Третий старейшина цокнул языком, с явной жалостью поднимая развалившуюся пополам тыкву-горлянку с вином, встряхнул неряшливые одежды и широким шагом удалился, не оглядываясь.
Хэ Юньчжэнь со скрытым смыслом посмотрел на удаляющуюся спину, а затем перевел взгляд на трех оставшихся старейшин:
— Еще что-то?
— …
Второй и четвертый старейшины переглянулись и потащили за собой Первого старейшину, чье лицо исказилось от переполнявшей его ненависти.
Выйдя за двери главного зала, Первый старейшина тут же скривился и проговорил:
— Разве не говорили, что он тяжело ранен?!
— Весть не может быть ошибочной… К тому же в последнее время он пил наше снадобье, у него никак не должно остаться сил использовать внутреннюю энергию.
Второй старейшина тоже выглядел озадаченным.
Четвертый старейшина краем глаза заметил, что Хэ Юньчжэнь внутри зала всё еще смотрит на дверь, и, почувствовав холодок в спине, поторопил остальных:
— Нас могут услышать, уходим, уходим, уходим.
…
— Глава секты.
Фу Си бесшумно появился за спиной Хэ Юньчжэня и уже собирался доложить о том, что старейшины тайком подослали людей следить за ним, как вдруг Хэ Юньчжэнь опустил руку ему на плечо.
Давление было пугающе тяжелым, Фу Си даже испугался, что в следующую секунду его плечо просто хрустнет.
Но разве он в чем-то провинился?
Он уже хотел было спросить, как вдруг Хэ Юньчжэнь покачнулся, и мгновенный упадок сил едва не повалил его с ног. Фу Си испуганно бросился поддержать главу.
— Глава секты?! Вы…
— Замолчи… Не привлекай внимания.
Хэ Юньчжэнь с трудом подавил бурление ци в груди, сойдясь в гневе темными бровями, и выдавил буквально по слогам сквозь зубы:
— Проводи меня обратно…
Глава девятая: Не хочу оставаться у него в долгу
— Глава секты, я сию же минуту позову Старца Сунь!
Фу Си редко видел своего главу столь ослабленным, а потому на миг потерял самообладание. Доведя Хэ Юньчжэня до Павильона Теплых Облаков, он тут же собрался идти на поиски Старца Сунь.
Старец Сунь появился в Секте Цюнлай два года назад. Фу Си не знал, каково его истинное происхождение, ему было лишь известно, что старец заключил с главой некую сделку: Хэ Юньчжэнь разрешил ему остаться в Секте Цюнлай и вести уединенную жизнь, а взамен искусный в медицине и фармакологии Старец Сунь должен был лечить главу, когда в том возникнет нужда.
Самое главное — Глава секты, казалось, очень доверял Старцу Сунь, поэтому Фу Си инстинктивно подумал о нем.
— Вернись!
Хэ Юньчжэнь сам надавил себе на несколько точек на теле, временно сдерживая бушующую в сосудах кровь, и предупредил:
— Никого не зови, встань снаружи на страже, и никого не впускать.
— Глава секты!
Фу Си встревожился. Раз главе так плохо, наверняка тут замешаны те лекарства, что подсунули старейшины, как же можно обойтись без лекаря?!
— Иди!
Хэ Юньчжэнь стиснул зубы, чтобы не выдать боль стоном, и когда его дыхание участилось, терпение окончательно иссякло.
Если позвать Старца Сунь прямо сейчас, старейшины непременно догадаются о его состоянии, а это неизбежно породит смуту.
В сердце Фу Си всё протестовало, но перечить Хэ Юньчжэню он не смел. Ему оставалось лишь отступать, то и дело оглядываясь, и с честью нести дозор у входа в Павильон Теплых Облаков, неотрывно следя за тем, что происходит внутри.
— Ха…
Хэ Юньчжэнь скрестил ноги на постели, раз за разом пытаясь вытолкнуть наружу странную, чужеродную силу, затаившуюся в меридианах. Однако эта сила походила на илистый осадок на дне реки: стоило лишь чуть-чуть ее потревожить, как она тут же смешивалась с водой, и отличить одно от другого становилось невозможно.
После нескольких безуспешных попыток одежды Хэ Юньчжэня промокли насквозь от холодного пота, а губы сделались мертвенно-бледными.
Нечеловеческие муки продолжались до самого вечера.
— Кхе…
Хэ Юньчжэнь уставшим движением стер кровь с уголка рта, прислонившись спиной к изголовью кровати. В темноте его глаза поблескивали с неопределенным выражением.
Внезапно из-за двора донесся шум: звуки скрещивающихся клинков отчетливо проникли в Павильон Теплых Облаков. Хэ Юньчжэнь стремительно сменил одежду и вышел наружу.
— Свист!
В тот самый миг, когда дверь отворилась, прямо в горло Хэ Юньчжэню полетела скрытая стрела, но не успел он даже шевельнуться, как ее перехватила окровавленная рука.
— Глава секты, снова смертники.
Фу Си резким движением отбросил стрелу, уничтожив прятавшегося в тени наемника, и настороженно застыл рядом с Хэ Юньчжэнем, не позволяя убийцам воспользоваться моментом.
Хэ Юньчжэнь окинул холодным взглядом двор, где подчиненные ему тайные стражи уже заканчивали расправляться со смертниками, и ледяным тоном приказал:
— Живыми не оставлять.
— Вжух!
По одному лишь знаку кровь брызнула во все стороны — головы оставленных для допроса убийц полетели с плеч.
Густой запах крови заставил Хэ Юньчжэня с недовольством нахмуриться. Повернувшись к Фу Си, он спросил:
— Пока я медитировал, приходили ли какие-нибудь вести?
— Да, подчиненные как раз собирались доложить, — Фу Си собрался с мыслями и доложил: — С вэйского часа назад тайные агенты донесли, что несколько старых сановников при дворе обвинили генерала Шана в бездействии. Они припомнили и то, как несколько месяцев назад генерал Шан по приказу сопровождал обоз с помощью бедствующим регионам, но по пути столкнулся с бандитами и не уничтожил их вовремя, что в итоге привело к резне в Деревне семьи Ли. Из-за давления со стороны недовольных император был вынужден издать указ, приказав Шан Ухо в кратчайшие сроки схватить Му Яоцина, в противном случае его ждет суровое наказание.
— Ха, банда старикашек, которым лишь бы языком трепать издалека.
Хэ Юньчжэню это показалось верхом цинизма. Кучка трусов, которые при любой беде норовят спрятаться в панцирь и переложить вину друг на друга, смеет осуждать воина, идущего в бой с обнаженным клинком?
Насколько ему было известно, во время той спасательной операции несколько месяцев назад на каждом шагу свирепствовали разбойники, а вокруг громоздились крутые горы и изрезанная местность. Стоит ли говорить, что борьба с бандой головорезов, которые прекрасно знают каждый холм и лишены всяких понятий о совести, — задача ничуть не легче подавления мятежа. Эта шваль мастерски затягивала время: их не перебить до конца, от них не скрыться, сплошная морока.
То, что Шан Ухо сумел в подобных условиях невредимо доставить людей и зерно до пострадавших, уже само по себе безупречно. Возьмись за это кто-нибудь другой — непременно понес бы тяжелые потери, не говоря уже о сохранении припасов.
Что же до вырезанной деревни, то она находилась далеко в стороне от маршрута Шан Ухо, к тому же в глухом месте. Если только у Шан Ухо не вырастут крылья, он физически не смог бы преодолеть горы и прийти на помощь в первый же миг.
Каким бы искусным ни был Шан Ухо, он всего лишь человек.
— А что насчет дела в переулке? — спросил Хэ Юньчжэнь.
— Генерал Шан использовал улики из Переулка Удун, обвинения в убийствах с помощью армейского оружия с них сняты, а приказ о розыске Секты Цюнлай отменен. Император лишь велел генералу Шану скорее отыскать истинного убийцу, — ответил Фу Си.
http://bllate.org/book/32794/4012078
Готово:
