Брат Хань. Последней поднялась Чжэн Цзяцы и с ослепительной улыбкой поприветствовала Ци Ханя.
Мм. Ци Хань бросил взгляд на оставленное для него во главе стола центральное место, рядом с которым сидел Чай Синь, и, не задумываясь, потащил Шу Раня за собой, усаживаясь на два крайних места. Садитесь все.
Ой, как же ты можешь там сидить, давай-давай, во главе стола по всем правилам должен сидеть именно ты, — произнес Шао Мин и сделал вид, будто собирается оттащить Ци Ханя.
Давайте здесь, — взгляд Ци Ханя стал острым, он наклонился, чтобы развернуть столовые приборы для Шу Раня, после чего достал палочки и положил их перед ним.
Это... — никто из присутствующих не смел занять свои места. Чай Синь поднялся со своего места внутри и сказал: Босс, это же проходное место, как вы можете здесь сидеть?
Ничего страшного. Сяо Ране не любит чужих и немного робеет, я посижу здесь с ним.
Стоило Ци Ханя произнести эти слова, как Шу Рань занервничал сильнее прежнего, однако... права голоса у него отроду не было.
Ци Ханий, что за слова, кто во всей этой компании, кроме Цзяцы, не знает Сяо Раня? Верно, Сяо Рань? Шао Мин вел дела за пределами города и был старше Ци Ханя на пять лет.
Знает? — Ци Хань легко усмехнулся. — С самого прихода я что-то не припомню, чтобы кто-то из вас поздоровался с Сяо Ранем.
В детстве Шу Рань точно так же молча следовал за ним по пятам; Ци Хани наивно полагал, будто укрывает Шу Раня в лучах собственного сияния, совершенно не замечая, что того вечно все забывают. Но сегодня Ци Ханий, казалось, впервые прочувствовал все одиночество Шу Раня, и на сердце у него стало зябко.
В конце концов Ци Хань все же пересел на главное место, а Шу Рань устроился рядом с ним — на то самое место, где изначально должен был сидеть Чай Синь.
Во время ужина любой мог заметить, что Ци Хани был не в духе. Помрачнев и молча, он отбил всякое желание у тех, кто собирался подшутить над ним и Цзяцы.
Отвечай. Когда ужин подходил к концу, у Шу Раня зазвонил телефон. Заметив, как на экране мигает имя Тянь Юй, он замялся, но тут же получил приказ от Ци Ханя.
А, ладно, тогда я выйду ответить.
Иди.
Шу Рань только что закончил разговор в коридоре, как увидел идущего к нему Ци Ханя с пиджаком в руках. Ничего не сказав, тот приобнял его за талию и повел вниз.
Кто звонил? — спросил Ци Хань, стоило им сесть в машину.
Это Тянь Юй, они приехали. — Шу Рань посмотрел на бесстрастное лицо Ци Ханя. — Эм... Тянь Юй спрашивает, какой у меня номер места.
Сначала заглянем со мной за кулисы, надо перекинуться парой слов с Пэй Янем и Ши Юем.
А... хорошо. — Шу Рань не увлекался фанатизмом, но любой бы разволновался, встретившись с суперзвездой, которая каждый день не сходит с экранов телевизоров. — Слушай, а если мы увидим Ши Юя, можно мне попросить у него автограф?
Он тебе нравится? — брови Ци Ханя сошлись на переносице.
Н-нет, это Тянь Юй хочет.
Посмотрим на месте. Только не будь глупцом, заявляя, что это для друга.
Мм.
Ши Юй в реальной жизни оказался еще красивее, чем на экране, да и проявил такую невообразимую для Шу Раня теплоту, что автограф достался им без малейших проблем.
За несколько минут до начала концерта Ци Хань поднялся с Шу Ранем на лифте на второй этаж за кулисами, после чего под руководством мужчины в костюме они прошли в отдельную ложу.
Внутреннее убранство ложи было выполнено в светлых тонах дерева. Там стояли один двухместный и два одноместных дивана, а посередине красовался квадратный деревянный стол, уставленный всевозможными фруктами, сладостями и напитками.
Приобняв Шу Раня, Ци Хань зашел в ложу и усадил его на двухместный диван. Он потянул за рычажок с правой стороны, и комната внезапно поехала вниз. Шу Рань почувствовал, как от мгновенной смены пейзажа за окном напряжение тут же передалось Ци Ханю, и тот прижал его к себе еще крепче.
Лишь передняя стена ложи вместе с падением отделилась от деревянной панели, и теперь спереди оставался лишь метровый стеклянный барьер. Ци Хань отпустил Шу Раня только тогда, когда ложа опустилась на достаточную высоту.
Пройди вперед, может, увидишь кого-то из своих однокурсников.
Н-не надо... — глядя на еще не открывшуюся огромную сцену и прислушиваясь к шуму толпы под ногами, Шу Рань сразу понял, на какой головокружительной высоте они находятся.
Испугался? — Ци Хань словно цыпленка усадил Шу Раня себе на колени. — Если убрать со стен всю ткань, это место станет полностью прозрачным. Думаешь, тогда тебе станет еще страшнее?
А?
Шучу я, стеклянный только пол. — Ци Хань легко усмехнулся, поцеловал Шу Раня в губы, а затем слегка потер их пальцем. — Хочешь попить чего-нибудь? У тебя в горле пересохло.
С-стекло... — Шу Рань посмотрел на застеленный ковром пол, встал на цыпочки и испрятался в объятиях Ци Ханя.
Эй, Ци Хань, живо дуй в концертный зал, Ши Юй скоро выходит на сцену, а я тут застрял. — За пару минут до начала концерта, когда Ци Хань как раз поил Шу Раня водой, позвонил взмыленный Пэй Янь.
В чем дело? — помрачнев, Ци Хань потянул за рычаг, и ложа плавно поплыла вверх.
Придешь — узнаешь, Ху-цзы мне по телефону тоже толком ничего не объяснил. — Голос Пэй Яня звучал мрачно. — Короче, эта мразь Пэй Хань заявилась и с порога начала цепляться. Если он не угомонится, возьми мой ствол и пристрели его.
Сейчас буду. Сяо Рань, мне нужно кое с чем разобраться. — Ци Хань нахмурился. — Хочешь посидеть здесь один... Ладно, лучше пойдем со мной. — С этими словами он взял Шу Раня за руку и вывел из ложи.
Едва Ци Хань и Шу Рань добрались до бокового холла вестибюля, как увидели с десяток охранников. Среди них были как сотрудники охранного агентства, так и люди из Концерна «Ци», приведенные Кун Чиху.
Стоило Ци Ханю появиться, как мужчины в черных костюмах Концерна «Ци» автоматически расступились, и Ци Хани, держа Шу Раня за руку, шагнул в толпу.
Пэй Хань, двоюродный брат Пэй Яня, чей отец занимал пост командующего, сам он годами служил в космических войсках. Сегодня он снова был разодет в военную форму и сейчас заносчиво перекрывал дорогу худощавому мужчине ростом примерно с него самого.
Мужчина был одет в аккуратную и строгую форму охранника, с бесстрастным лицом и сжатыми кулаками он держался как простой добропорядочный служащий. Позади него стояло с десяток коллег-охранников, тогда как за спиной Пэй Ханя, помимо двоих подчиненных в такой же военной форме, толпились люди из Концерна «Ци».
В чем дело?
Босс, вы пришли. — Кун Чиху, заметив приближение Ци Ханя, с облегчением выдохнул. — Я... я сам не понял, в общем... Пэй Хань с порога потребовал, чтобы этот охранник по фамилии Мо увязался за ним. Тот отказался, ну и... вот.
Виновник торжества был на месте, да к тому же являлся чертовски опасным типом, так что Кун Чиху не рисковал распускать язык.
Пэй Хань, сегодня концерт Ши Юя, устраиваешь беспредел — выбирай хоть время и место. — Как только Ци Хань договорил, молчавший до этого мужчина с нахмуренными бровями инстинктивно отступил на шаг, но Пэй Хань с мрачным лицом подался вперед. Ци Хань раздраженно бросил: Пэй Хань, раз он тебя не обидел, разойдитесь на этом!
Худощавый мужчина словно получил помилование: едва услышав слова Ци Ханя, он попытался развернуться и уйти, но Пэй Хань резким движением перехватил его за запястье. Двое коллег охранника тут же бросились вперед, пытаясь оттащить руку Пэй Ханя.
Руки прочь! — Пэй Хань мгновенно выхватил из кобуры табельное оружие и навел стволы на головы тех двоих. — Я сказал, убрали руки! Не вынуждайте меня палить на поражение, раз! Два!...
Хватит! Ху-цзы, уведи Сяо Раня. — Ци Хань внезапно отпустил руку Шу Раня, и тот испуганно вцепился обеими руками в его правый рукав, не желая уходить. — Слушайся!
Пэй Хань, опусти оружие, — с мрачным лицом потребовал Ци Хань. — Господин Мо, Пэй Янь нанял вас не для того, чтобы вы устраивали здесь с коллегами дешевые сценки. Если не возражаете, составьте мне компанию.
Вы не так поняли, мое место здесь. — Стоило Мо Цзюньси заговорить, как его холодный голос заставил всех вздрогнуть. — Вам не стоит переживать за меня, возвращайтесь на свои посты.
Пэй Хань, убери ствол, не забывай, где ты находишься! — Убедившись, что Пэй Хань спрятал оружие, Ци Хань отдал приказ остальным: — Всем вернуться на рабочие места. Сегодняшний концерт не должен быть омрачен ни единой оплошностью.
Получив приказание, люди Концерна «Ци» мгновенно рассредоточились, а сотрудники охраны, поколебавшись пару секунд, тоже разошлись.
Вы двое — за мной. — Ци Хань развернулся, но стоявшая позади парочка даже не сдвинулась с места. Он холодно усмехнулся и направился к Шу Раню. Кун Чиху как раз оживленно жестикулировал, но, завидев приближающегося Ци Ханя, с ухмылкой сдал с рук подопечного и испарился. Лицо Шу Раня было бледным, и Ци Хань, решив, что тот просто напуган, обнял его за талию, в то время как те двое наконец неохотно переступили с места и последовали за ними. — Пошли, найду вам местечко, где можно подраться.
Пэй Хань холодно хмыкнул: Уж лучше найди мне место, где бабу можно отыметь.
Ци Хань съязвил: Ты, молодой господин Пэй, славишься своим звериным нравом, неужто тебе для этого непременно место выбирать?
Эти двое явно затащили друг на друга давнюю обиду — диагноз поставлен.
Что же до затаенной злобы, из-за которой Ци Хань помнил все до сих пор, то она, разумеется, была связана с Шу Ранем.
Мысленно выругавшись, Ци Хань был вынужден снова затащить всех в воздушную ложу.
Помещение висело над пропастью, внизу бурлило людское море, так что Пэй Хань поневоле был скован в движениях, а этот мужик по фамилии Мо тоже крыльями не обзавелся. Усевшись на диванах по обе стороны — один тоскливо всматривался вдаль, другой отвернулся к сцене, — они являли собой занятную картину.
Тц, и правда подходящее местечко.
Уголки губ Ци Ханя изогнулись, и он усадил Шу Раня себе на колени. Пэй Янь перед ним вдоволь продемонстрировал свою нежную страсть, так что теперь он намеревался отыграться за все эти нежности на его кузене.
Вот только Шу Рань, который обычно никогда не отказывался от его поцелуев, целоваться наотрез отказался.
Эх... впрочем, верно. Разве может его чистый олененок сравниться с выдрессированным за столько лет Ши Юем?
Цзюньси, после концерта пойдешь со мной.
Цзюньси, разве ты не хотел работать в отделе картографии? Я мигом все устрою, все, что ни пожелаешь, будет твоим.
Мо Цзюньси, не испытывай мое терпение. Если я пущу в ход свои методы, ты не вынесешь ни единого.
Меня зовут Мо Бин.
Бин. Хань. Мм, неплохо, с чего это вдруг ты вздумал сменить имя на столь созвучное моему?
Пэй Хань славился своими беспутными выходками, для него не существовало преград. И правда, дядя некогда наводил ужас на преступный мир, а отец держал в руках огромную власть — у него были все основания для распутства.
Однако видеть, как он сейчас почти что ластится к какому-то пожилому мужику, умоляя о взаимности — это поистине уникальное зрелище.
Этому мужчине по имени Мо Цзюньси наверняка уже стукнуло за тридцать, а может, печать возраста на лице просто делала его старше на вид. Хоть внешность и была выше среднего, но для кого-кого, а для Пэй Ханя заполучить человека любой наружности не составляло труда.
Ци Хань с праздным любопытством оглядывал обоих; заявлять, будто у него совсем нет интереса к чужим тайнам, было бы враньем, но допытываться он, разумеется, не собирался.
Так, незаметно, концерт Ши Юя перевалил за экватор. Пэй Хань, устав распинаться в пустоту, наконец осип и замолчал, а Ци Хань смог с комфортом устроиться с Шу Ранем на коленях, наслаждаясь тихим звучанием мелодии.
Эту последнюю песню я хочу исполнить под названием «Обмен» и посвятить ее самому главному человеку в моей жизни.
Теплая постель и мягкий свет,
Стоит мне открыть глаза, как я вижу твое лицо,
Стоит протянуть руки, чтобы ощутить твое тепло...
Позволь мне пойти с тобой смотреть на тот метеоритный дождь, посмотреть на звездный дождь,
Позволь мне дойти с тобой до самого края света, до края света,
Позволь мне вспомнить вместе с тобой те юные годы, зеленые годы.
Последняя песня Ши Юя буквально очаровала Шу Раня.
Постель была его неизбывной манией: сколько прекрасных ночей они провели вместе с Ци Ханем, в скольких рассветах он просыпался именно так — в его объятиях. И чем это не воплощение мечты, о которой пелось в финале? Но стоило ему сегодня поверить, что эта прекрасная греза может стать реальностью, как Кун Чиху огрел его по голове своей дубиной.
Едва трогательные звуки мелодии еще витали в слухе Шу Раня, как Ци Хань уже увел его из зала прямо на банкет по случаю триумфа Ши Юя.
Мелодичное эхо растаяло вдали, до слуха донесся шум толпы, и Шу Рань очнулся от наваждения: оказывается, сколь прекрасным ни был сон, неизменно наступает пробуждение, точно так же, как за днем непременно следует ночь.
Банкет проходил в Пять цветов и десять оттенков — грандиозном развлекательном комплексе, совладельцами которого выступали кланы Пэй и Ци. Прежде это заведение было чистой воды казино, но за минувший год вплоть до прошлого месяца его полностью реконструировали. Теперь здесь под одной крышей расположились отель, ресторан, игровой зал, ночной клуб и бар — словом, комплексный центр отдыха и развлечений с поистине роскошным убранством.
В рамках подготовки к банкету Ши Юя Пять цветов и десять оттенков были закрыты для посторонних за сутки до мероприятия. На торжество пригласили не только весь съемочный и рабочий персонал, но и несколько сотен самых преданных поклонников певца.
После ужина с десяток человек расположились в просторной бильярдной. Кун Чиху виться веревочкой вокруг Ши Юя, выпрашивая совместное фото, которое тут же запулил в соцсети — похвастаться было второстепенно, главное — клевать цыпочек.
Ши Юй, выложился на все сто, столько песен подряд, наверное, устал? Но кто бы мог подумать, что твой голос останется таким же звонким.
Все в порядке, сегодня спасибо брату Ху-цзы за помощь. — Ши Юй поднял бокал в сторону Кун Чиху.
Ему ли уставать, куда там, да и меня никто добрым словом не помянул. — Пиар-директор Ши Юя Цяо Энь был закадычным университетским дружком Пэй Яня. — Вы же не знаете, этому парню достаточно лишь пару раз горло прочистить на сцене, ему даже на светских приемах появляться не надо, куда легче моего.
Кто сказал, что мне не нужно появляться на приемах? — Ши Юй резко дернул Пэй Яня за галстук, прижался к его груди и жеманно протянул: — Разве то, что я каждый день делю постель с боссом, не считается выходом в свет?
Это скорее называется — скрытые правила. — Пэй Янь любовно обнял Ши Юя. — Выходит, если Сяо Юй теперь уй со сцены, мне придется содержать себя самому?
Меньше слов, все мои заработки от сцены и песен ты и так прибираешь к рукам. Если хочу урвать лакомый кусочек, приходится ублажать господина в постели.
Катись отсюда со своими нежностями, я и так на взводе. — Пэй Хань сплюнул на пол и чиркнул зажигалкой. Сегодня он язык стер до мозолей и чуть жилы на шее не порвал, а Мо Цзюньси по-прежнему сидел с непроницаемым лицом, оставаясь глухим и к уговорам, и к угрозам.
Кхе-кхе...
Твою мать, Пэй Хань, я же предупреждал, в этой комнате никому не разрешено курить, ты что, оглох! — Стоило Шу Раню закашляться, как Ци Хань тут же вспылил. Увидев, что Пэй Хань смолит крепчайшую кубинскую сигару ручной скрутки, он пришел в ярость.
Ну курю, и что с того? Какая-то девка — и та не такая неженка, как твой мальчик!
http://bllate.org/book/32761/4007830
Готово:
