Однако, случайно увидев в старшей школе девушку с мрачным и угрюмым нэром, она внезапно не смогла сдержать непреодолимого желания поиздеваться над кем-нибудь.
Но она впервые в жизни затеяла травлю, так что пока что оставалась обычной избалованной аристократкой с незамысловатым новым хобби — ей нравилось трепать нервы особо одаренным студентам.
Хотя она и понимала, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке и подлизы, которые сами навязываются в свиту, умом не блещут, она никак не ожидала, что даже такое простое поручение привести человека обернется провалом.
Изначально Ци Ци планировала привлечь парочку людей, чтобы те помогли ей поиздеваться над этим особо одаренным студентом — тогда ей самой пришлось бы просто сидеть рядом и наблюдать, что сэкономило бы силы и удовлетворило ее прихоть... Но теперь она решила заняться всем лично.
— Ци Ци, ты не сердись, я могу всё объяснить, мы ведь и правда в точности следовали твоим указаниям, — одна из девушек, уловив ее недовольство, поспешно заискивающе улыбнулась. — Мы ведь с ней по-хорошему пытались договориться, кто же знал, что на нее найдет такое помрачение: она бросилась бедрать еще до того, как мы успели договорить, так что нам пришлось пуститься за ней в погоню.
Вторая девица тут же подхватила нить разговора, пользуясь моментом, чтобы полностью свалить вину на Чэнь Лу:
— Именно, она сама абсолютно бестолкова, умудрилась грохнуться на абсолютно ровном месте, да еще угодила прямо в немощеную грязь — ну просто никчемная неудачница, которая ни на что не способна, кроме зубрежки.
При этом они скромно умалчивали о том, что та упала на ровном месте лишь потому, что одна из них подставила ей подножку.
Чэнь Лу, опустив голову, тихо сидела на прохладном мраморном полу. Ее длинная, растрепанная челка полностью скрывала лицо, а дыхание было настолько слабым, что казалось почти незаметным — вылитая безвольная марионетка.
Если бы они сами только что не видели, как проворно та неслась сломя голову, они бы и впрямь могли в это поверить.
— Ты чего молчишь? Неужели и правда немая? Строишь из себя бедную овечку с такой пугающе уродливой физиономией — неужели надеешься, что принц на белом коне прискачет тебя спасать?
Опасаясь гнева переменчивой в настроениях молодой госпожи Ци за некачественно выполненную работу, девушка поспешно перевела тему на уродку, сидящую на полу, и уже собиралась отвесить ей пару пинков, как вдруг услышала легкое покашливание Ци Ци. Из-за этого она упустила из виду злобный, леденящий взгляд исподлобья, который эта самая «абсолютно беззащитная уродка» бросила в ее сторону.
Хотя на дворе стоял разгар летнего полудня, температура в помещении стояла неестественно низкой, отчего по телу расползался липкий, пробирающий до костей холод, заставляющий содрогаться всем существом.
— Ладно, о вашей полной бестолковости мне было известно давно. Это моя вина, не следовало поручать вам столь деликатное дело. — Ци Ци наконец разгладила брови, и ее холодный, презрительный взгляд скользнул по виноватым лицам двух бесполезных прихвостней, а затем переключился на застывшую на полу деревянную куклу.— Вы идите первыми, с остальным я разберусь сами, и вам обеим больше незачем появляться у меня на глаза.
Две девушки, которые изначально рассчитывали выслужиться, но в итоге лишились даже новоприобретенного статуса последовательниц, не успели договорить. Оставшиеся слова застряли у них в горле от одного лишь бесчувственного взгляда Ци Ци, и они поспешно, сгорбившись, быстро удалились, страшно боясь, что, если задержатся хоть на шаг, Ци Ци их запомнит.
Опустив голову, Ци Ци тут же поймала взгляд, брошенный девушкой сквозь щель в густой чёлке: — Ты подглядываешь за мной?
Однако эта эксцентричная особо одаренный студент не признала вину и не стала возражать. Пойманная с поличным, она по-прежнему хранила молчание и лишь зловеще уставилась на нее. Этот неприятный, угрюмый вид заставил бы любого обывателя нахмуриться, вызывая странное, беспричинное раздражение.
Стоило Ци Ци лишь шевелить пальцем, как она внезапно ощутила липкий, леденящий холод, поползший вниз по затылку. Она провела рукой по шее, но ничего не нащупала, после чего продолжила начатое движение и присела на корточки, сравнявшись взглядом с особо одаренный студент, которая пробудила в ней интерес.
Видя, что та прикидывается глухой и немой и сидит как чурбан, Ци Ци вовсе не рассердилась. Долго разглядывая ее, она неожиданно протянула руку к ее лицу. Ярко-красный, словно огонь, золотой браслет с инкрустацией из сердолика слегка качнулся, еще больше подчеркивая белизну ее запястья, похожего на нецветающий нефрит.
Чэнь Лу инстинктивно отпрянула назад, желая увернуться.
Наверняка в ее глазах тоже промелькнет отвращение или страх, но она уже привыкла. Нынешнее сопротивление было не только бесполезным, оно могло навлечь еще большее насилие, к тому же это ее лицо, пожалуй, могло даже испугать эту избалованную наследницу.
Питая крошечную, мрачную надежду на месть, она заставила себя больше не уворачиваться.
Ци Ци откинула густую чёлку перепачканной пылью и грязью особо одаренный студент, стоявшей перед ней, и отчетливо увидела лицо Чэнь Лу, скрытое за волосами, большую часть которого занимало устрашающее синее родимое пятно.
А также те черные с зеленью глаза разного цвета с мрачным, затаившим злобу и ненависть взглядом на дне зрачков, которые по-прежнему упорно взирали прямо на нее.
— Какая же ты уродливая, — долго вглядываясь в нее, протяжно вздохнула Ци Ци.
Это леденящее чувство проявилось вновь, став еще отчетливее — казалось, будто кто-то засунул ей за шиворот кубик льда, и не замечать эту едва тающую, холодную сырость было невозможно.
Однако Ци Ци, казалось, вовсе не замечала никаких странностей. Помолчав мгновение, она не удержалась и расхохоталась: — Надо же, кто-то действительно может быть до такой степени уродливым. Твоя внешность — это нечто невероятно забавное.
Чэнь Лу исподтишка сжала ладони до боли, сдерживая собственное убийственное намерение.— Отныне ты моя игрушка. — Из-за редкого прекрасного настроения у Ци Ци даже её вечно пресыщенное и отстранённое выражение лица, способное убить наповал, стало чуточку мягче. Она подняла девушку и направилась к двери ванной. — Иди за мной.
Чэнь Лу наконец заговорила — это были её первые слова с тех пор, как она увидела Ци Ци:
— Мне нужно вернуться на занятия.
Её голос полностью соответствовал её лицу — в нём не было и намека на какое-либо несоответствие. В отличие от нежного и приятного звучания голосов обычных молодых девушек, её голос был неприятным, грубым и хриплым. Говорили, что причиной тому стал ожог горла кипятком в раннем детстве.
Запястье, сжатое чужой рукой, казалось, поливали раскаленным маслом — от жжения ей отчаянно хотелось выдернуть руку. Но, опасаясь мести со стороны этих богатеев, которые ни во что не ставят простых людей, Чэнь Лу была вынуждена терпеть. В её голове уже рождался тридцать восьмой способ замучить до смерти стоявшую перед ней избалованную девчонку.
Ци Ци ничуть не брезговала. Потащив заинтересовавшую её игрушку за собой, она прибежала в собственную комнату отдыха. Хотя это место называлось комнатой отдыха, на самом деле оно было роскошнее президентского люкса в каком-нибудь пятизвездочном отеле. Впрочем, учитывая, что Клан Ци являлся одним из главных акционеров этой школы, обустроить несколько эксклюзивных комнат отдыха для единственной наследницы было самым обычным делом.
— Ты сейчас грязнее мусорного пакета у дороги, а я не позволю своей игрушке быть такой грязной.Чэнь Лу обвела взглядом эту роскошную комнату, которая так диссонировала с её собственным испачканным грязью телом. Каждая деталь здесь была изысканной до предела. Дорогие лимитированные предметы роскоши, популярные среди девочек их возраста, которые она раньше видела лишь по телевизору или в выброшенных кем-то журналах, здесь валялись повсюду. В конце концов её взгляд упал на шедшую впереди Ци Ци — полную её противоположность.
Белоснежное, изящное, безупречно красивое личико, высокая и стройная здоровая фигура. Она с самого рождения уже выиграла то, к чему стремится финишная прямая жизней подавляющего большинства людей в этом мире. И при этом всём у неё вдобавок имелся весьма толковый ум. Даже если бы она ничего не делала, толпы людей всё равно наперебой дарили бы ей свою заботу и обожание... Казалось, сама судьба благоволила ей одной.Она снова думала об остальных учениках в этой школе, которые ненавидели её за одну лишь внешность. Хотя она вела себя так осторожно и старалась не привлекать к себе ничьего внимания, её всё равно продолжали безнаказанно высмеивать, оскорблять и третировать. Даже когда она набиралась смелости встать перед зеркалом и посмотреть на себя, то видела лишь странную девушку с бегающим взглядом и искажённым выражением лица.
Почему же? Почему этот мир так несправедлив?
Кто-то рождается с золотой ложкой во рту, а её лишили всего с самого появления на свет.
Но что же она сделала не так?
Её сердце словно погрузилось в густой яд, постепенно порождая обиду, зависть и глубоко спрятанное на самом дне чувство неполноценности.Идшая впереди Ци Ци не заметила, как за ее спиной глаза девушки, снова скрытые за густой чёлкой, на мгновение целиком окрасились в жутковатый зеленоватый оттенок. Обычные круглые зрачки сузились до тончайших щелок, до жути напоминая холодные вертикальные змеиные глаза.
— На что это ты уставилась? — открыв дверь душевой, Ци Ци вдруг сообразила, что с самого входа в комнату отдыха та перестала сопротивляться, и резко обернулась.
Чэнь Лу не успела скрыть свой исполненный злобы взгляд, как ее тут же взяли за подбородок и задрали лицо вверх. Ее челка, служившая привычным защитным панцирем, вновь была небрежно отброшена назад. В тот момент ей казалось, что она — хрупкий вампир, которого заживо бросили палящим солнцем. На нее смотрели как на какую-то игрушку, разглядывая со всеми подробностями и не оставляя ни капли самоуважения.
Полыхавшие зловещим светом зеленоватые змеиные зрачки стремительно угасли, возвращаясь к прежнему тупому и мрачному виду.
После этого отвратительная избалованная девчонка, глядя ей в лицо, снова залилась громким смехом, в котором не было ни сочувствия, ни капли жалости.
Как может существовать настолько скверный человек? Она ведь такая красавица, почему она может так смеяться, унижая других?
Уголки глаз Чэнь Лу покраснели, и она даже почувствовала, как от обиды наворачиваются слезы.
С самого детства она сталкивалась со злобой этого мира, и выходки вроде поступков Ци Ци давно уже не могли причинить ей никакого вреда — она ведь должна была давно к этому привыкнуть.Так что это определенно было вызвано вовсе не грустью, а яростью, переполнявшей ее сердце ненавистью и желанием разрезать ее на тысячу кусков.
Ци Ци с трудом закончила смеяться и, восстанавливая дыхание, увидела, что особо одаренный студент, который только что держался так стойко и наотрез отказывался идти с ней, вдруг с абсолютно бесстрастным выражением лица принялся плать.
— Не ожидала, что ты такая ранимая, я ведь тебя хвалю, разве это не очевидно?
Услышав это, Чэнь Лу заплакала еще сильнее: — Врешь, ты просто унижаешь меня.
— Ладно, понимай как хочешь. В конце концов, ты всего лишь моя игрушка, и никаких прав человека у тебя здесь нет. — Ци Ци протянула палец и смахнула слезы под ее веками, с легким любопытством приподняв бровь. Поразмыслив с полсекунды, она решила, что ей лень вдаваться в долгие объяснения, и просто зашла ей за спину, легонько толкнув вперед.
Девушка, которая из-за нехватки денег на еду и без того была очень худенькой и легкой, словно невесомый бумажный лист влетела в душевую. Споткнувшись о порог, она так и села на пол, не двигаясь с места.
Ци Ци тоже вошла внутрь, сначала смыла с рук грязь, оставшуюся от прикосновения к грязному маленькому питомцу, а затем привычно взяла в руки душевую лейку и настроила воду.
— Хватит притворяться мертвой, давай быстрее раздевайся.
http://bllate.org/book/32495/3968032
Готово:
