Вэнь Цзые только что опубликовала песню, как в сети снова объявилось Маленькое Солнце.
Удовлетворенная Вэнь Цзые убрала телефон и принялась возиться со своими музыкальными инструментами.
За эти годы Вэнь Цзые тайком написала немало песен, однако еще не выпустила ни единой. То ли на душе было неспокойно, то ли в памяти всплыло прошлое — она невзначай тронула струны гитары, и на кончиках ее пальцев родилась едва уловимая мелодия.
Вдохновение накатило быстро, и не прошло и часа, как Вэнь Цзые написала песню.
Она уставилась на мелодию, записанную на бумаге, и уже хотела было выбросить листок в ящик стола, но, наклонившись, случайно задела телефон, лежавший на краешке дивана.
Вэнь Цзые пришлось сначала поднять телефон. На экране загорится уведомление: «Исполнительница хх, на которую вы подписаны, выпустила новую песню».
Возможно, путь музыки был слишком одинок, а может быть, именно это сообщение подарило Вэнь Цзые вдохновение, но она открыла популярное в последнее время приложение для коротких видео и заново зарегистрировала аккаунт под ником Дикая.
Вэнь Цзые записала первую авторскую композицию Дикой — Тишина.
Юноша в белых одеждах сидел на напольном коврике перед бежевым диваном, перебирая струны гитары. Теплый луч софита падал сверху прямо на инструмент. Длинные пальцы касались струн, а тихая, исцеляющая песня слетала с ее губ, напоминая нежную колыбельную.
Вэнь Цзые записала только кадры ниже шеи.
Закончив запись видео и еще раз внимательно все прослушав — с точностью нот и всем остальным было всё в порядке, — она перебросила материал в программу для монтажа, быстро обрезала начало и конец и загрузила ролик на новозарегистрированный аккаунт.
Вэнь Цзые не питала особых иллюзий. Ею двигало лишь желание поделиться творчеством, чтобы песни в ящике стола перестали прибавляться, но при этом она не смела действовать под своим основным именем из-за действующего контракта с компанией. Все авторские права на песни Вэнь Цзые принадлежали компании, а та вот уже несколько лет не выпускала ее треки — именно поэтому Вэнь Цзые до сих пор не решалась ни с кем делиться ими, вынужденная покрывать пылью листок за листком в ящике стола.
Оставив гитару, Вэнь Цзые почувствовала себя легко и свободно. Она сладко потянулась и, заметив, что уже поздно, а завтра еще нужно ехать в компанию, со зевком отправилась спать.
Едва проснувшись поутру, она получила звонок от Ни Хун.
Ни Хун тут же принялась обвинять: «Почему ты вчера не отвечала на мои сообщения?»
Только что проснувшаяся Вэнь Цзые еще толком ничего не соображала.
Когда это она не отвечала на сообщения режиссера Ни?
Ни Хун продолжила: «Ты хоть знаешь, какие серьезные перемены произошли в вашей компании?!»
Вэнь Цзые со сна растерянно протянула: «А?»
Ни Хун: «Ты все еще спишь? Тут ЧП! Тебя собираются продать оптом, ты в курсе?!»
Вэнь Цзые: «!!!??»
Ни Хун: «Я же только что взялась за короткометражку вашей компании и сегодня собиралась ехать туда на кастинг актеров, как вдруг пришло известие, что в вашей компании сменились владельцы акций, и сегодня всех артистов вызвали для перезаключения контрактов».
Вэнь Цзые: «Почему я ничего об этом не знаю?!»
Ни Хун: «Я бы и сама хотела это знать».
Ни Хун: «Будь осторожна. Если что, найди адвоката проконсультироваться, я сегодня к вам не поеду».
Вэнь Цзые с ошеломленным видом оделась и умылась, и лишь когда села в машину, направляющуюся в компанию, до нее стало понемногу доходить.
Еще в прошлом году она слышала, что финансовое положение компании оставляет желать лучшего, но тогда это были лишь тайные слухи — в конце концов, Лэту как-никак была публичной компанией, в ее руках по-прежнему оставалось множество авторских прав на песни, да и популярные артисты имелись, так что не могла она вот так просто взять и рухнуть. Неужели то, о чем говорила режиссер Ни, правда?
Всю дорогу сердце Вэнь Цзые было не на месте, но узнать правду она могла, только добравшись до компании.
Не успела она даже войти в высотку Лэту, как увидела множество представительских минивэнов, въезжающих на подземную парковку. Расплатившись за проезд и надвинув кепку, она вошла в Лэту через парадный вход.
В холле у лифтов уже толпилось много людей — все они были такими же малоизвестными артистами, как и сама Вэнь Цзые, и теперь перешептывались между собой.
— С чего это вдруг созвали столько народу?
— Что вообще происходит?
Обычно артисты постоянно разъезжали по съемкам и мероприятиям и в компании появлялись редко. Были среди них и такие, как Вэнь Цзые, которых компания бросила на произвол судьбы: даже заказы на выступления им приходилось искать самим, да еще и делиться прибылью с компанией.
Вэнь Цзые протиснулась в лифт и прислушалась к чужим разговорам.
Артистка А: Говорят, старший господин Жун совсем сдал, а молодой господин Жун не смог одолеть свою сестру, старшую госпожу Жун, вот и распродал принадлежащие ему акции, чтобы насолить сестре!
Артистка Б: Молодой господин Жун сошел с ума? Если он сбросит свои акции, разве у семьи Жун останется достаточно голосов? Если начнется паника на рынке, неужели семья Жун все еще сможет удерживать Лэту в своих руках?
Артистка В: Хватит вам об этом! Подумайте лучше о себе. Говорят, главный акционер уже сменился, и сегодня нас зовут именно для того, чтобы заново распределить артистов! Те звезды-одиночки на пике популярности наверняка получат отличные условия, а вот нам рассчитывать не на что!
Вэнь Цзые втянула голову в плечи.
В юности она была наивна и глупа: столкнувшись со скаутом из Лэту, который наговорил ей с три короба и затронул ее музыкальные мечты, пообещав выпускать по пять песен в год и записать полноценный альбом, окрыленная Вэнь Цзые даже ни с кем не посоветовалась и подписала контракт.
А когда контракт был подписан, обещанных песен никто выпускать не стал. Напротив, стоило Вэнь Цзые взлететь на волне популярности, как ее начали безбожно эксплуатировать, навязав огромное количество коммерческих съемок.
Когда Вэнь Цзые взбунтовалась, ей ткнули ножом в спину — предъявили написанный мелким шрифтом пункт в конце контракта, кабальное условие, согласно которому артист обязан зарабатывать для компании по пятьдесят миллионов в год. Это наповал сразило Вэнь Цзые.
В свое время она подписала контракт сразу на десять лет, и до окончания срока ей пришлось бы заработать для Лэту не меньше пятисот миллионов, прежде чем ее соизволили бы отпустить. За досрочное расторжение полагался штраф в размере двух миллиардов, к тому же все авторские права на песни оставались за Лэту.
Все эти годы кабальные условия не давали Вэнь Цзые вздохнуть полной грудью. Даже после истечения срока контракта, если бы она не принесла Лэту достаточно денег, ходили слухи, что компания нашла бы способ удержать ее — во всяком случае, юридический отдел Лэту прекрасно умел вить из людей веревки.
Поначалу Вэнь Цзые уже ни на что не надеялась, думая перекантоваться как-нибудь год за годом до конца контракта. К тому же она была не особо популярна, так что, глядишь, удалось бы расторгнуть соглашение с минимальной неустойкой. Но если сейчас всех заставляют переподписывать контракты, может, у нее появится шанс вырваться?
В голове Вэнь Цзые лихорадочно крутились мысли, но стоило ей войти в переговорную и увидеть целый легион безупречно одетых корпоративных юристов Лэту, как она поняла: сегодня ее снова ждет привычное затягивание петли на шее.
Проклятые капиталисты!
Вэнь Цзые разыскала своего менеджера Дэн Юньлин. Госпожа Дэн как раз беседовала с актрисой из своего подопечного состава, которая сейчас была на волне небольшой популярности.
Дэн Юньлин: В этот раз всем артистам необходимо заново подписать контракты, но руководство также пересмотрело категории договоров с учетом способностей каждого. Всего существует пять уровней от А до F. Что касается тебя, Чжоу Синь, ты, скорее всего, сможешь получить контракт уровня С.
Чжоу Синь была самой статусной артисткой под крылом Дэн Юньлин. Она пользовалась некоторой известностью благодаря своим актерским работам, играя роли второго плана в различных телесериалах. Благодаря одухотворенной внешности, вполне сносной игре и преданной армии фанатов.
Будучи совсем юной, Чжоу Синь капризно протянула: Сестра Дэн, не могли бы вы замолвить за меня словечко перед руководством, чтобы меня перевели на уровень В? Я тут слышала, что ресурсы в этот раз будут распределяться строго по категориям контрактов. Если мои ресурсы улучшатся и мне удастся получить роль в проекте у именитого режиссера, я прославлюсь, а разве позиции самой сестры Дэн тогда не укрепятся еще сильнее?
Дэн Юньлин уже собиралась что-то ответить, но, заметив приближающуюся Вэнь Цзые, тут же помрачнела.
Когда она только взяла под свое крыло Вэнь Цзые, она возлагала на нее определенные надежды. Однако у этой Вэнь Цзые способности оказались никудышными, зато норов — ого-го. Заставить ее сниматься было все равно что отправить на плаху, она целыми днями запиралась в репетиционной и бренчала на своей паршивой гитаре. А позже и вовсе сорвала несколько коммерческих контрактов, найденных компанией, из-за чего та понесла колоссальные убытки. С тех пор Дэн Юньлин больше не желала с ней возиться.
Небрежно швырнув в ее сторону пачку бумаг, Дэн Юньлин бросила: Подписывай.
Вэнь Цзые поджала губы и открыла документ, ее зрачки сузились от шока.
Новый контракт не только продлевал кабалу еще на десять лет, но и отнимал у нее нынешние телешоу!
Вэнь Цзые не выдержала и саркастически хмыкнула: Великий менеджер Дэн, вам не кажется, что это уже перебор? Все эти программы я выбила собственными силами, какое отношение к ним имеет компания?
Дэн Юньлин бросила многозначительный взгляд на Чжоу Синь. Та с любопытством посмотрела на Вэнь Цзые, после чего вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.
Только тогда Дэн Юньлин холодно произнесла: Ты думаешь, смогла бы пройти прослушивания на эту работу, если бы не имя Лэту за твоей спиной? Твой контракт был пересмотрен на основе нашей общей оценки твоей ценности. Пять лет ты числилась в компании, занимала огромные ресурсы, но не принесла ей никакой пользы. Именно поэтому твой контракт понижен до уровня F! К тому же в течение этих десяти лет ты обязана выплатить компании накопившийся долг в пятьсот миллионов!
Вэнь Цзые глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки, но все же не удержалась от мысленной ругани: Твою мать, Дэн-дракониха, а ведь лизать задницы начальству ты умеешь мастерски!
Одним резким движением длинных ног она опрокинула стул.
У Дэн Юньлин даже бровь не дрогнула.
Если не подпишешь, хочешь выплачивать неустойку?
Хорошо, я подпишу! — сквозь зубы процедила Вэнь Цзые и яростно выпалила: — Раз уж вы хотите, чтобы я отрабатывала долг, тогда извольте пересмотреть условия контракта! Обеспечьте меня ресурсами! Иначе чем, по-вашему, я буду возвращать компании деньги?
Дэн Юньлин на мгновение замерла, осознав брешь в собственной аргументации.
Она терпеть не могла видеть Вэнь Цзые счастливой, потому что в свое время та устроила столько головной боли, что пострадала и ее собственная репутация. Но в словах подопечной был резон: если компания хочет выжать из артистов все соки ради наживы, но палец о палец не ударяет, чтобы дать им ресурсы, это выглядело полным абсурдом.
Нахмурившись, Дэн Юньлин подобрала контракт и бросила: Жди здесь.
Она повернулась, вышла из комнаты и направилась в кабинет, находившийся рядом с переговорной. Там сестра молодого господина Жун, новоиспеченный президент Лэту Жун Шухэ, с улыбкой на лице наливала чай потрясающе красивой женщине с иссиня-черными волосами.
Попробуй этот свежепривезенный белый чай.
В дверь постучали. Президент Жун слегка приподняла брови, заранее зная, что сегодняшний день спокойным не будет.
Секретарь подошла к ней и тихонько шепнула пару слов. Уголки губ президента Жун тронула улыбка, и она бросила взгляд на сидевшую напротив женщину, холодную и чистую, как снег: Как ты и предсказывала, кое-кто действительно оказался недоволен. Вот только рыба мелковата, крупная добыча пока на крючок не попалась.
Ли Мяоинь опустила взгляд, тонкими изящными пальцами подняла пиалу с чаем, отпила глоток и снова поставила ее на стол.
Что вы собираетесь делать, меня не касается. Но то, что нужно мне, ты знаешь.
Президент Жун громко вздохнула: Ты и вправду так сильно к ней привязана?
Ли Мяоинь подняла глаза. Ее иссиня-черные зрачки пронзительно уставились на собеседницу: Меня еще никогда в жизни не бросали первой.
От автора:
Автор: Действительно впервые, ведь это была ее первая любовь.
Сяо Ли: ?
Автор: Кх-кх-кх, я ничего не говорил!
Сяо Ли: Уволочь и закопать.
Завтра возобновляем ежедневные продочки [сердечко]
Глава 8. Лицо решает все.
Жун Шухэ громко рассмеялась.
Смеялась так заразительно, что растеряла весь свой солидный и собранный деловой вид.
Ухватившись за живот, она повалилась на кресло и, пытаясь перевести дыхание, произнесла: Так вот оно что!
http://bllate.org/book/32715/4000676
Готово:
