Угу. Ши Мо шмыгнул носом, взял протянутую ему воду и попытался открутить крышку, но тут сообразил, что из-за повязки на руке это неудобно.
Цзи Чаошэн увидел, что тот никак не может справиться с крышкой, протянул ему свою — уже открытую бутылку, а сам отвернулся и отошел.
В этот момент в кармане брюк Цзи Чаошэна зазвонил телефон.
Как раз выдалась свободная минутка на отдых, так что он достал смартфон и бросил взгляд на экран: сообщение прислал его агент:
— Слышал, ты довел Ши Мо до слёз? Это вообще нормально?
Цзи Чаошэн почувствовал себя несколько озадаченным, подумав про себя: ну надо же, как быстро разлетаются такие слухи!
— Нет, он сам упал, если не веришь, посмотри запись!
Сообщение только ушло, как пришел ответ:
— Поосторожнее там. Мы с его агентом в хороших отношениях, не ставь меня в неловкое положение.
Цзи Чаошэн ответил коротким «угу» и убрал телефон.
Он машинально скосил глаза на Ши Мо и заметил, что тот по-прежнему тихо сидит на своем месте, сжимадя в руке ту самую открытую им бутылку воды, не сделав ни единого глотка.
Вскоре съемки возобновились.
Следом шла простенькая мини-игра, а после нее — съемки в павильоне и ужин.
Поскольку в предыдущем испытании Ши Мо проиграл Цзи Чаошэну, его ужин состоял лишь из скромной порции овощного салата.
Если бы это случилось раньше, Ши Мо наверняка бы кусок в горло не лез. Но теперь, глядя на стоящий перед ним салат, он не только не расстроился, но даже обрадовался. Зеленая пища, полезная и легкая, ну разве не прелесть!
Ши Мо уплетал овощной салат и попутно обдумывал свою новую жизнь.
В прошлой жизни после прихода в индустрию он практически не отдыхал — настоящий трудоголик, который мог бы жить за счет внешности, но при этом страстно желал «пахать» до упаду, соревнуясь со всеми подряд.
На этот раз он твердо решил не идти по проторенной дорожке: нужно беречь здоровье и дожить до ста лет.
А главное — не злить Цзи Чаошэна, чтобы тот, как в прошлой жизни, не бросился преследовать его и «загонять до смерти».
Ши Мо шмыгнул носом, вытащил салфетку, чтобы протереть глаза, и мысленно выругался: ну до чего же вредные люди на этом телевидении, бухнули в салат столько васаби, что от жжения глаза на мокром месте.
В этоты момент свет перед ним померк, он поднял голову и увидел, что Цзи Чаошэн неизвестно когда подошел к его столу.
Тот положил ему в тарелку кусок стейка и произнес:
— Хватит плакать.
— Я не плачу. — Ши Мо поднял голову, собираясь оправдаться, но на беду из глаза как раз скатилась слезинка.
Цзи Чаошэн поскреб свою короткую стрижку, решительно не понимая, как утешать людей.
Если бы не страх перед вечными нравоучениями агента, он ни за что не стал бы изображать из себя благодетеля!
Но раз уж подошел, а вид у Ши Мо такой «ревущий», то не утешить его казалось как-то неудобно. Поколебавшись с мгновение, он протянул руку и хлопнул Ши Мо по тыльной стороне ладони — всё это движение выглядело точь-в-точь как робособака, пытающаяся подружиться с человеком: на редкость деревянно и неловко.
Почтительно сочтя свою миссию по утешению выполненной, Цзи Чаошэн вернулся на свое место.
Ши Мо, сдерживая выступившие от васаби слёзы, скосил глаза на Цзи Чаошэна и подумал: а ведь когда этот тип не идет наперекор, он даже милый, похож на крупную и простодушную собаку.
Что же он сам такого натворил в прошлой жизни, раз этот упрямец преследовал его и грыз столько лет?
Глава 2
Сяо Лин, помощник режиссера из съемочной группы, наблюдала всю эту сцену от начала до конца.
Она вопросительно глянула на единственного оставшегося оператора в своей группе, как бы спрашивая, поймал ли тот нужный момент.
Оператор показал ей знак ок, и Сяо Лин наконец успокоилась.
После ужина предстояла последняя часть съемок — нечто вроде коллективного отдыха.
Шестеро гостей собрались в холле гостевого дома, непринужденно беседуя и играя в игры.
Две девушки из женской группы настроили аудиосистему и принялись зазывать всех петь.
Ши Мо и Цзи Чаошэн оказались за одним столом, поскольку были в одной команде.
Правда, ни у того, ни у другого не было особого желания заводить разговор: Ши Мо наслаждался редкими минутами покоя, а Цзи Чаошэн просто понятия не имел, как общаться с людьми.
Ши Мо повернулся и глянул на сидящего рядом парня, внезапно сообразив, что за столько лет знакомства в прошлой жизни они, кажется, никогда вот так тихо и спокойно не сидели бок о бок.
Если они и пересекались на банкетах или приемах, то лишь обменивались парой дежурных фраз, либо второпях сталкивались за кулисами какой-нибудь премии, полушутя-полусерьезно поздравляя друг друга.
— Чего это вы оба такие тихие? — к ним подошел Ян Сюн из группы актеров среднего поколения и опустился рядом.
Ян Сюн обладал солидным актерским мастерством, безупречной репутацией и пользовался неплохой популярностью в кругах шоу-бизнеса. К тому же, хотя ему уже почти исполнилось сорок, он прекрасно за собой следил и выглядел ничуть не менее привлекательно.
Вот только у него была дурная привычка брать на себя роль наставника: сталкиваясь с молодежью, особенно с такими новичками, как Ши Мо и Цзи Чаошэн, он любил принять важный вид и прочитать пару-другую нравоучений.
— Учитель Ян. — Ши Мо торопливо поприветствовал его.
Ему предстояло вместе с Ян Сюном сниматься в драме о республиканской эпохе, и участие в этом шоу в некотором роде служило разогревом перед грядущими съемками.
— Угу. — Ян Сюн перевел взгляд с Ши Мо на Цзи Чаошэна и заговорил: — Эх, молодежь, сопернический дух — это, конечно, хорошо, но во всем нужно знать меру. Особенно ты, Сяо Цзи, умудрился сегодня травмировать Сяо Ши.
Услышав это, Цзи Чаошэн с первого же раза догадался, кто именно настучал его агенту.
Но отправляясь на съемки, он получил четкие наставления: к старшим по группе нужно относиться с величайшим уважением и ни в коем случае не пререкаться, так что ему оставалось лишь стерпеть и промолчать.
— А ты, Сяо Ши, тоже хорош: взрослый мужик, а держись стойко, нечего чуть что — сразу в слёзы, — продолжал Ян Сюн.
— Учитель Ян, я не плакал... — попытался объяснить Ши Мо.
— Раз плакал, значит плакал, просто впредь будь внимательнее, — отрезал Ян Сюн.
В прошлой жизни Ши Мо уже работал с Ян Сюном и знал, что тот по характеру человек добросердечный и очень заботится о новичках в команде, просто обожает поучать. Спорить он больше не стал, послушно кивнув с видом прилежного и внимательного ученика.
Сидевший рядом Цзи Чаошэн при этих словах невольно бросил на Ши Мо косой взгляд, выражение его лица было насквозь пропитано возмущением.
http://bllate.org/book/32620/3987506
Готово:
