Желточек переборол первоначальный страх, словно почувствовав доброжелательность, и спокойно замер на ладони. Он не удержался и перевёл взгляд на макушку того, кто сидел перед ним: на ней красовался рог, который при любых раскладах выглядел невероятно круто!
Как и всё его тело, волосы и губы великана отливали разными оттенками серого. Высокое переносице и чёткая линия подбородка делали его чрезвычайно похожим на человека, и лишь со лба под наклоном вверх рос одинокий чёрный рог.
Желточек знал лишь то, что это рог, но понятия не имел, чей именно. Совершенно чёрный, без малейших примесей других цветов, с острым задранным вверх кончиком — он выглядел невообразимо красиво.
Желточек страстно любил всё однотонное, и по его мнению, этот рог был так же прекрасен, как серебристые пряди хозяина.
В этот момент от грубоватой ладони разлилось на редкость мягкое и теплое дыхание, словно повеяло влажной степью. Желточек с любопытством посмотрел на великана.
— Чик-чик! Приветик!
Словно не ожидая, что эта мягкая штуковина способна издавать звуки, великан захлопал большими глазами и всем телом слегка подпрыгнул от неожиданности. Растерянно приоткрыв рот, он выдавил:
— При-вет.
— Ты тоже понимаешь, что я говорю? Где это мы? Как тебя зовут? Ты тоже мирко? Ой, нет, ты точно не мирко. Мой хозяин тоже понимает меня, а ты человек? — Желточек удивленно засыпал собеседника вопросами. Его молочно-нежное «ку-чик-чик» звучало с самыми разными интонациями. Вспомнив в конце о хозяине, он уныло вздохнул: — Дандань потерял хозяина...
Великан, казалось, был полностью ошеломлен этим потоком вопросов. Его и без того бесхитростное и невыразительное лицо окаменело еще сильнее. То ли его мозг слишком утомился, безумно работая над тем, чтобы осмыслить услышанное, то ли от чрезмерного напряжения, но уголки серых губ великана задвигались, а на щеках проступили два пятна тёмно-серых румян.
Нет, скорее уж, чёрных румян?
Желточек, продолжая расспросы, заерзал на месте. В душе он уже записал этого здоровяка в друзья и с любопытством сам прижался к серому пальцу великана.
Невероятная, невообразимая мягкость прикосновения разогнала сумбурные мысли. Да Цзяо взял себя в руки, уставился на маленький комочек на ладони и ответил со всей серьезностью:
— Понимаю. Это Цайпамир, я... меня зовут Да Цзяо. Нет, то есть Цзяо Ипса. Человек? Это тот противный тип по имени Рой? Нет, я не человек, я из расы Ипса.
Голос Да Цзяо звучал совсем как камень, растерянно подумал Желточек. Он разобрал имя Да Цзяо, название места и племени, но все они прозвучали словно в зашифрованном виде — понять их было невозможно.
Впрочем, это не имело значения. Радостно прильнув к Да Цзяо, Желточек указал своим маленьким U-образным отростком на его лоб:
— Можно мне это потрогать?
У ипсанцев от рождения была крепкая кожа, и они страстно любили всё мягкое, но на земле Цайпамира обитало лишь их собственное жесткокожее племя.
Когда Да Цзяо впервые заметил шевелящуюся в листве лужицу, он был крайне насторожен. Однако, понаблюдав за тем, как это создание неуклюже барахтается в луже, он почему-то обнаружил, что в его глазах отражается лишь этот крошечный силуэт.
Маленькая кроха, которая при падении растекалась мягкой лепёшкой, а от быстрого ползания пускала пузыри.
— Меня зовут Мирко, но ты можешь звать меня Дандань. Дашь мне потрогать? — капризно попросил Желточек. Внутри его прозрачного тела тихонько вращались крошечные звездные ленты — ему ужасно хотелось коснуться этого красивого рога.
Румянец на щеках Да Цзяо стал темнее, и он неуверенно кивнул. Осторожно приподняв руку, он поднес Мирко к самому лбу и чуть опустил голову, показывая, что можно притронуться.
Серый палец другой руки он даже специально выставил наподобие ступеньки, страшно боясь, что крошечному и мягкому созданию будет трудно забраться наверх.
Ощущая мощную волну доброжелательности от нового друга, Желточек смутно догадался, что эта штука, пожалуй, была для Да Цзяо чем-то очень важным.
Добравшись до самой высокой ступеньки, Желточек с предельным трепетом протянул свой маленький отросток, легонько коснулся края и принялся медленно поглаживать чисто-чёрный рог.
— Какой красивый!
Казалось, текстура рога чувствовала это необычайно мягкое и легкое касание — бережное и осторожное. Сердце Да Цзяо тронули, внутри словно что-то сладко защемило, и на лице невольно заиграла застенчивая улыбка.
— Ты тоже красивый. Сияющий, очень милый.
Желточек самодовольно похлопал себя по грудке:
— Точно, мы оба красивые!
Два новых друга радостно расхваливали друг друга, когда неподалеку от большого дерева, отыскав эту рощу по следам влаги, появилась фигура, оставлявшая на дороге извилистую мокрую дорожку.
A861 замер, прервав сбитое дыхание, и уставился на картину под деревом. Глядя на присевшего и всё еще казавшегося огромным серого незнакомца, он посильнее сжал зажатую в руке металлическую пластину.
Обойдя дерево и укрывшись в его тени сбоку, A861 помрачнел ещё сильнее. Это неизвестное создание с лицом и телом человека было прикрыто лишь крошечными лоскутами ткани, а за спиной у него висел небольшой мешочек, сплетенный из лиан. На вид оно достигало в высоту больше двух метров. Оценив боевую мощь противника, мозг выдал уровень опасности: средний.
Затем взгляд A861 упал на Мирко, которого это существо держало в руке. Губы парня сжались в тонкую линию: эта бестолковая кроха умудрялась прижиматься к такому опасному рогу, совсем не боясь быть проткнутой насквозь.
Находясь далеко, A861, разумеется, не мог расслышать, как Желточек нежничает с новым знакомым. Он воочию видел, как серый великан с деревянным выражением лица и чуть ввалившимися щеками поднес руку ко рту, словно изголодавшись, собираясь отправить сваренное вкрутую яйцо прямо в пасть.
Серебристые пряди качнулись, и двухметровая фигура A861 мгновенно оказалась за спиной серого великана.
Металлическая пластина со свистом рассекла воздух. В тот самый момент, когда лезвие находилось всего в трех цунях от уязвимой шеи, серый великан, очевидно ощутив опасность, резко развернулся, выставив навстречу рог. Заметив неотвратимо несущееся сверху оружие, он судорожно отклонил черный рог назад и вскинул руки крестом, пытаясь защититься ими от удара.
Это был взгляд вовсе не хищника. Вглядевшись в те человеческие глаза, A861 заметил в них едва уловимый искрами страх и растерянность, в которых даже проступала доля недоумения. В них не было и намека на тот хищный блеск, что горел в глазах алчных зергов на поле боя.
Он мог даже поручиться, что это существо травоядное.
В самый критический момент A861 резко изогнулся всем корпусом, и падающая металлическая пластина в его руке превратилась в твердый локоть, обрушившийся со страшной силой на точку пересечения рук противника.
Кожа и мышцы и впрямь оказались твердыми, как он и предполагал. Даже несмотря на укрепленные, словно у Генетического человека, кости, A861 всё равно ощутил мощную отдачу от удара локтем.
http://bllate.org/book/32756/4006657
Готово:
