И Цюй испугалась:
— Молодой господин!
Чу Ро удержала её:
— Не поднимай шум. Наверное, это из-за запретного лекарства, которое я приняла раньше. Сегодняшнее потрясение оказалось слишком сильным, и яд дал о себе знать. Найди Мо Сян, смотри ни в коем случае никому не показывай виду, иначе мою истинную личность не удастся скрыть. Как только Мо Сян поможет мне укротить яд и пульс придёт в норму, пошлёшь кого-нибудь во дворец за императорским лекарем, чтобы всё выглядело открыто и законно.
Заговор Да-Юя
Чу Ро болела уже три дня, всё это время находясь в беспамятстве с не спадавшим высоким жаром. В полусне ей казалось, будто она видит своего второго старшего брата, словно она снова вернулась в тот вечер, когда второй старший брат наконец вымолил у Императора разрешение отправиться на войну.
Они сидели со вторым старшим братом на каменных ступенях у входа в главный зал и смотрели на звёзды. Второй старший брат рассказывал ей, как велик мир за пределами столицы, говорил о воинах Пограничного города, проливавших кровь в смертном бою, и о своих великих амбициях. Она помнила, как второй старший брат сказал:
— Жо-эр, ты дождись меня, брат обязательно удержит наш Пограничный город, защитит народ Царства Чу и защитит Жо-эр. Когда мы разобьем Да-Юй, я добуду для тебя белого волка из Пограничного города. Шкура у тамошних белых волков особенно густая и тёплая, с ней Жо-эр больше никогда не будет бояться холода.
Она улыбалась и отвечала, что согласна. Тогда она была твердо уверена, что второй старший брат непременно защитит государственные рубежи, непременно сдержит обещание, непременно вернется с волчьей шкурой. Но в конце концов она дождалась лишь обезглавленного трупа.
Чу Ро хмурилась, прижимая руку к груди, и с мучением ворочалась с боку на бок. Ей снилось, как второго старшего брата расстреливают из луков, а он не может закрыть глаза в смерти; снилось, как его голову отрубают, и кровь брызжет на три чи вокруг; снилось, как Сяо Цзисюань и члены Семьи Шэнь держат его голову и торжествуют… Ей казалось, что она начинает задыхаться, но проснуться не получалось, и оставалось лишь судорожно сжимать воротник на груди.
И Цюй и Мо Сян в панике прижали её руки к постели, наперебой окликая:
— Принцесса, принцесса… Где у вас болит?
Внезапно сон Чу Ро переменился, и Сяо Цзисюань вместе с Шэнь Чэнсинем со злобными оскалами отдали приказ:
— А ну скормите голову Чу Цзюня собакам!
Из ниоткуда появилась стая огромных свирепых псов. Чу Ро охватила страшная тревога, но помешать она не могла, и, отчаянно замахав руками и ногами, она резко села на кровати:
— Нет!
И Цюй и Мо Сян с радостью схватили её за руки:
— Молодой господин, вы наконец очнулись!
Лишь тогда Чу Ро пришла в себя от кошмара, перевела дыхание и вытерла холодный пот со лба:
— Что со мной?
— Молодой господин горел в лихорадке три дня, жар спал только минувшей ночью.
Чу Ро посмотрела на непроглядную тьму за окном и спросила:
— Который час?
И Цюй ответила:
— Час инь, стражу только что отбили.
— Налей мне чаю.
Мо Сян коснулась её лба, затем перехватила запястье и проверила пульс. Убедившись, что всё в порядке, она наконец вздохнула с облегчением:
— Жар наконец спал. Молодой господин голоден? Служанка пойдет сварить кашу.
Чу Ро остановила её:
— Не спеши. Кто-нибудь из дворца приходил?
— Приходили. Служанка подавила яд в организме молодого господина и лишь после этого отправила людей уведомить Императора Да-Юй. Они специально прислали императорского лекаря на осмотр. Тот заявил, что молодой господин с детства отличался слабым здоровьем, к тому же впервые покинул родные края и плохо переносит здешний климат, а вдобавок ко всему слишком сильно предавался раздумьям, оттого и слег. Он выписал жаропонижающий отвар и удалился.
Чу Ро успокоилась:
— А еще что-нибудь произошло?
И Цюй с мстительным злорадством произнесла:
— Мин Лу сказывал, что Император жестоко отчитал Второго принца Да-Юй и даже приказал ему запереться в покоях и обдумать свои поступки. Изначально предполагалось, что на празднике Дуаньу в Да-Юй жертвоприношение вместо Вашего Величества совершит он, но теперь это поручили Старшему принцу.
Чу Ро опустила чашу с чаем:
— Позови Мин Лу внутрь.
Услышав призыв, Мин Лу быстро вошел. И Цюй осталась стоять у дверей, не подпуская близко дворцовую прислугу, присланную Да-Юй. Чу Ро расспросила о подробностях случившегося, и Мин Лу пояснил:
— Всё из-за того дня, когда Второй принц оскорбил вас головой нашего Второго принца, чем в итоге разозлил Заложников из всех вассальных государств. Да-Юй наверняка не желает видеть объединения вассальных стран, но из-за того, что Второй принц вел себя до того бесчеловечно, вышло с точностью до наоборот, и Император Да-Юй закономерно разгневался. Говорят, гнев затронул даже Императрицу и Семью Шэнь, а Император даже издал особый указ с суровым выговором Императрице.
Чу Ро оглаживала чашку в руках, погрузившись в раздумья: даже если эти несколько Заложников и объединились, Император Да-Юй не должен был так сильно гневаться. В конце концов, всякому понятно: те, кого отправили в заложники, фактически брошены собственными странами и представляют из себя лишь жалких отбросов. Почему же Император Да-Юй так обеспокоен тем, что эти Заложники действуют сплоченно?
Она подняла голову и отбросила лишние мысли:
— Как только рассветет, распусти слух, что я пришла в себя.
Мин Лу недоумевающе спросил:
— Зачем? Молодой господин только-только очнулся и нуждается в покое. Все эти дни Заложники из других государств беспрестанно справлялись о вашем здоровье, и если они узнают, что вы проснулись, то непременно придут навестить. Во дворце тоже отправят людей с визитом — как же тогда молодому господину отдыхать?
Чу Ро улыбнулась:
— Мне и нужно, чтобы они пришли навестить меня. Отдохнуть можно в любое время, а я уже в полном порядке.
И верно, едва прошел слух о том, что Чу Ро очнулась, и еще до того, как подали утреннюю трапезу, из дворца прислали императорского лекаря снова проверить её пульс. Похоже, Император Да-Юй чрезвычайно дорожил её жизнью!
Как странно. Поначалу она думала, будто Император Да-Юй желает чужими руками — через Сяо Цзисюаня — намеренно заморить её до смерти, дабы вызвать гнев Царства Чу, найти повод для нападения и полностью захватить чужеземные земли себе. Но сейчас судя по всему дело обстояло совсем иначе: у Императора Да-Юй были другие планы.
Лекарь вновь выписал горы укрепляющих отваров и оставил немало драгоценных лекарственных трав, прежде чем удалиться. Едва Чу Ро завершила утреннюю трапезу, как Заложники из четырех остальных государств прислали визитные карточки с вопросом, могут ли они нанести визит. Чу Ро ответила согласием, и не успело наступить полудня, как все четверо явились с подарками.
Заметив, что за каких-то три дня Чу Ро будто бы еще сильнее осунулась, все они крайне встревожились:
— Брат Чу, если ты нам доверяешь, можешь поведать о своей болезни. И три сапожника заменяют одного Мудреца, быть может, мы сумеем помочь тебе отыскать рецепт от этого недуга.
Чу Ро улыбнулась:
— Эта болезнь у меня от рождения, лекарства и иглы бессильны.
Остальные больше не стали настаивать. Дунфан Мо поднялся и ответил ей поклоном:
— Благодарю брата Чу за благородство в тот день. Не прояви ты заступничество, позору подвергся бы я один, однако из-за этого после смерти пострадал второй старший брат брата Чу, а сам брат Чу слег на одр болезни.
Чу Ро небрежно отмахнулась:
— К чему эти слова? Мы вместе находимся в заложниках у Да-Юй и по долгу службы должны помогать друг другу, не уподобляясь бесхребетному государству Яньчэнь, которое готово пресмыкаться рабами ради жалкого сохранения жизни.
http://bllate.org/book/32849/4019934
Готово:
