Система хранила молчание. С чего бы это кто-то стал капризничать и жаловаться на младшего брата перед тем самым второстепенным персонажем оригинального романа, который в своё время точно так же над ним издевался? В былые времена в какую-нибудь древнюю эпоху такого бунтаря бы тут же поволокли бить палками.
Управляющий, державший поднос с чаем, вошел в гостиную и, словно страдая глухотой, пропустил мимо ушей дерзкие речи Цэнь Мина, после чего с мягкой улыбкой протянул Бо Хунли чашку черного чая.
— Я разберусь с этим, — обдумав слова, произнес Бо Хунли. Он бросил на Цэнь Мина взгляд и добавил: — Можешь присесть, не стой тут на проходе.
Ещё сам ты на проходе.
Цэнь Мин потрогал себя за нос и устроился на свободном месте подальше от всех. Было всего чуть за шесть, утреннее солнце за окном казалось затянутым туманной дымкой. Управляющий, поняв безмолвный приказ Бо Хунли, заново заварил свежий чай и поставил чашку рядом с Цэнь Мином.
Телефон в кармане пару раз завибрировал, Цэнь Мин взглянул на экран — сообщение пришло от Бо Цзиюяня.
【._Скоро буду-】
Он ответил: 【Катись! (╯‵′)╯︵】
Кто его знает, когда этот Бо Цзиюань соизволит явиться?
Цэнь Мин посильнее надвинул на глаза козырек кепки, обнял диванную подушку и приготовился немного вздремнуть.
Вскоре кепку с его головы неожиданно сдернули.
Перед ним возник синеволосый Бо Цзиюань. Он улыбнулся и поприветствовал его:
— Ты сегодня рано.
Цэнь Мин зевнул:
— Ты опоздал, с тебя десять минут.
— Дела задержали, в следующий раз отдам.
Бо Цзиюань не стал вдаваться в подробности, лишь бросил взгляд на наручные часы.
Цэнь Мин поплелся за Бо Цзиюанем к выходу, по пути сладко потянувшись, и вдруг вспомнил, что Бо Хунли, кажется, никуда не уходил. Обернувшись к дивану, он увидел, что темноволосый мужчина-альфа по-прежнему сидит на прежнем месте. Солнечные лучи мягко падали на него, а его взгляд, лишенный каких-либо эмоций, тихо и неотрывно следил за ним.
Цэнь Мин бросил ему:
— Пока.
Бо Хунли тихонько отозвался и, сдержанно кивнув, произнес:
— Увидимся вечером.
Вечером?
Цэнь Мин сомневался, что это так просто — возможно, Бо Цзиюань вообще поселит его в университетском общежитии.
Если подумать, почему же Бо Хунли никогда не держал его при себе?
Хотя в оригинальном романе братья из Семьи Бо единогласно считали его всего лишь прихвостнем.
Его плечо вдруг отяжелело.
В машине Бо Цзиюань неожиданно привалился к нему, и его короткие волосы цвета павлиньего пера защекотали щеку.
Цэнь Мин ничего не понял, повернулся и спросил:
— Ты чего?
— Вы с Бо Хунли сейчас так хорошо ладите. И это при том, что раньше он смотрел на контракт раба с крайним презрением. Как думаешь, почему?
Бо Цзиюань задрал подбородок, глядя на него снизу вверх.
Под таким углом Цэнь Мин отчетливо видел его острые глаза в тени надбровных дуг. И хотя на губах мужчины играла улыбка, в глубине его глаз таилось совсем другое — полное ее отражение.
— Почем мне знать.
Бросив это, Цэнь Мин качнулся в сторону, отодвигаясь от Бо Цзиюаня подальше.
На плечо снова легла чья-то рука.
Узловатые пальцы, тонкие запястья, покрытые серовато-черными узорами татуировок священный узор, указательный палец украшают два серебряных кольца, а у основания большого пальца пересекает кожу шрам от давнего пореза.
— Дуешься и не хочешь со мной разговаривать?
Бо Цзиюань снова провел пальцами по его прядям, но Цэнь Мин увернулся.
Заметив это, парень сменил тактику:
— Видимо, он тебе не нравится. Больше не буду о нем заикаться.
Цэнь Мин покосился на беззаботно устроившегося рядом Бо Цзиюаня и демонстративно продолжил его игнорировать.
— Второй молодой господин Бо просто пытается сделать вывод: «он тебе не нравится».
— Интересно, а у самого стримера какое впечатление о Втором господине Бо? Умора просто;
— Открыв оригинал, я обнаружил, что сегодняшний урок верховой езды и стрельбы из лука тоже упоминается в книге. Для стримера это «плохие воспоминания», между прочим.
Машина Семьи Бо подъехала к воротам университетского манежа для верховой езды и стрельбы. На парковке поблизости уже теснилось немало роскошных автомобилей. Цэнь Мин тащил снаряжение для занятий — чертовски тяжелое. Прижав сумку к груди, он вышел из машины и поплелся следом за Бо Цзиюанем.
Сумка оказалась огромной, плотной и высокой, внутри лежали защитные доспехи для занятий, отчего она казалась неподъемной и почти полностью загораживала ему обзор. Краем глаза следя за идущим впереди синеволосым парнем, Цэнь Мин не выдержал:
— Ты-то почему тоже записался на этот предмет?
Ведь и Чжоу Лянцзи каждую неделю исправно отмечался на манеже.
— Легко.
— Легко?
Цэнь Мин недоверянно нахмурился. В своем прежнем мире он занимался конным спортом, и прекрасно знал, каких трудов стоит просто удержаться в седле.
Не успел он сделать и пары шагов, как ноша в руках неожиданно стала легкой — сумку у него забрали.
Мужчина приобнял его за плечи и стремительно увлекал за собой в распахнутые двери. Проход вел на просторную открытую площадку, где то тут, то там уже мелькали фигуры альф. Слышался глухой стук копыт, фырканье коней и звуки веселых голосов.
Бо Цзиюань что-то сказал ему, но Цэнь Мин, отвлекшись на белую лошадь вдали, расслышал не все и переспросил:
— Что?
В тот же миг у самого его уха прозвучал неторопливый, ленивый шепот Бо Цзиюаня:
— Я говорю, что сам все понесу, не хватало еще, чтобы ты от усталости свалился с ног.
Цэнь Мин потер ухо и возмущенно бросил:
— Не лезь ко мне в ухо со своими разговорами, можешь говорить нормально?
— Неженка.
— Сам ты неженка.
Цэнь Мин потрогал мочку уха — стоило ее немного потереть, как нежная белая кожа тут же порозовела.
Занимавшиеся неподалеку верховой ездой альфы тоже заметили прибывших. Синеволосый парень, само собой, был вторым молодым господином из Семьи Бо. Скользнув по нему мимолетным взглядом, они тут же перевели глаза на того, кто шел рядом.
Цэнь Мин.
Раньше Цэнь Мин всегда сопровождал Чжоу Лянцзи на занятиях по верховой езде и стрельбе. Этот смазливый парнишка со статусом раба, словно какой-то прислужник, таскал за хозяином воду и подавал вещи, так что вокруг них быстро разлетелась вся эта двусмысленная слава.
А после грянула та самая громкая ставка среди альф, и Чжоу Лянцзи во время одной из вечеринок запросто отдал парня другим.
Теперь же, снова встретив Цэнь Мина, многие альфы искренне жалели, что тогда не приняли участия в том пари.
Цэнь Мин понятия не имел, о чем думают эти альфы. Его взгляд был прикован к величественному белому коню. Это была лошадь Чжоу Лянцзи, чей нрав разительно отличался от характера хозяина — стоило Цэнь Мину в самый первый раз подойти и погладить ее по голове, как животное не проявило ни малейшей агрессии.
http://bllate.org/book/32590/3982015
Готово:
