:
