Старейшина Гу кивнул, ничуть не заботясь о том, сколько сложных чувств таилось в словах внука. Он покрутил в пальцах чётки и заговорил:
— Ты уже не мальчик, и в любом случае тебе действительно пора жениться.
Гу Чжаочэн нахмурился, собираясь отказаться.
— И это будет не та девушка, которую тебе сватает твоя тётушка, найдутся и другие, — опередив его, снова произнёс старейшина Гу и пронзительно посмотрел на внука. — Я хочу, чтобы ты женился до конца этого года.
Услышав столь безапелляционные слова, Гу Чжаочэн поджал губы и ответил в своем обычном ключе:
— Дедушка, боюсь, я не могу этого исполнить.
Его заявление прозвучало жестко, и атмосфера между ними вмиг снова накалилась до предела. В этот самый момент послышались шаги.
Оказалось, что Линь Ваньтин проводила госпожу Гу отдохнуть и вернулась сама.
— Чжао Чэн, не спеши отказываться, — с сияющей улыбкой спустившись вниз, Линь Ваньтин сначала почтительно поприветствовала старейшину, а затем обратилась к Гу Чжаочэну: — Этот брак был заключен еще при жизни твоей мамы. К тому же ты знаешь этого человека, неужели действительно даже не подумаешь взглянуть?
Взгляд Гу Чжаочэна неуловимо изменился, и он посмотрел на нее.
Заметив, что ее слова привлекли его внимание, Линь Ваньтин улыбнулась еще шире. Мысленно презрев ни на что не годную госпожу Гу, она продолжила мягко и плавно излагать суть:
— Когда твоя мама была жива, у нее была закадычная подруга. Дочь семьи Нань, они тогда договорились пожениться семьями.
С этими словами Линь Ваньтин вздохнула, и в ее голосе послышалось искреннее сожаление:
— Какая жалость, та барышня из семьи Нань тоже оказалась несчастливой судьбы, она скончалась очень рано, поэтому ты, Чжао Чэн, о ней и не знаешь. Но у той барышни из семьи Нань был брат, и у него есть ребенок, которого ты тоже знаешь...
— Кто?
Линь Ваньтин мысленно торжествовала, но томить больше не стала:
— Да это же тот самый Нань Но, что крутится возле тебя! Тётушка видит, что он тебе очень нравится, и подумала: раз уж госпожи Нань больше нет в живых, можно хотя бы исполнить заветное желание покойной старшей невестки, поэтому я и посватала его тебе.
Нань Но?
Не ожидав услышать это имя здесь, Гу Чжаочэн испытал некоторое удивление.
Однако он быстро перевел взгляд на Линь Ваньтин, не упустив мелькнувшее в ее глазах торжество.
Конечно, он прекрасно понимал, о чем думает Линь Ваньтин. Она лишь опасалась, что раз он сошелся с мужчиной, то не станет преградой для ее собственного сына на пути к наследованию семьи Гу.
Хотя Гу Чжаочэн никогда по-настоящему не ставил семью Гу ни во что, в этот момент его сердце всё же слегка заледеняло.
Каждый в семье Гу, так горячо и усердно интересующийся его браком, преследовал лишь собственные эгоистичные желания.
Впрочем, у него, пожалуй, не было и права осуждать их — в конце концов, он это заслужил.
Нань Но в тревоге расхаживал из угла в угол по комнате, то и дело поглядывая на окно.
Ему хотелось выпрыгнуть в окно и сбежать из дома семьи Нань.
В обычное время, даже страстно желая обрести свободу, Нань Но ни за что не осмелился бы на такое. Его спальня находилась на третьем этаже, а он, неженка-омега, с детства выращенный под стеклянным колпаком оранжереи, от природы панически боялся высоты.
Но на этот раз всё было иначе.
На душе у Нань Но было тяжело: дело касалось господина Гу.
В тот день, когда мать силой притащила его обратно в семью Нань, у Нань Но отобрали телефон. И хотя передвигаться по особняку ему не запрещали, куда бы он ни направился, повсюду за ним следовало не меньше двух слуг.
В таких условиях Нань Но совершенно не мог найти подходящего момента, чтобы предупредить господина Гу.
Хотя он и утешал себя мыслями о том, что господин Гу невероятно силен и такой пустяковый дом семьи Нань ему вовсе не ровня, Нань Но всё равно не мог успокоиться. Вдруг семья Нань объединится с Ли Синъянем и задумает против господина Гу какое-нибудь злодеяние?
А что, если... что, если господин Гу решит, будто он тоже сблизился с ним намеренно, и возненавидит его?
Изнуряемый роем хаотичных мыслей, которые причиняли ему головную боль, Нань Но снова украдкой подошел к окну, лихорадочно соображая, как же ему спуститься вниз.
Конечно, можно было попытаться спуститься по водосточной трубе, но...
С его-то физической подготовкой он, пожалуй, просто сорвется вниз.
Даже если каким-то чудом он действительно спустится невредимым, это наверняка произведет немало шума. И тогда, если он потревожит бродящую вокруг охрану, его схватят и вернут обратно не пройдет и пары шагов.
Казалось, что бы он ни предпринял, он был совершенно беспомощен.
Нань Но почувствовал, как в груди нарастает удушливое отчаяние: на что он вообще способен? Он всего лишь омега, похожему на него ни за что не справиться...
Мрачные мысли полностью окутали его с головой, душа наполнилась негативом, погружая в тени кошмаров прошлой жизни.
Нет, нельзя!
Нань Но вдруг встрепенулся, выныривая из этого омута уныния. Он изо всех сил затряс головой, напоминая себе, что хотя бы ради господина Гу он не имеет права оставаться таким беспомощным.
Эта мысль придала ему сил: господин Гу — его первый друг, и он, разумеется, должен защитить его любой ценой!
Приняв твердое решение, Нань Но снова подошел к окну.
Глядя на пустой газон внизу, он молча строил планы: если за сегодня ему так и не представится шанс связаться с господином Гу, он попытается сбежать через окно.
Даже если шансы ничтожно малы, как узнать наверняка, не попробовав?
На следующий день Нань Но по-прежнему не нашел способа связаться с внешним миром, однако прыгать из окна ему уже не потребовалось.
Потому что господин Гу пожаловал с визитом в дом семьи Нань.
Неожиданно услышав эту новость, Нань Но, тайком связывавший простыни и пододеяльники в узел, так испугался, что чуть не споткнулся о собственную самодельную «веревку» и не рухнул на кровать.
В последний момент упершись руками в матрас, Нань Но вскочил на ноги и, забыв обо всем на свете, помчался вниз прямо в своих заячьих тапочках!
Пусть он и не знал точного происхождения господина Гу, он прекрасно понимал: тот, кто способен идти наперекор Ли Синъяню, уж точно не может быть простым человеком.
С чего бы такому господину Гу навещать ничем не примечательный дом семьи Нань? Стоило ему подумать, что семья Нань могла шантажировать господина Гу реликвией его покойной матери, как в груди закипала ярость.
Как же мерзко поступает семья Нань!
К счастью, мать, желая поскорее спустить его вниз для сближения с господином Гу, заранее отослала дежуривших снаружи слуг, так что бежавшему впопыхах Нань Но никто не преградил путь.
И вот, когда Гу Чжаочэн сидел в гостиной, с безмятежным видом выдерживая избыточное гостеприимство членов семьи Нань, он вдруг увидел стремительно вылетевшего из-за поворота лестницы Нань Но.
Заячьи тапочки на босу ногу, небрежная домашняя одежда и торчащая на макушке растрепанных волос упрямая прядка...
Пфф...
Глава 13
Хотя Нань Но не понимал, чему именно улыбается господин Гу, охватившая его тревога мгновенно улетучилась, и он подсознательно выдохнул: главное, что господин Гу не сердится.
Он действительно переживал, что господина Гу кто-то обидит, но в то же время в глубине души тайком боялся: а вдруг из-за всего этого господин Гу составит о нем дурное мнение?
Но теперь казалось, что он зря накручивал себя.
Гу Чжаочэн моргнул, даже не подозревая, сколько всего пронеслось в голове у парня за долю секунды, а на его губах играла легкая улыбка.
Он смотрел на стоящего перед ним юношу, внимательно изучая его.
Внешность Нань Но, безусловно, была прекрасна: черты лица поразительно утонченные, а слегка вьющиеся светло-каштановые волосы делали его похожим на маленького принца из сказки. Но сейчас его личико густо покраснело от гнева, а круглые глаза казались объятыми пламенем — с первого же взгляда было очевидно, что молодой человек совершенно не рад происходящему.
Он выглядел точь-в-точь как разъяренный кролик с красными глазами.
Слегка смутившись собственных мыслей, Гу Чжаочэн легко кашлянул:
— Нань Но, иди сюда, присядь.
Мать, глядя на неопрятный вид младшего сына, нахмурилась. Но заметив, что Третий господин вовсе не испытывает отвращения, она промолчала и вместо этого радостно защебетала:
— Третий господин, все вещи, оставшиеся от младшей сестрички, лежат в комнате Сяо Но. Мальчик с малых лет очень любил свою тётушку, ему наверняка о многом хочется поговорить с вами. Не подняться ли вам наверх?
В голосе матери звучала уверенность в собственной правоте; она даже украдкой толкнула младшего сына локтем, приказывая тому поддакивать, и ни на секунду не задумалась о мнении самого Нань Но.
Разумеется, это мелкое движение не укрылось от глаз Гу Чжаочэна. Он помедлил, но отвечать матери не стал — вместо этого он вопросительно посмотрел на Нань Но.
— Можно! — несмотря на то, что мерзкие замыслы матери вызывали у него омерзение, Нань Но поспешно дал согласие. На сердце у него отлегло: хотя он сорвался вниз сломя голову, толком не обдумав, как уединиться с господином Гу и выложить ему всё, теперь выдался идеальный случай.
Воспользовавшись этой возможностью, он сможет откровенно и в подробностях рассказать господину Гу всю правду!
— Тогда Сяо Янь, проводи-ка Третьего господина наверх, — с улыбкой распорядилась мать, одновременно преграждая телом путь пытавшемуся протиснуться вперед Нань Но. — Сяо Но, иди со мной на кухню, поможешь нарезать фрукты.
Разве в доме нет слуг?
Нань Но отчаянно хотел отказаться прямо в лицо, но сдержался. Нахмурившись, он последовал за матерью в дальний угол гостиной.
Гу Чжаочэн многозначительно посмотрел в их сторону, но, подумав, промолчал и послушно последовал за развязным Нань Янем на третий этаж.
— Это комната моего брата, Третий господин, — Нань Янь покрутил в пальчах ключи и уже собирался отпереть дверь, но Гу Чжаочэн остановил его жестом.
— Давайте подождем, пока поднимется Нань Но, — нахмурившись, он невозмутимо бросил взгляд на ключи, зажатые в чужих руках, и его отношение к семье Нань упало еще ниже.
Нань Янь удивленно обернулся: ему было совершенно наплевать, здесь хозяин комнаты или нет, а потому он искренне не понимал, почему Гу Чжаочэн отказывается входить:
— Третий господин?
— Сначала подождем Нань Но, — бросил в ответ Гу Чжаочэн, холодно кивнул ему и отошел в сторону ожидать.
Делать было нечего, и Нань Яню пришлось со скучающим видом остаться стоять поодаль. Он не оставлял попыток завязать непринужденную беседу с этой влиятельной особой, но каждый раз натыкался на вежливые, но подчеркнуто холодные и отстраненные ответы.
Поэтому, когда Нань Но, наконец, отделавшись от наставлений матери, прибежал наверх, его взору предстал собственный братец, стоявший в сторонке с крайне кислым и возмущенным выражением лица.
Что же до господина Гу, то, заметив его появление, тот тут же озарил его мягкой улыбкой:
— Нань Но, ты пришел.
Нань Но быстрыми шагами приблизился к нему, совершенно не обращая внимания на Нань Яня, и одарил господина Гу мягкой, робкой улыбкой:
— Да!
http://bllate.org/book/32570/3979891
Готово:
