— Да.
……
В свою очередь, Янь Линцин повторил те же действия и рассеял ци Инь во второй ноге мужчины, но тот, казалось, стал ещё более недоволен.
Янь Линцин склонил голову набок и через мгновение встретился взглядом с Цзян Чжочжоу.
Уперевшись локтями в землю, Цзян Чжочжоу уже наполовину приподнялся. В его сложных глазах читалось нескрываемое потрясение, отчего Янь Линцин на секунду замер.
Янь Линцин не мог расшифровать этот взгляд, но спустя лишь мгновение вернулся к своему обычному ритму:
— Как это снова ты? Почему ты опять приходишь топиться в моём озере?
С того момента, как лицо мужчины показалось ему знакомым, и до того, как он коснулся его ног, Янь Линцин понял: перед ним вовсе не главный гун, а главный шоу.
Неудивительно, что тогда он услышал два звука падения в воду — второй раздался от кресла, на котором так часто сидел главный шоу. То была инвалидная коляска.
Янь Линцин совершенно ничего не понимал. Неужели главный шоу до сих пор ничего не осознал? И главный гун снова довёл его до полного отчаяния?
Янь Линцин мысленно вздохнул: упавшие в озеро вещи всегда приходится вылавливать, вот только интересно, дадут ли ему за это заслуженную заслугу на этот раз.
Жаль, что его собственная душа теперь была стабильна лишь на пятьдесят процентов, и он уже не мог так чутко улавливать изменения, как в первый раз.
Должны дать, да? Ведь за выполненный труд полагается плата, к тому же на кону жизнь главного героя.
Хотя нет, то, что душа стабилизировалась на пятьдесят процентов — это как раз неплохо.
Янь Линцин поднялся на ноги. Не обращая внимания на то, что главный шоу по-прежнему ничего не отвечал, и на то, что тот всё ещё пристально смотрел на него, он внезапно прыгнул в озеро.
Цзян Чжочжоу испуганно вздрогнул и резко выкрикнул:
— Ян... Линцин.
Однако в самый последний момент Цзян Чжочжоу так и не произнёс эти два имени вслух. Янь Линцин — призрак, а людям и привидениям не по пути. Цзян Чжочжоу был благодарен ему, но в то же время неизменно сохранял настороженность и бдительность.
Стоит ли ему вообще переживать из-за какого-то маленького водяного духа, который прыгнул в озеро?
И всё же, вспоминая, как этот маленький водяной дух спрашивал его, почему это снова он и зачем снова пришёл топиться в его озере, Цзян Чжочжоу словно видел перед собой капризного ребёнка. Никакого трепета или бдительности в нём больше не оставалось.
Цзян Чжочжоу молча смотрел на гладь воды. Он промок насквозь, его знобило от холода, и чувствовал он себя скверно, но при этом на душе было удивительно легко.
Он посмотрел на свои ноги и с силой ущипнул себя. Боль была нечёткой, но это уже не была полная потеря чувствительности.
Он ли это сделал? Неужели маленький водяной дух что-то сотворил?
Цзян Чжочжоу снова перевёл взгляд на озеро.
Посмотрев пару секунд, он напомнил себе, что сейчас не время думать о всяких водяных духах. Его телефон пропал, ноги обрели чувствительность, но встать он всё ещё не мог — придётся ждать, пока кто-нибудь его найдёт, чтобы вернуться назад.
Размышляя о своём бедственном положении, Цзян Чжочжоу вдруг услышал всплеск, и из воды показалась его инвалидная коляска.
Знакомая картина.
Всё верно: хотя он ничего не спросил, мусор бросать в чужое озеро нельзя.
— Держи, твоё кресло.
Янь Линцин вытащил инвалидную коляску на берег. Он бросил её немного свысока, и та с глухим стуком врезалась в землю.
— Спасибо.
На этот раз Янь Линцин не ответил дежурным не стоит. Как раз когда он собрался обсудить с главным шоу вопросы его личной жизни, рядом остановилась машина. Из неё выскочило несколько громил в чёрных костюмах, которые без лишних слов и с невероятной скоростью подбежали к Цзян Чжочжоу, засунули ему в рот какой-то предмет, натянули на голову чёрный мешок, подхватили на руки и бросились бежать, прихватив заодно и инвалидное кресло.
Машина мгновенно сорвалась с места и умчалась, оставив стоять в одиночестве ошеломлённого Янь Линцина, который так и не успел поговорить с главным шоу о чувствах.
Глава 7
Кому понадобилось похищать главного шоу?
Соперник в любви? Злодейский второстепенный персонаж мужского или женского пола? Очень даже вероятно, подумал Янь Линцин.
Остатки смертоносной энергии главного шоу ещё не до конца рассеялись, и что же делать, если эти соперники не ведают меры и своими терзаниями сведут главного героя в могилу?
Янь Линцин читал романы в жанре крематория для сбежавшей жены и знал, что такие жёны на ранних этапах сюжетной арки подвергаются всевозможным мучениям, а некоторым вдобавок норовят вырезать сердце или почки — интересно, как вообще люди умудряются выжить без сердца?
Пока он размышлял, фигура Янь Линцина растворилась в воздухе.
……
Цзян Чжочжоу увезли из Озера Цзиньшуан, и в нём вновь всколыхнулось жгучее чувство ненависти, грозящее свести с ума.
Цзян Чжочжоу изо всех сил попытался взять себя в руки — он ни в коем случае не мог потерять рассудок в такой момент. Собравшись с мыслями, он произнёс холодно и спокойно:
— Это Цзян Инюань вас подослал?
Никто ему не ответил. С самого момента посадки в машину эти люди не произнесли ни слова.
Цзян Чжочжоу тихонько усмехнулся, но смех тут же перешёл в приступ кашля:
— Кхе-кхе-кхе... Разве это не очевидно? На самом деле он вовсе не умеет долго терпеть.
Раньше Цзян Чжочжоу не верил, что на свете существуют подобные мистические фокусы, и не подозревал о способностях Цзян Инюаня. Он знал лишь о его амбициях и тайных махинациях, но добыть какие-либо доказательства не удавалось.
Однако теперь у него появилась улика.
— Три года назад я подарил Цзян Инюаню часы. Позже он случайно ударил их о твёрдый предмет, и на углу циферблата осталась царапина. Ручаюсь, тот, у кого они сейчас на руке, прекрасно об этом знает.
Один из мужчин в чёрном костюме невольно скосил глаза на своё запястье. Там красовались часы стоимостью в миллион: чёрный циферблат с серебряным отливом выглядел дорого и изысканно, и лишь на самом краешке виднелся небольшой скол.
Именно этот человек заталкивал кляп в рот Цзян Чжочжоу при похищении, хотя Цзян Чжочжоу стоило немалых трудов выплюнуть этот ком.
— Мы ведь так и не покидали Цзиньшуаньюань? — снова заговорил Цзян Чжочжоу. — Нас долго кружили окольными путями, но за пределы территории мы не выезжали. У меня прекрасное чувство направления.
Атмосфера в салоне стала ещё более давящей. По-прежнему никто не проронил ни слова: что бы ни происходило, их приказ заключался лишь в том, чтобы доставить пленника на место.
Скрытый во тьме под мешком, с побледневшим лицом, Цзян Чжочжоу вынес твёрдый вердикт:
— Похоже, я угадал.
Машина въехала на территорию одной из вилл в Цзиньшуаньюане. Цзян Чжочжоу вытащили из салона и бросили на пол в какой-то комнате. Люди в чёрном молча вышли, дверь закрылась, и в помещении вновь воцарилась тишина.
Лёжа на полу, Цзян Чжочжоу тяжело дышал, пытаясь вернуть силы. Он не мог стоять и был крайне ослаблен, однако похитители, накинувшие мешок ему на голову от макушки до пят, даже не сомневались в его неспособности к побегу, не став связывать ему ни руки, ни ноги.
Всё так и было: стоило лишь стянуть с него этот злополучный мешок, как Цзян Чжочжоу вновь без сил рухнул на пол.
http://bllate.org/book/32708/3999649
Готово:
