Он сонный и с расфокусированным взглядом приподнялся на кровати и посмотрел на семенившую сюда Лин Янь, за которой следовал незнакомый молодой евнух. Сун Синчжоу потёр глаза и сонно спросил:
— В чём дело?
— Младшая княгиня, у вана есть указ. Прошу вас принять его.
Сун Синчжоу сладко потянулся и произнёс:
— Что, приказ твоего вана нужно принимать обязательно стоя на коленях?
Его воротник был небрежно распахнут, и при каждом движении открывался вид на белоснежную грудь. Маленький евнух поспешно покраснел, отвёл глаза и, опустив голову, пробормотал:
— Да в общем-то… не обязательно.
— Раз не обязательно, так говори. Я послушаю лёжа.
Младший евнух опустил голову и огласил волю вана:
— Устная воля вана: с сегодняшнего дня посадить младшую княгиню Сун под домашний арест в Саду Осеннего Леса.
Сун Синчжоу бросил на него мимолётный взгляд, подумав про себя: всего-то и сходил в кабинет, а сегодня уже велели посадить под домашний арест. Этот Регент тоже на редкость мелочен. Стало быть, в том кабинете и впрямь кроются какие-то тайны.
Закончив оглашать указ, молодой евнух удалился.
Лин Янь с перекошенным от огорчения лицом взяла верхнюю одежду, чтобы помочь Сун Синчжоу одеться, и сокрушённо вздохнула:
— Господин, что вы натворили вчера вечером? Из-за чего это ван вдруг велел посадить вас под арест?
Сун Синчжоу поправил искусственную грудь под нижним бельём и ответил:
— Да просто поприставал к нему, вот твоего господина и вышвырнули за дверь.
Лин Янь:……
Перемены в старшем господине оказались столь разительными, что поначалу Лин Янь было трудно с этим смириться, но теперь такое положение дел вполне могло обернуться благом, так что она постепенно привыкла.
Лин Янь суетливо принялась завязывать тесёмки на нагруднике и затянула покрепче, приговаривая:
— Тяжело же вам, господин, целый день носить эту штуку, должно быть, жутко неудобно.
Сун Синчжоу с беспомощной улыбкой отозвался:
— Неудобно — всяко лучше, чем умереть.
Лин Янь моргнула и, не желая бередить его душу, перевела тему:
— Господин, из поместья пришли новости: барышня очнулась.
Сонливость вмиг слетела с Сун Синчжоу:
— Когда это случилось?
— Прямо прошлым ночью.
Если Сун Цинчжи пришла в себя, ему тоже пора навестить поместье Сун. Насчет дела старейшины рода Сун оставалось еще немало вопросов и неясностей, и он должен был лично расспросить об этом Сун Цинчжи.
Но как ему выбраться?
Сун Синчжоу наконец опомнился:
— Лин Янь, причеши меня и помоги собраться, пойду засвидетельствую почтение вану.
Лин Янь сглотнула слюну и, накладывая мазь на ожог на его плече, проговорила:
— Господин, ван ещё с раннего утра уехал во дворец и до сих пор не вернулся!
На коже, похожей на белый нефрит, отчётливо выделялся красный рубец. Лин Янь осторожно распределила мазь, а затем забинтовала плечо.
Сун Синчжоу протянул «а-а», внезапно соскочил с постели, подхватил юбки и вихрем выбел наружу.
Лин Янь на мгновение замерла, но тут же сообразила:
— Господин, обувь!
-
Спустя палочку благовоний у высоких стен Сада Осеннего Леса Лин Янь с трепетом задрала голову:
— Господин, эта стена слишком высокая, давайте, пожалуй, не будем!
Сун Синчжоу ступень за ступенью поднялся по приставленной лестнице, дрожа и качаясь, взобрался на самый верх, ухватился за гребень стены и бросил Лин Янь:
— Я сгоняю туда и обратно, а ты карауль дома.
Сказав это, он присел на стремянке, немного перевёл дыхание, выпрямился и окинул взглядом пространство внизу. К счастью, напротив росло раскидистое дерево — он мог прыгнуть на ствол, а оттуда уже спуститься по нему.
Идеально.
Он поднял ногу и встал на край стены, ощутив приступ головокружения, от которого отходил ещё добрых полминуты.
Размахнуться! Прицелиться! Готовность!
Прыжок!
Сяо Ци кончиками пальцев зажимал бело-нефритовую фишку, рассеянно перебирая её, и опустив взгляд, вглядывался в доску.
Цзян Кунпань сидел напротив и непринужденно заговорил, словно поддерживая беседу:
— Ван, сегодня из Палаты налогов и сборов доложили: они подсчитали государственный зерновой налог, собранный в префектурах Юньнань и Гуйчжоу — в этом году собрали на два миллиона ши меньше, чем в прошлом.
— Передай эту весть вдовствующей императрице. — Фишка, зажатая между его точёными пальцами, опустилась на определённое пересечение доски. — И распусти в столице слухи о том, что Князь Наньань тайно сходится с некоторыми влиятельными сановниками при дворе, да так, чтобы это непременно дошло до ушей вдовствующей императрицы и императора.
— Слушаюсь. — Чёрный камень в руке Цзян Кунпаня опустился на доску, в мыслях у него уже всё прояснилось. — Прекрасный план вана, поистине превосходный. Пусть Цянь Юнцзе и Лян Симин грызутся между собой, а мы посидим на берегу и понаблюдаем за пожаром.
Сяо Ци вытащил из шкатулки с агатовыми камнями для го ещё одну белую фишку. Перед его взором внезапно возник вчерашний нежный и капризный образ, и он сменил тему:
— Завтра отправляйся в резиденцию наставника Лю, передай от моего имени письмо.
— Наставника Лю? — озадаченно замер Цзян Кунпань. — Этот почтенный старец уже много лет не вмешивается в государственные дела, неужели ван… додумался до такого?
— Попроси его прийти в поместье, чтобы обучать кое-кого.
Белая фишка легла на доску. Сяо Ци оставался невозмутим, а Цзян Кунпань озадачился ещё сильнее: в резиденции нашёлся кто-то, ради кого потребовалось привлекать самого наставника Лю?
В этот самый момент над головой раздался громкий шуршащий треск — крона старого драконьего вяза заходила ходуном, и оттуда, раскачиваясь среди ветвей, прямо вниз полетела чёрная тень.
Прямоёхонько в объятия Сяо Ци.
Жемчужные заколки разлетелись, волосы спутались, во взоре пары прелестных, словно цветы бегонии, глаз читалась полнейшая растерянность, а на одежде застряли древесные листья.
Ого, да это же его недавно обретённая молодая жёнушка.
Автор пишет:
Благодарю маленьких ангелочков, которые жертвовали мне баньцзян или поливали питательной жидкостью в период с 2023-01-27 13:18:27 по 2023-01-28 12:52:41~
Спасибо маленьким ангелочкам, поливавшим питательной жидкостью: Снова и снова, Девять Врат — по 1 бутылке;
Большое спасибо всем за поддержку, я буду продолжать стараться!
Глава 5. Снятие запрета
Сун Синчжоу: ??? Не заглянул в лунный календарь перед выходом из дома.
Перепрыгиваешь через стену и надо же так угодить прямо в объятия Регента — ну просто спасибо на этом!
— Ван…
Кто вообще сказал, что Регент уехал во дворец?
Сун Синчжоу вытаращил глаза от изумления, его глаза вмиг покраснели, миниатюрный изящный носик слегка забавно сморщился, и он неожиданно тихонько захныкал.
Сяо Ци:……
Играет великолепно.
Сун Синчжоу подумал про себя: кинематограф задолжал ему Оскара.
Их взгляды столкнулись в переплетении мерцающих теней.
Глаза Сун Синчжоу были влажными, уголки покраснели, напоминая цветок бегонии, только что сорванный бурей, — до того трогательный и беззащитный вид.
— Наплакался? — Взгляд Сяо Ци скользнул по его чертам лица вниз и остановился на тонкой шее, ослепительно белой, из-за чего капелька крови выглядела ещё более вызывающе.
http://bllate.org/book/32656/3992312
Готово:
