Фан Ци лежал на кровати, и ему потребовалось целых десять минут, чтобы вернуть себе чувствительность.
Он открыл глаза, но перед взором всё расплывалось, тогда он принялся тереть глаза раз за разом, однако вокруг по-прежнему клубились расплывчатые тени.
Где это он?
Голова Фан Ци раскалывалась от боли, тело казалось ватным и слабым. Опираясь о доски кровати, он кое-как приподнялся и сел. Левая рука нащупала что-то липкое, а правая — слой пыли.
Фан Ци потёр пальцы, мысленно гадая, что же это такое.
Ещё через мгновение зрение немного прояснилось. Фан Ци поднял руку и тут же вскрикнул:
— А-а-а! Кровь!
Лицо Фан Ци побледнело от ужаса. Неужели это какое-то место преступления?! Не успев толком ничего обдумать, он камнем сорвался с кровати, кубарем скатился на пол и, помогая себе руками и ногами, пополз прочь.
Не прополз он и полшага, как наткнулся на какой-то твердый предмет — длинный и тонкий, мягкий с твердой сердцевиной, похожий на человеческую руку.
В тот же миг в голове Фан Ци зловеще замаячили два ярко-красных слова. Труп? Труп? Труп?
Эти два слова заклинанием крутились в голове Фан Ци, заставляя его со всех ног броситься бежать — бежать так быстро, как только возможно. Но помимо этого, где-то в глубине души звучал слабый голос: а вдруг он не умер?
Вдруг он не умер? Ты что, пройдёшь мимо и не поможешь умирающему?
Фан Ци прекрасно знал свою натуру: если он сейчас, даже не взглянув, сбежит спасать собственную шкуру, то каждый раз, просыпаясь в холодном поту среди ночи, этот вопрос будет всплывать и не давать ему уснуть... Пройти мимо и не помочь! Пройти мимо и не помочь! Пройти мимо и не помочь! Мужчина ты или нет?!
Взвесив все за и против, Фан Ци решил, что от одного взгляда хуже не станет. Набравшись храбрости ради душевного покоя, он медленно опустил голову, бросил быстрый взгляд и тут же резко отпрянул назад.
В ту самую секунду, когда он поднял голову, ему показалось, что этот человек смутно знаком.
Лежавший на полу ребенок был почти голым, с ног до головы в крови, а его тело и ноги усыпаны ранами самого разного размера.
Фан Ци с трудом сглотнул вязкую слюну и, прищурившись, вгляделся внимательнее. Мальчик лежал с плотно закрытыми глазами, его брови слегка хмурились от боли, а волосы свалялись в жесткие колтуны, напоминая сухую солому из-за того, что их давным-давно не мыли; сбившись в неопрятные пряди, он выглядел вылитым адептом нищенской секты.
Но сейчас дело было вовсе не в этом.
Главное заключалось в том, что лицо ребенка поросло густым черновато-желтым пухом, росшим куда обильнее, чем у обезьяны. В груди Фан Ци шевельнулось недоброе предчувствие. Дрожащими руками он приоткрыл одежду мальчика и увидел, что его руки, живот и бедра покрыты бурыми пятнами.
Фан Ци: «……»
У Фан Ци потемнело в глазах. С чего бы этому уродливому малышу-обезьянке выглядеть точь-в-точь как Хун Юань из Стать Богом?!!!
Неужели это он и есть?!
Просто невероятно, бред сивой кобылы!
В голове Фан Ци образовалась пугающая пустота, он обессиленно опустился на пол, пытаясь унять участившееся дыхание.
Пол был ледяным. Просидев так какое-то время, он почувствовал, как холод от самых стоп поднимается по спине. Фан Ци зябко передергнул плечами и кое-как вернул себе остатки самообладания. Он опустил голову и снова критически оглядел ребенка на полу.
Посмотрев на него несколько раз туда-сюда и потрогав шерстку на лице мальчика, он убедился — та не была приклеена.
Фан Ци отдернул руку, прикусил палец и потёр мурашки на предплечье. Ему было больно и холодно, а значит, всё это происходило наяву. С трудом переваривая эту истину, он подумал, что, судя по всему, возможно, скорее всего, он угодил внутрь книги, но...
Даже если этот парень и впрямь Хун Юань, какого чёрта он здесь делает?
Неужели это чья-то злая шутка?
Фан Ци вскочил на ноги и принялся шарить по комнате в поисках улик.
Он бы ни с того ни с сего не очутился на страницах романа, наверняка должна быть какая-то причина. Пока он только что здесь появился и еще ничего не нарушил, стоит поискать хоть какие-нибудь полезные зацепки.
У главного героя в доме шаром покати, бедность была такая, что даже звякнуть было нечем. Встав посреди комнаты, Фан Ци сделал полный оборот вокруг своей оси — здесь можно было пересчитать всех мух.
Вскоре у изголовья кровати Фан Ци обнаружил черный камень, формой напоминавший ракушку.
Удивленно подняв его, он принялся вертеть вещицу в руках. Камень был черным как смоль и гладким, словно нефрит.
Если память его не подводила, это был невероятно дорогой Камень Передачи Звука из книги, созданный из ушных косточек магического зверя Девятого ранга. Подобная редкость позволяла передавать звуки на расстояние в сто тысяч ли. При этом он мог служить диктофоном огромной емкости и безупречного качества: если записать на него целый толковый словарь, то даже спустя десятки тысяч лет звучание останется первозданным.
Камнем Передачи Звука столь высокого класса могли пользоваться только главы и патриархи крупных сект и знатных кланов... Как он вообще мог оказаться в таком месте?
И в этот самый момент, когда Фан Ци терзался сомнениями, до его ушей едва долетел слабый, исполненный бессилия голос. Фан Ци опустил взгляд: мальчик лежал без чувств, это говорил не он. Прислушавшись вновь, Фан Ци понял, что голос звучал одновременно старчески и властно, словно доносясь издалека-далеко.
Фан Ци посмотрел на зажатый в руке Камень Передачи Звука.
— Спаси его.
Спаси его?
Кого именно спасти?
Фан Ци растерялся. Неужели этот голос обращается к нему?
В мире книги Стать Богом хватало могущественных мастеров и неведомых отшельников — стоило выбрать любого из них, и тот окажется несравненно сильнее его самого, городского жителя, чьи руки и ноги не приспособлены к тяжелому труду. Кому в этой книге вообще может потребоваться его помощь?
Фан Ци еще раз окинул взглядом комнату и посмотрел на главного героя на полу.
……
Пожалуй, ему стоило взглянуть на ситуацию под другим углом: кто во всей этой комнате нуждался в спасении = =
Сжав Камень Передачи Звука, Фан Ци опустился на корточки и неуверенно произнес:
— Кого спасать? Главного героя? Хун Юаня? Кто ты? И как я здесь оказался?
Голос из Камня Передачи Звука стал еще более призрачным и туманным.
— Спаси его.
Разве это не живой собеседник, а всего лишь Камень Передачи Звука, сохранивший чужую речь?
Помолчав немного и перестанув задавать лишние вопросы, Фан Ци робко задал тот, что волновал его сильнее всего:
— А я вообще смогу вернуться обратно?
Хотя на том берегу у него никого не осталось. Родители давным-давно развелись, обзавелись новыми семьями и детьми, и его собственное существование было одновременно неловким и лишним. Но после нескольких лет упорного труда он кровью и потом скопил наконец на первый взнос по ипотеке, сделал ремонт и ждал, пока выветрится запах краски, как вдруг загнулся, не пожив там ни единого дня! Если подумать, нести такие убытки было обидно до слез!
Фан Ци в напряжении ждал ответа, не замечая, что на Камне Передачи Звука в его руке уже появились мелкие трещинки.
На этот раз молчание затянулось еще дольше. Камень Передачи Звука издал звук, похожий на долгий вздох, и дряхлый, едва уловимый голос ответил:
— Лишь бы вы согласились протянуть руку помощи.
Фан Ци с облегчением выдохнул, смутно чувствуя, что что-то здесь не так, впрочем... Главное — сможет вернуться.
Как только он собрался спросить, когда и как именно он сможет вернуться и кто вообще собеседник, в ушах внезапно раздался тихий треск, а правая рука онемела от резкой боли. Скосив глаза, Фан Ци увидел, что его правая ладонь пуста, а Камень Передачи Звука рассыпался в мелкий порошок, который тут же просыпался сквозь пальцы.
Разрушился? Ошеломленно подумал Фан Ци, этот Камень Передачи Звука вовсе не так прочен, как писали в книге! Разве не утверждалось, что он невероятно тверд, способен рассекать металл, а на расстоянии передавать звук и служить защитой в ближнем бою?!
Когда он читал книгу, то в воображении представлял его не иначе как алмаз!
В этот момент мальчик на полу издал короткий приглушенный стон.
Опомнившись, Фан Ци перевел взгляд на главного героя: мальчик до крови прикусил губу, сдерживая рвущийся наружу стон, а его лицо пылало жаром.
Фан Ци на мгновение погрузился в оцепенение.
Неужели тот самый несчастный ребенок из книги, которого отвергло само небо и к которому мир был столь жесток, — это и есть мальчик перед ним?
Он никак не мог связать этого тщедушного ребенка с тем властным, мрачным и невероятно сильным божеством с замашками покорителя небес, каким тот представал в финале Стать Богом.
Сложное выражение промелькнуло на лице Фан Ци, словно он в одно мгновение шагнул прямо в самую гущу сюжета.
Ничего не попишешь: кожа ребенка обтягивала торчащие кости, он был исхудавшим до предела, а старые раны еще не зажили, как на них появились новые. Тело пересекали сине-фиолетовые полосы от ударов кнута, свежие раны зияли обнаженным мясом и уже начали гноиться, и лишь наступившие холода спасали их от вони и червей.
В столь юном возрасте ему было еще очень далеко до самостоятельной жизни. Лишенный родительской заботы, он терпел лишь издевательства и мучительные побои от родственников и соучеников. Подобные страдания с трудом вынес бы и взрослый человек, как же с ними справлялся хрупкий ребенок?
Однако Фан Ци, прочитавший дальнейший сюжет, прекрасно понимал, что это далеко не конец. Ему лучше было попридержать избыток своей бьющей через край жалости — впереди она еще не раз пригодится.
Страдания и муки главного героя нарастали слой за слой. Семь лет, проведенные в Имение Чжао, уже перевернули все его представления о подонках. То, что творилось позже в Секта Фэнъяо, а затем и на пути пресловутой наживки для рыб, и вовсе окончательно разрушило его мировоззрение, заставляя всерьез сомневаться в самом смысле жизни = =
У других людей после пережитых бедствий непременно наступало благополучие, но в случае с главным героем за одним страшным испытанием неизменно следовало еще более жуткое и кошмарное.
Особенно кульминационная сцена в Долина Тысячи Трупов.
Тогда главному герою переломали все сухожилия, стерли кости в порошок, а кровь, плоть и жилы собирали заново. Пройдя через врата смерти к возрождению, закаленный сотнями огней, среди кровавого месива он достиг божественности.
Стоило Фан Ци лишь представить этот процесс, как у него самого начинало ныть всё внутри.
По сравнению с тем, через что мальчику еще предстояло пройти, нынешние раны казались лишь детскими царапинами.
Фан Ци вздохнул, возвращаясь из мысленных странствий.
Только что он немного посидел на полу, и пронизывающий холод от самых ступней полз вверх, леденя руки, ноги и самое сердце.
Главный герой был весь в ранах, к тому же скатился с кровати и неизвестно сколько пролежал на холодной земле. При внутренних хворях и внешних увечьях было бы странно, не подхвати он жар.
Глядя на мальчика, Фан Ци прикинул, как к нему подступиться.
Ему никогда не доводилось ухаживать за детьми, и он потратил пару минут на раздумья, как перетащить тело на кровать. Просунув одну руку под затылок мальчика, а второй поддержав его под ягодицы, Фан Ци легко, словно пушинку, поднял его на руки.
Те несколько секунд, пока он нес его к постели, Фан Ци еще раз мысленно выругал автора на чем свет стоит.
Уложив главного героя на кровать — кроватью это можно было назвать лишь условно, скорее уж две сложенные по краям каменные глыбы, на которые положили грубую, плохо обтесанную доску, оставляя совсем немного тесного пространства.
Фан Ци смутно припоминал, что эту кровать мальчик смастерил сам.
Неужели! Вот почему, когда он только что очнулся и попытался отпрыгнуть всего на сантиметр от края, сразу же шмякнулся на пол! Да это же была самая настоящая детская кроватка.
На досках валялась сухая трава, а поверх соломенной циновки лежало сырое, почерневшее ватное одеяло, от которого исходил резкий, удушливый запах плесени.
Интересно, когда это одеяло в последний раз стирали и сушили?
Человеку с жаром требовалось пропотеть, а от подобных сырых вещей больному станет только хуже, верно? Фан Ци потер подбородок и, заметив боковым зрение, что всё еще одет в уличные вещи, сбросил куртку, набросил ее на мальчика, а сверху прикрыл тем самым одеялом.
Бессмысленно уставившись на одежду и спрятанного под ней главного героя, Фан Ци мысленно издал звенящий сигнал тревоги. Какого чёрта его одежда переместилась вместе с ним, а вот его цифровая читалка со скачанными романами — нет?! Мда-а-а... Уж лучше бы он остался без своей куртки!
http://bllate.org/book/32858/4021370
Готово:
