Лу Хэ с самого начала, войдя, наблюдала за планировкой. Она всё отлично рассчитала: они могли убежать вместе, но никак не ожидала, что всё равно опоздает хоть на шаг.
– Я её бывшая девушка, которая жестоко поиграла с её чувствами, а потом бросила, – с улыбкой произнесла Лу Хэ. – С чего бы ей приходить меня спасать?
Она солгала. Той, чьими чувствами поиграли, была она сама.
– Лу Хэ, почему ты так долго?
Староста посмотрел на стоявшую в дверях холодную и отрешенную фигуру, прищурился и укоризненным тоном произнес:
Лу Хэ ничего не ответила, лишь крепче сжала пальцами края рукавов.
– Опоздавший должен сам себя наказать тремя чарками! – заместитель старосты покачал в руке бокал, на его лице застыла злорадная усмешка.
Какая-то девушка за столом, судя по всему, не выдержала и хотела заступиться за неё, но подруга рядом вовремя дернула её за рукав.
Соседка потянула её за манту, покачав головой:
– Не лезь не в свое дело.
Девушка рассердилась, но смогла лишь подавить свой гнев: в конце концов, для них, бедных студенток, подрабатывающих на учебе, староста, состоявший в хороших отношениях с руководством вуза и преподавателями, в огромной степени определял, получат ли они стипендии и материальную помощь.
Лу Хэ ничего не ответила, уверенно прошла вперед, взяла протянутый заместителем старосты бокал и осушила его до дна.
– Отлично! – староста захлопал первым, улыбаясь так, что глаза превратились в щелочки. – Какая выносливость!
Лу Хэ бросила на него взгляд, и от этого едва заметного взгляда лицо старосты слегка изменилось.
Не обращая внимания на выражение лица старосты, Лу Хэ взяла бутылку, наполнила бокал — вторая чарка.
Третья.
Дно стеклянного бокала соприкоснулось со столешницей, издав негромкий, но резкий звук.
В отдельном кабинете воцарилась мертвая тишина, все присутствующие смотрели на нее с шоком и благоговением.
Это же целых три чарки крепкого байцзю! Лу Хэ осушила три бокала подряд, даже не покраснев, и стояла на ногах абсолютно уверенно.
Брови старосты сошлись на переносице, на лице появилась фальшивая улыбка.
– Наша отличница Лу так крепка на питье! Может, позволим всем убедиться, сколько же на самом деле способна выпить наша умница? Как вам идея?!
Староста обвел взглядом лица собравшихся: выражения у всех были разными, вот только никто не смел поднять глаз.
– Староста, это же три чарки крепкого спиртного, Лу Хэ, возможно, просто не краснеет… – та самая девушка, которую ранее удержали, все же не выдержала и тихо заступилась за Лу Хэ.
– Можно и не пить.
Неужели староста вдруг стал таким сговорчивым? Все просто не верили своим ушам, хотя в глубине души нарастало недоброе предчувствие.
– Выпьешь за неё ты.
С этими словами заместитель старосты крутанул стеклянный круг на столе, и бутылка остановилась прямо перед девушкой.
Лица её и её подруги мгновенно побелели.Лу Хэ бросил косой взгляд на тех двух девочек, поднял руку, закатал рукава, налил себе еще и выпил.
— Бах! — на этот раз стакан опустился на стол с отчетливым стуком. Звук был негромким, но в тишине отдельного кабинета его прекрасно расслышали все.
Взгляды присутствующих тут же обратились к ней.
— Пятая.
Старший староста тоже перевел взгляд обратно на Лу Хэ. Уголки его губ приподнялись в усмешке:
— Продолжай.
Шестая чашка.
Лу Хэ действительно оказалась такой, как говорили девчонки: алкоголь просто не отражался на ее лице, но это вовсе не означало, что она не пьянеет.
Когда ей досталась седьмая чашка, сознание Лу Хэ уже явно начало расплываться.
Заместитель старосты посмотрел на пустую бутылку из-под ликера, в которой уже ничего не осталось, и с сомнением обратился к старосте:
— Староста, уже седьмая...
Старший староста бросил на зама пренебрежительный взгляд и надменно бросил:
— Если что случится, я беру ответственность на себя.
Лу Хэ чувствовала лишь, как все вокруг идет кругом, вся комната искривилась и сплелась в один сплошной комок, а лица людей — вытянутые, короткие, широкие, плоские — расплывались и стали совершенно неразличимы.
С сухим щелчком дверь отворилась.
Внутрь влетела прекрасная синяя бабочка с узорчатыми крыльями. Она слегка задрала подбородок и высокомерно потребовала ответа:
— Лу Хэ! Кто разрешил тебе прогуливать занятия?
Лицо старосты изменилось, он тут же поднялся на ноги. Разве это не Вэнь Цяо, старшая дочь из Группы компаний «Вэнь»? Что она здесь забыла?
В этот момент Вэнь Цяо тоже заметила сидевшую к ней спиной Лу Хэ. Она подошла и толкнула Лу Хэ в плечо:
— Эй!
Лу Хэ и так была пьяна, а от толчка Вэнь Цяо потеряла равновесие и чуть не рухнула на пол. Внезапно уловив знакомый запах, Лу Хэ, прежде чем упасть окончательно, из последних сил подалась назад, стремясь завалиться в привычном направлении.
Вэнь Цяо подхватила Лу Хэ за талию, а другой рукой перехватила стакан из ее рук.
Лу Хэ уткнулась лицом в шею Вэнь Цяо, от нее сильно разило алкоголем, и она попыталась вырваться: старшая барышня терпеть не могла запах спиртного.
Однако все вышло совсем не так, как она думала: Вэнь Цяо лишь крепче обняла ее, не позволяя пошевелиться.
— Кто заставил ее пить? — чистый и сладкий голос Вэнь Цяо разнесся по самому отдаленному уголку отдельного кабинета.
Никто не осмеливался относиться к этому нежному голоску пренебрежительно.
Стоявший староста почувствовал, как его лицо то бледнело, то покрывалось пятнами от злости. Бросив взгляд на заместителя, он без малейших колебаний сдал своего прихвостня.
— Это он.
— Я? Да только что… — зам испуганно попытался оправдаться, но под угрожающим взглядом старосты его голос резко оборвался.
Вэнь Цяо слегка покатила вино в стакане, посмотрела на заместителя старосты и с улыбкой спросила:
— Значит, ты?
У заместителя тут же пропал весь прежний надменный и дерзкий вид. Опустив голову, он недовольно и против воли выдавил:
— Я.Крепкий алкоголь полетел прямо в лицо человеку — Вэнь Цяо со злостью плеснула ему в харю. Запах выпивки мгновенно заполнил весь вип-кабинет, и никто не смел издать ни звука.
Прозрачные капли спиртного стекали по прядям волос и подбородку, палками капая на пол.
Кап.
Кап.
Лицо директора помрачнело донельзя, словно с него вот-вот готова была сорваться вода. Он стер ладонью вино со лжа — эта порция угодила ему прямо в лицо, но он не смел сказать и слова.
Вэнь Цяо убрала улыбку и холодно бросила:
— Раз не умеешь воспитывать своих собак, вини в этом только себя.
— Лу Хэ — мой человек, и впредь следи за языком, прежде чем что-то предпринимать.
Бросив эти слова, Вэнь Цяо притянула к себе Лу Хэ и зашагала к выходу.
Пьяную девушку затолкали в машину. Мягкое тело расположилось верхом на коленях у Лу Хэ.
Лу Хэ затуманенным взором смотрела на хмурую госпожу. Та, обычно совершенно не умевшая улыбаться, сейчас улыбнулась. Девушка протянула руку и коснулась межбровья Вэнь Цяо, словно желая разгладить хмурую складку.
Но Вэнь Цяо отмахнулась от ее руки.
— Смеешься? Ты еще смеешься?
— Кто заставил тебя пить? Разве я не говорила, что терпеть не могу запах алкоголя?
Лу Хэ лишь тихонько протянула «м-м», не отрывая взгляда от этого красивого лица. Кошечка рассердилась. Одурманенная хмелем, Лу Хэ казалась немного наивной и в столь «серьезный» момент даже забыла опустить приподнятые уголки губ.
Вэнь Цяо заскрипела зубами:
— Не думай, что раз ты напилась, я не стану тебя наказывать! Сегодня я тебя...
Лу Хэ одновременно кивала и с угодливым видом подалась вперед, сдержанно коснувшись губ Вэнь Цяо легким поцелуем.
В ее влажных глазах читалось немое извинение перед рассерженной кошечкой.
— Накажу... накажу... — уловив смиренный и мягкий взгляд Лу Хэ, Вэнь Цяо на мгновение лишилась дар речи, а кончики ее ушей медленно окрасились в нежно-розовый цвет.
Лу Хэ редко проявляла подобную инициативу.
— Хм, не думай, что раз ты так сделала, я тебя прощу. — Вэнь Цяо положила руки на плечи Лу Хэ и изо всех сил их сжала. Видимо, в ее понимании это и было наказанием.
Ощущая легкое, похожее на щекотку давление на своем теле, Лу Хэ изогнула брови — кошечка перестала сердиться.
Обычно холодная и отстраненная преподавательница Лу сегодня не только не сходила с лица улыбка, но она еще и сама поцеловала ее, и заговорила таким избалованным тоном.
Вэнь Цяо показалось это невероятно забавным, и она уже собиралась сменить гнев на милость, как в голове вдруг всплыло воспоминание. Ее лицо мгновенно снова приняло суровый вид, и она обеими руками свирепо ущипнула Лу Хэ за щеки, растягивая их в разные стороны.
— Кто была та девица? — недобрым голосом потребовала ответа Вэнь Цяо.
— М? — растерянно моргнула Лу Хэ.
— Еще притворяешься! Сегодня, когда я тебя обняла, эта девчонка так всполошилась, что чуть не вскочила. — Вэнь Цяо высказала крайнее недовольство.
Лу Хэ принадлежит ей. Только ей одной.
Вэнь Цяо приподняла подбородок Лу Хэ, и в ее глазах отчетливо читалось желание владеть безраздельно:
— Ты мой человек, слышишь?
Приказной тон проник в уши Лу Хэ, и приятное покалывание волной побежало от макушки вниз по позвоночнику, заставляя тело онеметь.
Руки Лу Хэ обвились вокруг талии Вэнь Цяо и крепко сжались.
Выпустившая когти кошечка рухнула в объятия Лу Хэ:
— Госпожа защитит меня?
— Конечно. — Без малейших колебаний ответила Вэнь Цяо, приподнялась на талии и вновь заняла доминирующее положение.
На этот раз Лу Хэ не стала спорить с Вэнь Цяо и зарылась пушистой головой в ее объятия, ластясь словно крупная собака.
Не выдержав, Вэнь Цяо протянула руку и взъерошила шевелюру Лу Хэ. Ее аккуратные волосы вмиг превратились в растрепанное гнездо.
Она уже целиком погрузилась в процесс «тисканья собачки».
— Слышу.
А?
Вэнь Цяо на мгновение замерла, прежде чем сообразить, что Лу Хэ ответила на ее прежний вопрос.
Вэнь Цяо потрепала Лу Хэ по голове, лучезарно улыбаясь:
— Учитель Лу такая послушная.
Ресницы Лу Хэ, похожие на перья ворона, опустились, скрывая потускневший блеск черных глаз. Но она тут же вскинула голову и улыбнулась Вэнь Цяо.
Вэнь Цяо еще добрых полчаса подшучивала над опьяневшей Лу Хэ, пока та не покраснела от щипков, и только тогда смилостивилась.
Застегивая пуговицу за пуговицей на одежде Лу Хэ, она с довольным видом бормотала:
— Ненавижу запах алкоголя, в следующий раз пить не смей.
На самом деле Вэнь Цяо не испытывала отвращения к выпивке как таковой — ей претило лишь то, что от Лу Хэ разило спиртным.
Когда все шесть чашек крепкого алкоголя ударили в голову, мир вокруг Лу Хэ завертелся волчком, и она лишь затуманенно кивала. Вдруг она почувствовала, что в объятиях стало пусто — Вэнь Цяо отстранилась.
Девушка опустила голову, шумно втянула носом воздух и поморщилась: от нее отчаянно несло алкоголем. Она снова принялась расстегивать только что застегнутые пуговицы, пытаясь избавиться от въевшегося запаха.
Вэнь Цяо повернула голову и нажала кнопку на дверной панели — перегородка между передней и задней частью салона опустилась. Дядя Ли в строгом деловом костюме и белых перчатках бросил взгляд на зеркало заднего вида.
От царившей между девушками двусмысленной атмосферы у пожилого мужчины покраснело лицо. Домашняя учительница юной госпожи выглядела растрепанной, а на шее алело несколько пятнышек — сразу видно, что это не комариные укусы. До чего же буйной оказалась ее госпожа!
Дядя Ли лишь мельком бросил взгляд и тут же отвел глаза. В конце концов, он всего лишь водитель, и прекрасно понимает, что ему дозволено видеть, а что нет.
— Госпожа, едем в Юйхувань или в Апартаменты Цзиньху?
Тактично осведомился дядя Ли, назвав два возможных адреса.
http://bllate.org/book/32594/3982567
Готово:
