В тот миг, когда Лань Сяочуань увидел убийц, он помнил лишь одно — нужно обнажить меч и защитить Чао Чимина. Он совершенно забыл о том, что собирался скрывать свои боевые навыки в присутствии этого человека.
Да и было уже не до маскировки — черные фигуры настигли их.
Лань Сяочуань прыгнул с земли на крышу, намереваясь преградить нападавшим путь, не подпуская их к двору. Его клинок тут же сплелся с оружием убийц в яростном танце. Его техника владения мечом была превосходна: он метался среди противников, словно юркий голец, то и дело нанося болезненные уколы и тут же бесследно исчезая.
Черные фигуры, вынужденные сдерживаться, чтобы ненароком не прикончить юношу, пребывали в крайнем раздражении. Схватка затянулась.
Лань Сяочуань, увлеченный боем, вдруг вспомнил о Чао Чимине. Обернувшись, он увидел, что тот стоит, сложив руки на груди, а в его глазах читается какой-то непонятный смысл. Лань Сяочуань выругался:
— Почему ты еще не ушел?! Я тут жизнь свою кладу! У тебя что, мозги напрочь отшибло?!
Он проливал здесь кровь, а тот, кого он защищал, не сдвинулся ни на шаг. Лань Сяочуань от злости сбил дыхание.
Он считал себя непревзойденным мастером, но против лома нет приема: в одиночку ему было не справиться с четырьмя десятками врагов. Вскоре десяток клинков уже упирался ему в горло.
Лань Сяочуань задохнулся от горя и негодования. Он обернулся и посмотрел на Чао Чимина, не в силах смириться с тем, что тот до сих пор здесь.
Видя, что Чао Чимин направляется к ним, Лань Сяочуань, сжимая рукоять меча, метнул взгляд, полный решимости, и резко вонзил клинок в одного из нападавших за спиной.
Даже ценой собственной жизни он не позволит этим людям причинить вред Чао Чимину!
Убийцы, не ожидавшие, что даже в плену юноша будет сопротивляться, пришли в ярость. Они повалили Лань Сяочуаня на землю, прижав так, что он не мог пошевелить ни единым мускулом, кроме головы.
— Господин, — обратился один из них к подошедшему Чао Чимину, опускаясь на одно колено.
Десятки людей в черном синхронно преклонили колени, ожидая приказа своего повелителя.
Лань Сяочуань ошарашенно поднял голову, глядя на Чао Чимина. Погодите-ка… разве они пришли не чтобы убить его? Как они его назвали? Господин?
Глядя на двор, заполненный людьми в черном, Лань Сяочуань поморщился, не в силах скрыть потрясения.
О Небеса! Эти люди подчиняются Императору! Его обманули! Он так искренне и самоотверженно защищал Чао Чимина, а в итоге стал жертвой его лжи!
В сердце Лань Сяочуаня бушевали неверие, раскаяние и глухая ярость. Ему хотелось броситься к Императору и потребовать ответа: как он посмел так с ним поступить?
— Кто ты такой? — Чао Чимин присел на корточки и сверху вниз посмотрел на поверженного юношу. Он наблюдал, как надулись щеки Лань Сяочуаня, а в глазах сменялись эмоции: от изумления и неверия до пылающей ярости.
Лань Сяочуань попытался пошевелить руками или ногами, но не смог даже пошелохнуться. Он сглотнул, лихорадочно обдумывая план действий — он ни за что и никогда не признается, кто он такой!
— Ты… не мог бы ты попросить их отпустить меня? Они так сильно давят, мне больно, — в глазах Лань Сяочуаня мелькнула хитринка, а лицо приняло преувеличенно страдальческое выражение.
— Эй, связать ему руки и ноги, — голос Чао Чимина оставался бесстрастным, он не проронил ни слова в ответ на жалобы своего «спасителя».
Лань Сяочуань остолбенел:
— Эй, если не заслужил награды, то хотя бы заслужил благодарность! Я ведь ради тебя готов был умереть! — бормотал он, проклиная в душе тирана. Тиран не должен быть таким безжалостным: он ведь сегодня и кашу варил, и защищал его, неужели он заслужил такую кару?
Шесть или семь недружелюбных взглядов, словно острые клинки, вонзились в Лань Сяочуаня. Они получили секретный приказ от господина прибыть в эту обитель и понятия не имели, почему этот юноша набросился на них, как одержимый. Если бы не то, что он, по всей видимости, был приближенным господина, они бы давно его прикончили. В итоге они его не трогали, а он их ранил. И как теперь быть с этой обидой? А глядя на то, что господин, кажется, не собирается его убивать, они закипали от злости.
Исполняя приказ Чао Чимина, люди в черном ловко связали руки и ноги Лань Сяочуаня.
— Нельзя было хоть немного помягче? — Лань Сяочуань свирепо сверкнул глазами, а затем тут же перевел на Чао Чимина жалобный, заискивающий взгляд.
— Ты… ты не можешь так поступать, нельзя предавать того, кто тебе помог. — Лань Сяочуань был готов расплакаться. Он был из Теневой стражи, и если Чао Чимин узнает об этом, его голова с плеч долой. А если он не сможет вернуться в Императорский дворец и исчезнет со своего поста, то уже через день станет беглым преступником, которому не будет места во всем мире.
Лань Сяочуань со слезами на глазах смотрел на Чао Чимина, надеясь, что тиран проявит хоть каплю милосердия.
Чао Чимин усмехнулся:
— Знаешь, как я расправляюсь со своими врагами? — Его голос звучал опасно и завораживающе; низкие бархатные нотки, казалось, затягивали в водоворот.
Лань Сяочуань, засмотревшись на соблазнительный изгиб тонких губ, на мгновение потерял бдительность, но тут же опомнился и вздрогнул.
Он чуть не попал под чары Императора! Чао Чимин не имеет права так себя вести!
Репутация тирана была настолько грозной, что люди забывали о его внешности. В юности Император славился своей красотой, способной вскружить голову тысячам девушек, да и сейчас оставался невероятно привлекательным. Облаченный в темные одежды, с густыми бровями и черными, как ночь, глазами, с плотно сжатыми тонкими губами, он выглядел одновременно прекрасно и холодно. Его нынешняя аура стала спокойнее, в ней больше не чувствовалось прежней агрессии — он напоминал клинок, спрятанный в ножны, что делало его еще более притягательным.
— Но ведь я тебе не враг, — пробормотал Лань Сяочуань, стоя на коленях. Он совсем не хотел узнавать на себе, какими методами Император пытает врагов — он уже был наслышан об этом. А еще он до смерти боялся боли, что для члена Теневой стражи было фатальным изъяном.
— На кого ты работаешь? И как смог устроить здесь засаду, а? — Чао Чимин подошел ближе и, схватив Лань Сяочуаня за подбородок, заглянул в его честные глаза. Он не верил, что кто-то мог подкараулить его здесь: сегодня он покинул Императорский дворец спонтанно, даже без охраны, и никто не знал о его планах.
http://bllate.org/book/32716/4000799
Готово:
