Говяжья лапша, сяолунбао, одэн, такояки, жареная рисовая лапша... Се Ян ел на ходу, от заката до того момента, как зажглись мириады огней.
Желудок неприятно раздуло, но он чувствовал удовлетворение.
В конце света царило жуткое загрязнение, и эта еда, которую до апокалипсиса можно было встретить на каждом шагу, превратилась в непозволительную роскошь. Се Ян уже и не помнил, сколько времени прошло с тех пор, как он в последний раз пробовал этот вкус, созданный с помощью искусственных добавок.
Он вышел из шумного ночного рынка, неся в руке только что купленный шашлык, нашел случайную клумбу, опустился на нее и откупорил бутылку пива.
Телефон молчал уже давно — судя по всему, села батарея. Фонарь подсвечивал тусклым желтым светом кружащихся мошек, из невысокого далека доносился гул ночного рынка, в воздухе витали аппетитные ароматы шашлыка и раков, а на дороге то и дело проезжали машины — ночь была в самом разгаре, но город по-прежнему не спал.
Вот так и должна выглядеть нормальная жизнь.
Се Ян поднес пиво к губам, долго помедлил, но все же отодвинул бутылку в сторону.
Он похлопал себя по щекам.
Что за черт, он же только что выбрался из апокалипсиса, с чего вдруг такая паранойя и страх потерять бдительность?
Внезапно зазвонивший телефон прервал его мирный покой. Мелодия доносилась из рюкзака за спиной — стандартная инструментальная композиция, установленная по умолчанию, и уж точно не та песня, которую тщательно настраивал на своем старом телефоне первоначальный владелец тела. Се Ян отложил пиво, закинул руку за спину, нащупал молнию рюкзака и по звуку выудил оттуда новенький смартфон, на задней панели которого даже не была снята защитная пленка.
На экране светился входящий вызов от того самого человека.
В романе пушечное мясо Се Ян записал Чоу Сина в телефонной книге именно как тот человек. Узнав об этом, главная героиня посоветовала Се Яну придумать более уважительное прозвище, но он грубо откатил ее совет и вдобавок велел держаться подальше от главного злодея. Этот их разговор случайно услышал сам злодей — и закономерным итогом стало то, что пушечное мясо навлекло на себя неприятности, а главная героиня успешно привлекла внимание злодея.
Какова вероятность того, что в мире романа случайный прохожий окажется полным тезкой пушечного мяса и точно так же запишет кого-то под именем тот человек?
Нулевая.
Се Ян ответил на собственный вопрос, сбросил вызов и сделал глоток пива.
Через две минуты перед Се Яном возникла пара туфель из кожи.
— Господин Се.
Се Ян слегка приподнял пальцы и поднял глаза.
Строгий мужчина в костюме телохранителя чуть согнулся в поясе, кивком указал на черный автомобиль, припаркованный у обочины, и произвел:
— Босс приехал забрать вас домой.
Се Ян посмотрел в сторону машины. Дверь была закрыта, поэтому он не мог видеть, кто сидит внутри, а в памяти не нашлось никаких подсказок о том, кто этот босс. Прикинув все разумным путем, он решил: если он действительно тот самый пушечный мясо Се Ян, то у босса, о котором говорит телохранитель, может быть лишь два варианта — либо собственный отец Се Яна Се Сю, либо фальшивый муженек главного злодея Чоу Син. Первый умел только продавать сына, второй — приносить супругу бесконечные проблемы. Ни один вариант нельзя было назвать хорошим.
Он посильнее сжал жестянку с пивом:
— Ты приехал слишком рано. По крайней мере, стоило дать мне насладиться этой новообретенной ночью и лишь потом приносить дурные вести.
Телохранитель держался почтительно, но в его голосе прозвучало предупреждение:
— Господин Се, босс и без того проявил к вам достаточно снисходительности. Пожалуйста, прекратите своеволить и садитесь в машину.
— А если я не сяду, что ты сделаешь?
Телохранитель смолк на мгновение и произвел:
— Босс уже принял приглашение председателя Се на завтрашний полуденный обед и пообещал, что завтра вы отправитесь туда вместе. Советую вам хорошенько подумать.
Похоже, в машине сидел Чоу Син.
Се Ян собрал шашлык и поднялся на ноги. Он сунул недопитое пиво прямо в руку телохранителю, похлопал того по плечу и бросил:
— Угощайся.
С этими словами он подошел, распахнул заднюю дверь машины и бесцеремонно уселся внутрь.
— Выбрось это.
Се Ян скосил глаза на сидевшего рядом мужчину.
— То, что у тебя в руке. Выбрось.
Будучи главным злодеем книги, Чоу Син обладал весьма привлекательной внешностью, но от него исходила подавляющая аура, а когда он смотрел на людей холодным взглядом, это выглядело особенно жутко. Уголки его глаз были слегка приподняты, губы изогнуты вниз, черты лица глубокие и резкие, губы темного оттенка, бледное лицо в сочетании с излишне мрачным выражением, да еще и черный костюм с черной рубашкой — на первый взгляд он казался злым духом, выбравшимся из преисподней, от которого замолкают плачущие по ночам дети.
Но Се Ян не был плачущим ребенком.
Он пристально посмотрел прямо в глаза Чоу Сина, толкнул дверь, вылез наружу, обошел машину, вытащил только что усевшегося на переднее сиденье телохранителя и сунул ему в руки пакет с шашлыком:
— И это тоже бери, угощайся. Съешь всё до конца, нечего переводить продукты.
После этого он залез на пассажирское сиденье, хлопнул дверью и снова прикрыл глаза, погружаясь в собственные мысли.
Атмосфера в салоне мгновенно опустилась до точки замерзания. Водитель, не понимавший, почему Се Ян, который при прошлой встрече вел себя запуганно и робко, сейчас вдруг стал таким дерзким, не смел взглянуть на выражение лица Чоу Сина на заднем сиденье и попытался заговорить с Се Яном:
— Господин Се, может, вы все-таки пересядете назад? Переднее пассажирское сиденье — самое небезопасное место...
Се Ян чуть опустил спинку кресла, скрестил руки на груди и устроился поудобнее.
Водитель: — ...
Чоу Син: — Трогай.
Водитель замялся:
— А У Шуй...
— Трогай.
Водитель замолчал и завел мотор.
— Убавь кондиционер.
Водитель послушно выполнил приказ.
— Еще убавь.
Водитель поколебался и скинул еще на градус.
Чоу Син потерял терпение:
— Поставь на минимум.
Водитель испугался:
— Босс, минимум — это десять градусов.
— Включай.
Водитель чуть не плакал. Он украдкой покосился на Се Яна, который по-прежнему сидел с закрытыми глазами, и мысленно заломил руки. Босс явно снова сорвался с катушек, ведь еще недавно все было нормально...
Температура в салоне стремительно падала. Для конца лета и начала осени одежда на Се Яне была самой подходящей — на нем имелась легкая верхняя одежда, тогда как водитель и Чоу Син были одеты в рубашки в один слой. Но при температуре в десять градусов тонкая рубашка и легкая куртка уравнивались в правах — мерзнуть придется обоим.
С трудом выбравшись из апокалипсиса, Се Ян вовсе не собирался заниматься самоистязанием. Он открыл глаза и произвел:
— Верни как было.
Водитель не смел шевельнуться.
Се Ян повернулся к Чоу Сину:
— Пусть вернет температуру.
Чоу Син зловеще усмехнулся:
— Все еще хочешь спать?
— ...
Псих.
Се Ян нахмурился:
— Перед тем как сесть в машину, я съел миску говяжьей лапши, порцию сяолунбао, порцию одэна, корочку такояки и тарелку жареной рисовой лапши.
Чоу Син перестал улыбаться:
— Ты хвастаешься?
— ... — Се Ян указал на собственный желудок. — Я к тому, что если замораживать меня и дальше, то человека, только что объевшегося до отвала, начнет тошнить. — Затем он ткнул пальцем вниз. — Прямо здесь, в салоне.
Они встретились взглядами, и Чоу Син первым с брезгливым выражением отвел глаза:
— Подними температуру.
Водитель с облегчением выдохнул и поспешно прибавил градусов.
Се Ян откинулся назад.
Машина продолжила движение, и не прошло и двух минут относительного покоя, как Чоу Син снова оказался недоволен.
— Открой окно, разит какой-то зирой.
Водитель молча подчинился.
Ночной ветер ворвался в салон, выдувая остатки прохлады. Се Ян с наслаждением пошевелился. По правде говоря, естественный прохладный ночной ветер нравился ему куда больше кондиционера.
Чоу Син помрачнел еще сильнее:
— Хватит, закрывай.
Водитель молча закрыл окно.
Се Ян натянул поглубже капюшон своей толстовки, скрывая лицо в тени.
В машине вновь повисло тяжелое давящее напряжение. Вскоре автомобиль остановился у входа в городскую больницу. Чоу Син вышел, а Се Ян остался сидеть на месте.
Водитель услужливо распахнул дверь переднего пассажирского сиденья и позвал:
— Господин Се, мы приехали.
Се Ян открыл глаза, не стал снимать капюшон, вылез наружу и поинтересовался:
— Разве мы не домой ехали? Чего мы здесь забыли?
Чоу Син снова зловеще усмехнулся:
— Промывать тебе желудок.
Се Ян невозмутимо посмотрел на него:
— Если платишь ты, я готов.
Водитель тут же опустил голову, не в силах смотреть на то, как его босс в очередной раз садится в лужу.
Чоу Син стер с лица улыбку, холодно посмотрел на Се Яна и, не говоря больше ни слова, зашагал к больнице.
Се Ян последовал за ним.
Чоу Син обладал высоким ростом и длинными ногами, шагал размашисто, и кроме скверного цвета лица и излишней худобы в нем не было ни намека на слабость тяжелобольного человека. Се Ян шагал позади Чоу Сина, внимательно разглядывая его.
Они поднялись в стационарное отделение. Добравшись до зоны одноместных палат, Чоу Син внезапно остановился. Се Ян тоже замер. Чоу Син обернулся к нему и спросил:
— Любуешься?
— Зрелище так себе. В апокалипсисе полно ходячих скелетов на грани смерти, я нагляделся на них, меня воротит.
Чоу Син с непонятным выражением скривил губы и произвел:
— Держи свою дерзость при себе. Мой племянник сегодня попал в автокатастрофу, я пришел навестить его. Веди себя тихо и не болтай лишнего.
Племянник злодея — это же главный герой?
Судя по сюжету, после этой аварии Фэн Цинлинь переродится, а в своей прошлой жизни до перерождения Чоу Син в конце концов прибрал к рукам корпорацию Фэнхуа, принадлежавшую Семье Фэн.
Должно быть, сейчас главный герой ненавидит Чоу Сина больше всего на свете.
Се Ян сунул руки в карманы.
Намечается интересное представление.
Когда они вошли в палату, Фэн Цинлинь как раз собирался отдохнуть.
Заметив Чоу Сина, Фэн Цинлинь явно помрачнел на секунду. Но, будучи главным героем, он быстро взял себя в руки и приветствовал Чоу Сина с привычной теплотой. Чоу Син отреагировал довольно сдержанно, опустился на стул у больничной койки и стал расспрашивать о его травмах.
Се Яна никто не приглашал, поэтому он сам нашел одинокое кресло, устроился в нем со всеми удобствами и принялся разглядывать дядю и племянника, каждый из которых вынашивал собственные планы.
Говорят, племянник похож на дядю, и черты лица Фэн Цинлиня действительно напоминали Чоу Сина — те же суровые, казавшиеся чересчур резкими разрезы глаз. Хотя по статусу они приходились друг другу дядей и племянником, разница в возрасте составляла всего пять лет, так что вместе они выглядели скорее как братья. Фэн Цинлиню было двадцать четыре года, он всего год назад устроился работать в семейную компанию Семьи Фэн, и особой любовью в семье не пользовался. А причиной немилости было как раз то, что его матерью являлась женщина из клана Чоу.
Между Семьей Фэн и кланом Чоу существовала давняя вражда, они конкурировали в бизнесе, и их отношения напоминали противостояние воды и огня. На фоне этого противостояния единственная дочь главы клана Чоу, Чоу Цзин, в свое время влюбилась в младшего сына Семьи Фэн — Фэн Дяна. Пренебрегнув уговорами родителей, она буквально растоптала их гордость и вышла замуж за представителя Семьи Фэн. Разъяренные отец Чоу и Мать Чоу тогда полностью порвали с ней всякие связи, а позже Мать Чоу, несмотря на свой преклонный возраст, решилась на искусственное оплодотворение и родила Чоу Сина, оставив завещание, в котором четко указала, что все имущество клана Чоу достанется исключительно Чоу Сину, а Чоу Цзин не получит и ломаного гроша.
Чоу Цзин пережила сильнейшее потрясение, на фоне тяжелой скорби у нее случился выкидыш, подорвавший здоровье, и лишь несколько лет спустя она вновь забеременела главным героем, а вскоре после его родов покончила с собой из-за депрессии. После ее самоубийства Фэн Дян очень быстро женился во второй раз, родив Фэн Цинлиню двух младших братьев и сестру...
— Дядя, от чего на самом деле погибла моя мама?
Се Ян очнулся от мыслей и перевел взгляд на главного героя на больничной койке.
Лицо Чоу Сина помрачнело:
— К чему ты снова заводишь эту пластинку? Тебе уже говорили, что твою мать довел до смерти твой отец. Хватит забивать голову ерундой, я помогу тебе вернуть всё, что принадлежит по праву, а твоя задача — просто поправляться.
Фэн Цинлинь опустил глаза, пряча истинные эмоции, и сменил тему:
— Кстати, дядя, как твое здоровье? Я слышал, твоей болезни снова стало хуже.
Этот вопрос напомнил Чоу Сину кое о чем, и он махнул рукой Се Яну.
Началось развитие сюжета.
Се Ян послушно поднялся, подошел и остановился рядом с Чоу Сином.
Фэн Цинлинь играл очень убедительно, изображая человека, который только сейчас заметил присутствие Се Яна, и поинтересовался:
— Дядя, а это...
— Твой второй дядя. — Чоу Син толкнул Се Яна вперед к Фэн Цинлиню и слегка качнул подбородком. — Поздоровайся.
Фэн Цинлинь: — ...
Се Ян: — ...
Погодите-ка, в книге вроде бы всё было иначе. Разве не предполагалось бросить фразу вроде: «Это новая сиделка, нанятая позади тебя, не обращай внимания»?
http://bllate.org/book/32763/4008026
Готово:
