Неужели теперь придётся остаться вдвоём?
На душе у Жуань Синлань было неспокойно: она ещё не была готова остаться наедине с Лэн Сюй.
Хотя Сладкий домик назывался домиком, на самом деле это была огромная вилла, внутри которой воссоздавали различные классические для влюблённых пары обстановки: романтический ужин при свечах, частный кинотеатр, игровой зал, а также, судя по слухам, роскошно обставленный номер для отелей под номером 520, что звучало довольно нелепо.
Однако сегодня вечером им предстояло открыть только сцену ужина при свечах.
Подойдя к двери, они обнаружили, что внутри царит абсолютная темнота — то ли всё ещё не было готово, то ли они пришли слишком рано.
Лэн Сюй заговорила: Погоди минутку, я поищу выключатель.
Жуань Синлань остановила её: Давай лучше я, ты же боишься темноты.
В темноте её рука случайно коснулась груди Лэн Сюй, ощутив под пальцами мягкость. Жуань Синлань тут же отдернула руку и заикающеся произнесла: Прости... я, я не специально тебя тронула.
Каждый раз, когда в её голове мелькали пошлые мысли, она неизменно начинала запинаться, и Лэн Сюй прекрасно об этом знала.
Конец, что теперь подумает о ней Лэн Сюй?
Стоило чуть-чуть прикоснуться, и она уже возбудилась — разве это не поведение извращенки?
Жуань Синлань мысленно корила себя за слабость. Все эти годы у неё никого не было, период воздержания затянулся, и её порог чувствительности опасно понизился. Ей и так было не по себе, когда они шли за руки, а теперь, стоило задеть эту зону, и сердце её забилось в лихорадочном трепете.
К тому же Лэн Сюй ничего не ответила, наверное, она рассердилась.
К счастью, в этот самый момент в ресторане внезапно вспыхнул огонёк, разрушив эту до боли неловкую атмосферу.
Одетые с иголочки официанты в форме несли торт, медленно приближаясь к ним.
Добро пожаловать в Сладкий домик! Мы приготовили для вас сюрприз — праздничный торт. Пожалуйста, задуйте свечи вместе и загадайте желание!
Жуань Синлань на мгновение замерла. Желание...
С тех самых пор её ежегодное желание на день рождения неизменно оставалось прежним.
— Пусть Лэн Сюй будет счастлива.
Даже после их расставания это не изменилось.
Она закрыла глаза и снова загадала то же самое подношение.
Под всеобщие вопли и аплодисменты ярче вспыхнул свет.
Перед глазами Жуань Синлань предстал залитый ярким светом роскошный ресторан. Под огромной и пышной хрустальной люстрой стоял лишь один не слишком широкий обеденный стол. На чистой и безупречно белой скатерти были аккуратно расставлены два набора посуды и четыре изысканные закуски.
Остальной персонал благоразумно удалился, оставив лишь их двоих и еду на столе.
Они с Лэн Сюй сели на свои места, и их взгляды неизбежно встретились.
В глазах Лэн Сюй читалась пустота — трудно было понять, о чём она думает.
Ешь быстрее, пока не остыло.
Жуань Синлань чувствовала себя полнейшей дурой, способной нести лишь бессмысленную чушь. Эти закуски изначально подавались холодными.
Лэн Сюй кивнула и уже собиралась взять палочки, как вдруг замерла.
В чём дело? Жуань Синлань бросила взгляд на блюда перед Лэн Сюй — оказывается, набор отличался от её собственного! Из четырёх закусок на той стороне имбирь добавили в две, в то время как у неё имбирем приправили лишь одно блюдо с гребешками.
Лэн Сюй терпеть не могла имбирь.
Жуань Синлань поднялась, поменяла стоявшее перед ней пюре из ямса и арахис в уксусе местами с тарелками Лэн Сюй и тихо произнесла: Больше никакого имбиря, ешь.
Теперь... — Лэн Сюй неожиданно подала голос. — Ты научилась проявлять заботу.
В её тоне сквозила лёгкая усмешка, похожая на насмешку.
Когда-то у Жуань Синлань был плотный график и взрывной характер; на съёмочной площадке она вечно командовала всеми подряд, а её эмоциональный интеллект был равен нулю — она была точно такой же невыносимой, как нынешняя Линь Чжися.
Вернувшись домой, она тоже ничуть не менялась: устав, она пластом валилась на диван и лежала неподвижно. Когда Лэн Сюй просила её переодеться и сдать вещи в стирку, она с раздражением бросала: Нельзя подождать? Не видишь, как я устала?
Лэн Сюй стояла рядом с грязной одеждой в руках, молча ожидая.
Не выдерживая этого давлеющего молчания, Жуань Синлань подчинялась, но лицо оставалось недовольным: злобно сбросив с себя вещи, она вновь тяжело валилась на мягкие подушки.
Сейчас, вспоминая об этом, она понимала, что тогда прямо-таки напрашивалась на тумаки.
Она натянуто рассмеялась: Человеку свойственно расти над собой.
Лэн Сюй больше ничего не ответила и лишь неторопливо принялась за еду.
Сама Жуань Синлань не брала в рот ни крошки уже три дня. Все эти закуски были невероятно изысканными и вкусными, но порции оказались крошечными, и она смела всё в мгновение ока, словно ураган.
Она перевела взгляд на сидевшую напротив Лэн Сюй: та двигалась с грацией и изяществом, но за долгое время так и не справилась даже с одной тарелкой.
Впрочем, ждать пришлось недолго — подали основное блюдо.
На этот раз в качестве главного угощения выступали запечённые маленькие перепёлки и салат. Блюдо было низкокалорийным, с минимальным содержанием соли и жиров — как раз то, что артисты могут есть без опасений за фигуру.
Мысленно Жуань Синлань ехидно отметила, что эта перепёлка размером не больше куриного бедра, салата ровно на два укуса, а порция полагающегося вдобавок сладкого супа и вовсе до смешного мала — о каком насыщении вообще могла идти речь.
На беду, шеф-повар принялся с чувством комментировать подачу, подробно расписывая, через сколько десятков технологических процессов прошла эта несчастная птица, прежде чем обрести нынешний вид.
Стоило ему произнести пару фраз, как тарелка Жуань Синлань уже опустела.
Жуань Синлань: Что-нибудь ещё осталось?
Шеф-повар: Больше ничего...
Жуань Синлань выдавила из себя неуклюжий комплимент его кулинарному мастерству, хотя любой слепой заметил бы, что она осталась голодной.
Однако шеф-повар не мог делать исключений: в шоу участвовали актрисы, и никто из них не хотел набираться лишнего веса, так что поданное и без того считалось роскошным угощением, а тот утренний торт был лишь формальностью — есть его никто бы не позволил.
Тем не менее для повара оставить гостью голодной было профессиональным упущением.
После того как они проводили персонал, в Сладком домике вновь воцарилась тишина. Прикреплённый оператор сообщил, что съёмки на сегодня завершены и они могут отправляться отдыхать.
Комнаты участников располагались на втором этаже, и багаж туда доставили заранее. Поднявшись наверх вместе, они обнаружили, что остальные гости ещё не вернулись — судя по всему, застолье затянулось из-за большого числа людей.
Жуань Синлань отыскала свою комнату и с удивлением выяснила, что ей досталась самая крайняя, выходящая на теневую сторону и расположенная прямо у шахты лифта — мрачная и шумная.
Комната Лэн Сюй находилась напротив, но выходила на солнечную сторону, где царили тишина и покой.
Разница в отношении была слишком очевидной.
Впрочем, жаловаться ей не полагалось.
Пожелав Лэн Сюй спокойной ночи, Жуань Синлань закрыла за собой дверь.
Лэн Сюй чуть сильнее сжала пальцы на дверной ручке, но нажимать на неё не стала.
http://bllate.org/book/32776/4009635
Готово:
