— Ты рассчитываешь притворяться до каких пор? — отступив на шаг, произнес Цзи Юй.
Ло Хаоюй поднялся на ноги, отряхнул несуществующую пыль с одежды, поправил воротник и манжеты, после чего посмотрел на Цзи Юй и неторопливо спросил:
— В какой момент ты догадался?
— Когда я выходил из подвала, то столкнулся с тобой — судя по всему, ты как раз искал меня и Бай Шэня. Ты сказал мне, что Юнь Ци и Дяо Кунь вышли вместе с тобой и направились в подвал, и в этом ты, скорее всего, не солгал. Но по пути Дяо Кунь попал под влияние гипноза Босса и сорвался, убив Юнь Ци. Ты же в тот момент находился прямо на месте преступления; понаблюдав за всем убийством от начала и до конца, ты собственными руками расправился с Дяо Кунем. После этого ты приволок тело Дяо Куня в складское помещение, пытаясь отвлечь внимание Бай Шэня и выгадать момент, чтобы разделаться и с ним. Однако, вернувшись на склад, ты обнаружил, что Бай Шэня и след простыл. Тогда ты бросил труп Дяо Куня и принялся рыскать повсюду в его поиски. И тут ты вспомнил обо мне, оставшемся в подвале, сообразив по отношению Бай Шэня ко мне, что он слишком сильно волновался и побежал меня искать. Даже если это было не так, твоя цель сводилась к тому, чтобы перебить нас всех, а порядок тебе был не так уж важен.
— Хлоп-хлоп-хлоп… — Ло Хаоюй с усмешкой несколько раз похлопал в ладоши. — Блестяще, просто блестяще.
— Твои умозаключения очень красивы, но все они строятся на исходном предположении, что предатель — это я. Как ты догадался? Или, если выразиться иначе, в чем я допустил промах? — Ло Хаоюй медленно шагнул ближе к Цзи Юю, глядя на него во все глаза — точь-в-точь как прилежный ученик, жаждущий знаний.
— Если ты предатель, твоя задача для прохождения уровня явно отличается от нашей. Думаю, она заключается в том, чтобы перебить всех игроков и продержаться сорок восемь часов, — отступив на пару шагов, ответил Цзи Юй.
— Верно. — Теперь, судя по всему, Ло Хаоюй чувствовал себя абсолютным победителем. Он поднял стул, который недавно стоял на трупе Дяо Куня, уселся на него, закинув ногу на ногу, и беззаботным тоном человека, убивающего время, продолжил, а затем добавил с нервозным, неподдельным интересом: — Ты очень умственен... Эх, и что же мне с тобой делать? Убивать тебя напрямую мне почему-то жалко.
— Согласно твоим собственным словам, впервые ты применил способность перед дверью спальни Смита. Затем, на зрите у Смита, когда взбесился иномирянин, ты пустил ее в ход во второй раз. По идее, лимит из двух использований был полностью исчерпан, и никаких защитных навыков у тебя больше не оставалось. И тем не менее, по дороге на склад ты использовал защитную способность в третий раз! Навыки-карты, выдаваемые игрокам с самого начала подземелья, при активации сопровождаются появлением соответствующей карточной масти, так что я абсолютно уверен: все три раза ты задействовал карты бубновой масти. Подземелье до определенной степени справедливо, и твоя задача намного сложнее, чем просто выявить убийцу. Чтобы это скомпенсировать, Система наделила тебя картами с неограниченным числом использований, но твоя способность — защитная. Судя по серебряным иглам, которыми ты прикончил Дяо Куня, обратная сторона бубновых карт — это атака холодным оружием. Для остальных игроков всё это не представляет смертельной угрозы, ты не сможешь перебить так всех подчистую, так что здесь соблюден баланс.
— А, вот оно что... Похоже, стоит чему-то в избытке появиться, как оно сразу падает в цене. Я даже не задумывался об этом, когда использовал их. Но должен признать, твоя наблюдательность поражает. Ты правда новичок? — произнес Ло Хаоюй. — Слышал поговорку о том, что умный из-за своего ума попадает впросак? Ты возомнил, будто полностью раскусил подземелье, но знаешь ли ты, что до истечения сорок восьми часов выживания осталось всего пять? Ты не сможешь сдать имя убийцы, и угадай-ка, какая участь тебя ждет рядом со мной, предателем?
Кто бы мог подумать, что, выслушав Ло Хаоюя, Цзи Юй не только ни капли не испугался, но напротив, стал еще невозмутимее:
— Эту фразу я возвращаю тебе слово в слово. Попробуй угадать: раз я так рано раскусил, что ты предатель, с какой стати я поплелся с тобой на склад? Я даже знал, что у тебя неисчерпаемый запас способностей, но всё равно как дурак заперся с тобой в одной комнате. В помещении сбежать куда труднее, чем на открытом пространстве. Если бы с моей головой всё было в порядке, я бы после разоблачения твоей подноготной непременно попытался удрать, с какой стати мне было препираться с тобой здесь и подвергать себя столь смертельной опасности? Так что можешь заодно поломать голову над тем, почему я так поступил.
Услышав это, безмятежное выражение постепенно исчезло с лица Ло Хаоюя. Он резким движением вскочил со стула и прошипел со злобой:
— Бай Шэнь?!
Цзи Юй усмехнулся:
— Бинго! Ответ верный, но приза не будет. Мы с Бай Шэнем еще в подвале разработали собственную систему условных сигналов. Поначалу это задумывалось просто ради безопасности двух новичков, но я и не думал, что это сыграет ключевую роль. Думаю, к этой минуте Бай Шэнь уже получил от меня всю информацию о подземелье, и как только истечет время, он отправит ответ.
— Я могу прикончить тебя прямо сейчас! А следом прикончить и этого сопляка Бай Шэня.
— Выполняя задание на воспоминания прошлого в подземелье, я получил карту со свойством скрытности. Даже если ты перевернешь всё подземелье вверх дном, тебе ни за что его не отыскать. Что же до меня — хочешь убить, так убивай, но если я погибну, ты гарантированно не жилец. — Цзи Юй прямо посмотрел на Ло Хаоюя, не выказывая ни малейшего страха или трепета перед смертью.
Ло Хаоюй в упор уставился на Цзи Юя и процедил:
— Ты и впрямь чертовски умен. Но с чего ты взял, что у меня нет других вариантов? — И он выговорил по слогам: — Мистер Лайт, и до каких пор вы намерены оставаться зрителем?
— Ха-ха-ха, поистине невероятно забавно. — По мере приближения этого смеха в складском помещении постепенно проступила высокая фигура.
Увидев, что человек вышел наружу, Ло Хаоюй с легким раздражением бросил:
— Мистер Лайт, вы же слышали всё, что он только что сказал. Надеюсь, вы окажете содействие и отыщете второго пареньца по имени Бай Шэнь. После этого, в строгом соответствии с договором, я целиком передам вам трупы этих людей.
— С этим спешить некуда. — Лайт не стал прямо отвечать Ло Хаоюю.
Цзи Юй посмотрел на Лайта и с уверенностью произнес:
— Ты ведь не можешь убивать людей напрямую, верно?
Лайт перевел взгляд на Цзи Юй и с удивлением протянул:
— Хе-хе, ты прав. Иначе... ох. — Тут он сменил тон: — Хотя я не имею права убивать игроков напрямую, ты — случай особенный.
Ло Хаоюй бросился к Лайту и заслонил собой Цзи Юя:
— Мистер Лайт, его нельзя убивать! Сейчас важнее всего сперва отыскать другого!
— Шумный мусор! — Лайт выглядел предельно раздраженным. Откуда-то из ниоткуда взметнулось щупальце и на невероятной скорости — так, что оба парня даже моргнуть не успели — обрушилось на голову Ло Хаоюя. Тот рухнул как подкошенный, так до конца и не поняв, почему союзник, с которым их связывали общие интересы и слаженная работа, вдруг затеял предательство. Пожалуй, в этом и заключалась неизбежная участь тех, кто ведет дела с тигром: как только партнер решает, что ты больше не представляешь ценности, любые прежние договоренности и даже подписанные соглашения превращаются для него в пустую макулатуру, не стоящую ломаного гроша, которую можно в любой момент порвать.
Оглушив Ло Хаоюя, Лайт повернулся к Цзи Юю и с улыбкой произнес:
— Я заметил тебя еще в момент твоего появления: твоя душа поразительно чиста. Если бы души классифицировали по рангам от одного до десяти, держу пари, твоя тянет ровно на десятку. Это высший сорт, чистейшая субстанция — любимое лакомство Великих.
Цзи Юй нахмурился, глядя на Лайта, совершенно не понимая, что у этого старого осьминога на уме.
Лайт продолжал улыбаться, в его пронзительных глазах полыхала жадная алчность, которую он, впрочем, тут же искусно спрятал. Он взмахнул рукой — и весь склад озарился ослепительным светом.
Цзи Юя ослепило, он зажмурился. Распахнув глаза, он обнаружил, что всё помещение усеяно магическими массивами.
— Ты собрался проводить жертвоприношение?
— Именно так, — отозвался Лайт. — Раньше удавалось использовать лишь мертвые тела, но всё потому, что их души были слишком грязными — провести успешное жертвоприношение с такими душами попросту невозможно. Что из себя представляют великие божества? Они лишь презрительно фыркают на земных букашек, и те, кто надеется дождаться их ответа или благосклонности, вся эта дрянь и мелкота, совершенно недостойны — они годятся лишь на то, чтобы заморить мне червячка. Но ты — другое дело, Цзи Юй. Если память мне не изменяет, тебя зовут именно так? Какое редкое имя. Уж с тобой-то удастся призвать величайших божеств на эту землю! Твоя душа сводит с ума, сомнений нет — я уже чувствую, что вампам... то есть Великим ты непременно прийдешься по нраву, хе-хе.
— Принеся меня в жертву, ты тоже погибнешь, — напомнил Цзи Юй.
— Ну и что с того? Предел моих мечтаний — возвращение божеств на этот материк, таков мой долг. Ты вообще знаешь, что такое долг? Долг — это то, что я обязан исполнить. Раз ради этого можно достичь цели, какая разница, что будет с жизнью? К тому же я столько ждал! Сторожа эту паршивую рыболовецкую шхуну все эти годы, я трудился не напрасно. Сам видишь: наша с тобой встреча — поистине предначертана свыше.
Заметив, что Лайт уже окончательно помешался и запускает Магический массив, совершенно не заботясь о собственной безопасности, Цзи Юй понял, что времени на сопротивление не осталось. Невероятно мощная сила втянула его прямо в центр массива, откуда тут же полезли мириады тонких щупалец. Словно острые клинки, они принялись кромсать его тело, и когда Цзи Юй с ног до головы искупался в собственной крови, крошечные щупальца сплелись воедино, опутав его наглухо, без единого зазора. Едва соприкоснувшись с кровью Цзи Юя, сияние ожило: грянул ослепительный вспыхнувший свет, осветивший помещение ярче полуденного солнца.
Цзи Юй чувствовал, как его тело непрерывно кромсают и собирают заново, а боль пронзает каждую клеточку. Что-то утекало из его естества — быть может, жизнь, а может, и сама душа. Медлить больше было нельзя: если не предпринять хоть что-нибудь прямо сейчас, он и вправду сгинет в этом месте, а договариваться с безумцем, которому плевать на собственную шкуру, не имело никакого смысла.
Сделав над собой усилие и отбросив всякий стыд, Цзи Юй изо всех сил заорал:
— О Великое Божество, умоляю, спаси меня! Услышь мою молитву! Ты — мое искупление, я твой преданнейший, искреннейший последователь! Я страстно люблю тебя и со скорбью уповаю на то, что ты отзовешься на мои чувства! Великое Божество, окажи мне свою милость!
Как только Цзи Юй умолк, обвивавшие его щупальца словно бы поразило разрядом тока, и они мгновенно исчезли. Окутывавшее его сияние стало угасать, но следом еще более ослепительный, режущий глаза свет хлынул со всех краев Магического массива. В небе завыл неистовый ураган, море вздыбилось бурунами, ветер просто рыдал, и грянул ливневый шторм — казалось, всё вокруг предвещало явление миру невыразимого зла. Каждое создание в этом пространстве, будь то живое существо или бездумное творение природы, истошно предостерегало об опасности и одновременно трепетало от страха. Клубящиеся черные тучи поползли с самого края небосклона, в одно мгновение погрузив небеса во непроглядную тьму, и весь мир канул в бездну ночи.
http://bllate.org/book/32447/3960723
Готово:
