Отдав игрушечного медведя, Цзи Фэнчан действительно вышел из дома. Нань Синхуэй повернул голову, с вожделением посмотрел на плюшевого мишку, а затем перевёл взгляд на собственное лицо. Улыбка, предназначавшаяся Цзи Фэнчану, всё ещё застыла на губах, но почему она выглядела так нелепо и неприятно? Его лицо было испачкано грязью, а когда он улыбался, по уголкам рта сыпалась сухая земля.
Нань Синхуэй с брезгливостью цыкнул языком:
— Какая гадость.
Посмотрев на мишку, он добавил:
— Ещё хуже тебя.
Сказав это, Нань Синхуэй снова глупо улыбнулся.
Оказывается, даже такого уродливого мишку кто-то может полюбить. У каждого мишки появится свой собственный дом, и Нань Синхуэй рано или поздно тоже обретёт дом, который примет его всем сердцем.
У Нань Синхуэя была склонность к аллергии. Даже изучив свои аллергены и проявляя осторожность в повседневной жизни, он всё равно то и дело покрывался сыпью по непонятным причинам. Поэтому он не рисковал использовать настоящее мыло для снятия макияжа. В лучшем случае он смывал горячей водой засохшую на руках грязь, а затем выдавливал немного геля для душа, чтобы кое-как отмыть тоналку с тыльной стороны ладоней.
Его руки были грубее лица, так что даже аллергия не испортила бы внешность.
Хотя в данный момент о какой-либо внешности этого лица говорить не приходилось.
Когда Нань Синхуэй закончил мыть руки, Цзи Фэнчан ещё не вернулся. Он не смел самовольно заходить в те зоны дома, куда хозяин его не приглашал, поэтому ему оставалось лишь жалобно стоять перед плюшевым медведем: мишка сидел, а он стоял, составляя ему компанию.
Нань Синхуэй простоял минут десять, прежде чем раздались знакомые шаги.
Это был не вор — вернулся хозяин дома.
Возможно, вспомнив, что его неожиданное возвращение испугало Нань Синхуэя, на этот раз Цзи Фэнчан подал голос ещё издалека, не доходя до ванной:
— Не бойся, это я.
Тук-тук — сердце Нань Синхуэя забилось быстрее.
Дверь ванной открылась, и вошёл Цзи Фэнчан в длинном пуховике. Казалось, он ни капли не изменился с тех пор, как уходил: под длинным пуховиком на нём был тот самый комплект утеплённого термобелья, в котором они сажали деревья.
— Держи. — Цзи Фэнчан вытащил из кармана четыре маленьких флакончика и протянул их, раскрыв ладонь перед Нань Синхуэем.
Нань Синхуэй на мгновение замер, прежде чем сообразить взглянуть на ладонь Цзи Фэнчана.
Крошечные прозрачные пластиковые бутылочки бледно-желтого цвета, каждая размером примерно с палец Нань Синхуэя, были наполнены жидкостью или кремообразной массой разной степени темноты.
Нань Синхуэй озадаченно спросил:
— Что это?
Цзи Фэнчан шевельнул бровями:
— Разве ты не просил средство для снятия макияжа? Вот это, двухфазное, как раз оно. Остальные три — это пенка для умывания и крем для лица после умывания. Там есть надписи, разберёшься сам.
Нань Синхуэй остолбенел:
— Ты уходил ради этого?
Слёзы застучали по протокам, безуменно рвясь наружу, а в груди забродило так, словно её залили уксусом по старому рецепту — всё прокисло от щемящей нежности.
Нань Синхуэй не хотел плакать, но голос помимо его воли задрожал.
Видя такую реакцию, Цзи Фэнчан немного растерялся, не понимая, рад ли парень этим четырём пузырькам или расстроен, но по крайней мере он сделал всё, что мог.
— Только не капризничай. В такое время все магазины на улице уже закрыты, круглосуточный супермаркет далеко, да и неизвестно, продаётся ли там такое. Я сходил к соседке из ателье, одолжил у неё. Она сказала, что это пробники, которые её дочери дают в подарок при покупке уходовой косметики. Объём маленький, но состав и свойства точно такие же, как у полноразмерных средств. Я подумал, что у тебя такая моська, тебе точно хватит, поэтому не стал просить большие банки. Пусть они крошечные, зато ими никто не пользовался, можешь смело мазать.
Цзи Фэнчан произнёс самую длинную тираду с момента их знакомства, и заодно связал в ниточку слёзы Нань Синхуэя, которые тут же ручьями хлынули из глаз.
Цзи Фэнчан не слишком умел справляться с чужими слезами, поэтому растерянно пробормотал:
— Ты чего ревёшь? Недовольлен чем-то или как?
Нань Синхуэй закивал головой, так быстро, что в воздухе замелькали тени и полетели дугой прозрачные капли слёз. Кое-как вымытыми руками он закрыл лицо, слёзы просочились сквозь пальцы, и он всхлипнул:
— Нет, я всем доволен. Просто я так тронут, ты ко мне так добр, а мы ведь познакомились только сегодня.
— Эх, — Цзи Фэнчан глубоко вздохнул. — Твоя реакция меня напугала. Встреча — это судьба, раз тебе нужна помощь, я и помог. Хоть я человек и не любящий хлопоты, но всё же не бесчувственный чурбан. Ладно, хватит плакать, а то ещё зальёшь грязь в глаза. Я пока выйду, а ты приведи себя в порядок.
Видя, что Нань Синхуэй сейчас явно не в том состоянии, чтобы брать в руки флаконы, Цзи Фэнчан расставил все четыре бутылочки в ряд на раковине.
— Я тут подумал: раз уж ты всё равно моешь лицо, может, заодно помоешься целиком и голову вымоешь? Я пойду поищу тебе пару новых полотенец.
Нань Синхуэй всё ещё тонул в смеси печали и трогательных чувств, и пришёл в себя лишь тогда, когда Цзи Фэнчан вернулся с полотенцами.
Цзи Фэнчан принёс Нань Синхуэю розовое полотенце с мультяшным принтом и розовое банное полотенце. Подумав, что раз уж он зашёл так далеко, то стоит довести дело до конца, он захватил ещё и комплект ни разу не надетого светло-серого термобелья. Что же касалось нижнего белья, то тут он был совершенно бессилен: он был родом с севера, ростом почти под метр девяносто, одарённый природой по полной программе, а на Нань Синхуэе его трусы точно не удержались бы.
Заметив, что Нань Синхуэй перестал плакать, Цзи Фэнчан даже подшутил над ним:
— Посмотри на это полотенце и банное полотенце. Я купил их в супермаркете по скидке, акция: два по цене одного. Я пользовался синим, а розовый цвет не люблю, так что он у меня лежал без дела, вот теперь как раз и пригодился.
Этот чумазый комочек плакал тихонько, всхлипывая и шмыгая носом, настоящий ребёнок, вызывающий жалость, — розовый цвет ему определённо подходил.
Цзи Фэнчан разложил вещи и хлопнул в ладоши:
— Ну всё, я ухожу. Мойся спокойно, если что понадобится — зови, я в гостиной.
Нань Синхуэй всхлипнул напоследок:
— Хорошо.
Сделав два шага, Цзи Фэнчан обернулся. С расстояния в пять-шесть шагов он посмотрел на заплаканного Нань Синхуэя с покрасневшими глазами, и в нём внезапно всколыхнулось непреодолимое желание обнять парня.
Сдержав шаг, он вместо этого спросил:
— Кстати, я ведь так и не спросил, как тебя зовут? Меня зовут Цзи Фэнчан: ясный ветер, длина и ширина.
— Цзи Фэнчан. — Имя мужчины перекатилось на языке Нань Синхуэя, ещё непривычное, но до чего же ласкающее слух.
Нань Синхуэй озарил его мягкой улыбкой:
— Меня зовут Нань Синхуэй: звезда от слова звезды, возвращение от слова возвращаться.
http://bllate.org/book/32684/3995489
Готово:
